Алжир: политика, экономика и вооруженные силы

Текст: Станислав Иванов, 
к.ист.н., ведущий научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН им. Е.М. Примакова 

Алжирская Народная Демократическая Республика – одно из крупнейших государств Африки и Ближнего Востока по территории, численности населения и запасам углеводородов мирового значения. 

 

Имеет протяженное побережье Средиземного моря, граничит с Тунисом, Ливией, Нигером, Мали, Мавританией, Сахарской Арабской Демократической Республикой и Марокко. За постколониальный период стране удалось добиться значительных успехов в развитии экономики, инфраструктуры, сельского хозяйства, создать современные системы образования, здравоохранения, мощные вооруженные силы.

Алжирское руководство традиционно проводит равноудаленную от региональных и мировых центров силы независимую внешнюю политику. Наряду с Египтом и Ливией Алжир долгое время оставался одним из основных партнеров Советского Союза в регионе Северной Африки и на Ближнем Востоке по сотрудничеству в различных областях, включая и военно-техническое (ВТС). Распад СССР и кризисные явления в странах Арабского Востока, безусловно, отразились самым негативным образом на российско-алжирском сотрудничестве в 90-е годы прошлого столетия.

Но со временем России и Алжиру удалось преодолеть временный спад в торгово-экономических и других отношениях и приступить к их планомерному восстановлению и наращиванию.

Этому способствовали сохранившийся базис советско-алжирских связей и успехи алжирского руководства в стабилизации внутриполитической обстановки. Как известно, в 1991–1999 годах в стране вспыхнула гражданская война между сторонниками «Исламского фронта спасения» (ИФС) и националистами «Фронта национального освобождения» (ФНО).

После проведения президентских выборов в 1991 году, когда правительство отказалось признать неожиданную победу лидера радикалов А. Мадани под предводительством М. Мелиани и Абдельхака, была сформирована «Вооруженная исламская группа» (ВИГ) – террористическая организация, в которую вступали ветераны афганской войны и боевики, прошедшие подготовку в лагерях на афгано-пакистанской границе. Объединившись с ИФС для борьбы против алжирских националистов, ВИГ осуществляла многочисленные теракты как внутри страны, так и за ее пределами до тех пор, пока обе эти группировки не были окончательно истреблены.

После избрания в 1999 году президентом страны Абдель Азиза Бутефлика Алжиру удалось положить конец внутреннему конфликту и принять комплекс мер превентивного характера против террористической активности радикальных исламистских группировок джихадистского толка. Особую роль в этом сыграли национальные вооруженные силы. Как следствие, трагические события «арабской весны» 2011 года практически не затронули Алжир, в отличие от соседних Египта, Ливии и Туниса, где государственные институты были разрушены и население серьезно пострадало от действий радикальных исламистских группировок.

Более того, активная работа государства с молодежью по профилактике джихадизма не только не позволила создать в стране новые очаги террористической угрозы, но и свела к минимуму участие алжирцев в зарубежных террористических группировках типа «Исламское государство» (запрещена в РФ). Много внимания алжирские власти уделяют охране государственных границ и ужесточению контроля над миграционными потоками, в частности, из Нигера.

И хотя Алжир выгодно отличается от погрузившихся в атмосферу хаоса и насилия других арабских государств (Сирия, Йемен, Ливия), тем не менее, и у этой страны сохраняются внешние угрозы и целый ряд все еще не решенных внутренних политических и социально-экономических проблем. От их скорейшего решения во многом зависит стабильность и безопасность алжирского общества и государства.

Подавляющее число этих проблем носит системный характер. 

Институализация власти так и не была завершена после того, как армия прервала парламентские выборы 1991–1992 годов путем «дворцового переворота», чтобы не допустить победы «Исламского фронта спасения» и перехода власти в руки радикальных исламистов. С тех пор военные и службы безопасности играют решающую роль в принятии важных политических решений.

В 1999 году, после избрания на пост президента А. Бутефлики, армия, исполнив свою роль по защите конституционного строя, формально как бы отошла от политики, но все же сохранила закулисные рычаги влияния на все сферы деятельности государства.

Одновременно можно констатировать, что за 19 лет правления А. Бутефлики многое было сделано для налаживания диалога между различными группами населения, для снижения уровня насилия в обществе, для социальной защищенности граждан; была проведена амнистия политических заключенных, что помогло залечить раны гражданской войны. Часть исламистских лидеров отказались от методов террора и были допущены к легальной деятельности, но сама политическая система, в том числе и избирательный процесс, по существу не менялась, оставаясь под жестким контролем правящей коалиции во главе с ФНО.

Сегодня все чаще на повестку дня алжирского общества ставится вопрос о демократизации всех институтов государства, внесении необходимых поправок в конституцию, назревших социально-экономических реформах, преемственности власти. Президент Алжира в возрасте старше 80 лет, и состояние его здоровья вызывает все большее беспокойство (он уже перенес инсульт и с тех пор редко появляется на публике).

Явный преемник А. Бутефлики пока не просматривается. В политических кругах циркулируют слухи о том, что готовится почва к выдвижению на этот пост брата президента – Саида Бутефлики. Дебаты на эту тему время от времени выходят на поверхность и заметно поляризуют общество. Политическая элита, заинтересованная в обеспечении плавного перехода, демонстрирует открытость перед оппозиционными силами – как со стороны либерально-демократического, в основном берберского, фланга, так и со стороны партий исламистской направленности.

Социальная защищенность населения долгое время обеспечивалась дотациями на жилье, образование, медицинское обслуживание, топливо и поддержание приемлемых цен на потребительские товары. В стране появился средний класс, заявивший о своих правах на свободное предпринимательство в условиях доминирования в экономике устаревающего государственного сектора. С падением цен на нефть и природный газ на мировом рынке государство оказалось неспособным соблюдать условия прежнего социального контракта, позволявшего поддерживать внутриполитическую стабильность и безопасность за счет сверхдоходов от экспорта углеводородов.

Алжир вступил в новую фазу, требующую искусного лавирования между болезненными для большинства населения структурными изменениями и поддержанием таких темпов реформирования, которые не вызывали бы массовых народных выступлений. К сожалению, за годы высоких нефтяных цен руководство Алжира упустило возможность диверсификации экономики и проведения необходимых структурных реформ, обеспечивающих плавный переход к новой инновационной модели развития.

Доходы бюджета по-прежнему во многом зависят от экспорта энергоносителей. 

В 2017 году бюджет второй год подряд был сведен с большими сокращениями (63 млрд долларов по сравнению с 110 млрд в 2015 году). Впрочем, власти ожидают, что благодаря росту цен на нефть в 2018 году ситуация с бюджетом будет выглядеть более оптимистично. Безработица, особенно среди молодежи, растет большими темпами и может существенно дестабилизировать общую ситуацию в стране.

Как негативный момент в экономике страны можно также отметить, что ее либерализация привела к созданию кланового капитализма и класса предпринимателей, находящихся в близком окружении политической элиты. За последний период экономическая ситуация в Алжире указывает на эту нездоровую тенденцию. Очевидно, что попытки экономических реформ пока не внушают доверия иностранным инвесторам.

Политическая и экономическая элита Алжира рассматривает иностранный капитал как фактор, который может подорвать ее контроль над экономической и торговой жизнью. За последние годы торговый и бюджетный дефицит в стране растет, валютные резервы неуклонно сокращаются. Курс национальной валюты Алжира снизился на 30%. Экономический рост, который составил в 2015 году 3,7%, в 2016 году снизился до уровня 1,9%, а в 2017 году – до 1,6%. Видимо, в 2018 году ВВП вырастет на 2% в лучшем случае. Еще один фактор, который отдаляет иностранных инвесторов от Алжира, заключается в том обстоятельстве, что он, как считают, является одной из самых коррумпированных стран в мире.

Между тем, трудно сказать, что какая-то новая модель экономического развития в сжатые сроки даст толчок к дальнейшему экономическому прогрессу. Если принимать во внимание такие критерии, как эффективность управления, обеспечение верховенства закона и борьба с коррупцией, то существующее положение не вселяет большого оптимизма. Самая значительная преграда для необходимых в стране политических, экономических и социальных реформ – решимость существующего режима защищать свои эгоистические интересы, которые в основном не совпадают с потребностями общества. По этой причине не стоит ожидать, что даже новая модель экономического развития привлечет в Алжир иностранный капитал. Политические и экономические риски для иностранных инвесторов в Алжире остаются весьма высокими.

Однако ожидаемое сокращение правительственных расходов и увеличение налогов и таможенных сборов может еще более негативно отразиться на общем инвестиционном климате и потреблении. Принимаемые властями в настоящее время косметические меры только отдаляют осуществление необходимых стране радикальных структурных изменений. К ним можно отнести решения правительства о замещении большого списка импортных товаров за счет налаживания их внутреннего производства и о введении прогрессивного налога на доходы. Предполагается, что эти меры будут заложены в проект закона о бюджете на 2018 году. Якобы, при этом пенсионеры будут получать свои денежные средства в полном объеме, несмотря на серьезные финансовые проблемы в стране.

Даже в этих непростых финансово-экономических условиях Россия продолжает планомерно и уверенно занимать «свою нишу» в торгово-экономических отношениях с Алжиром. 

По итогам 2017 года взаимный товарооборот превысил 4,6 млрд долларов, т.е. увеличился почти на 50% по сравнению с предыдущим годом. В Алжире успешно работают ведущие российские компании – «Газпром», «Роснефть», «Стройтрансгаз», «Технопромэкспорт». Интерес к выходу на алжирский рынок проявляют и другие компании из России. Имеются неплохие наработки в областях промышленного и гражданского строительства, ирригации, транспортной инфраструктуры, в сфере высоких технологий, сельского хозяйства. Алжир проявляет заинтересованность в поставках в Россию своей продовольственной продукции.

Определенный вес в российско-алжирском сотрудничестве традиционно занимает ВТС. Суммарная стоимость закупок Алжиром российских вооружений уже превысила 7,6 млрд долларов, составляя примерно 80% алжирского импорта вооружений. Сохранению тесных связей с Россией способствуют не только наличие давнего базиса двусторонних отношений, необходимость модернизации советских видов вооружений и боевой техники, но и взвешенность российской внешней политики на региональной и международной арене, общепризнанная роль России как посредника в региональных конфликтах.

Только за последние пять лет Алжиром законтрактовано более 300 танков Т-90СА, более 10 истребителей Су-35, 14 истребителей Су-30МКИ(А), 18 истребителей МиГ-35, две ДЭПЛ проекта 06363, 42 ударных вертолета Ми-28НЭ и 14 тяжелых транспортных Ми-26, а также около 5000 ПТУР и некоторое количество ЗРК «Бук-М2Э». В числе номенклатуры российской военной техники, по которой ведутся переговоры, – бомбардировщики Су-32/Су-34 (12 единиц на сумму порядка 500 млн долларов), а также военно-транспортные самолеты Ил-76МД-90А и зенитные ракетные системы «Антей-2500».

Текущие закупки обеспечили нынешние потребности вооруженных сил Алжира, поэтому в обозримой перспективе продолжение масштабных прямых закупок маловероятно. Вероятность перехода ВТС с Россией в новое качество, например, к промышленной кооперации и лицензионному производству, как ожидалось, танков Т-90СА, довольно проблематична, в том числе ввиду отсутствия соответствующего потенциала у алжирской национальной промышленности, хотя алжирская сторона и предпринимает подобные усилия.

В условиях сохраняющейся сложной военно-политической обстановки в Северной Африке руководство Алжира считает необходимым иметь боеспособные вооруженные силы и применять их в целях защиты суверенитета и территориальной целостности страны. Опыт 90-х годов прошлого столетия показал, что армия может привлекаться также для пресечения противоправной деятельности националистических и сепаратистских организаций по дестабилизации общественной жизни страны и попыток насильственного свержения конституционного строя, создания незаконных вооруженных формирований и других действий, угрожающих безопасности граждан и государства.

Алжирская военная доктрина определяет в качестве наиболее вероятного противника Марокко. Она также не исключает возможности участия в военном конфликте с Израилем. В качестве союзников и партнеров рассматриваются, прежде всего, дружественные арабские страны, такие как Египет.

Значительные доходы от экспорта нефти и газа позволили Алжиру за последние десятилетия создать современные вооруженные силы. Кроме России, страна сотрудничает в области ВТС с Китаем и некоторыми европейскими государствами.

Общая численность вооруженных сил Алжира составляет до 250 тыс. человек. 

В составе сухопутных войск насчитывается пять дивизий (две бронетанковые, две механизированные, одна воздушно-десантная) и четыре бригады (три механизированные, одна бронетанковая). Танковый парк включает около 1100 российских танков Т-54, Т-55, Т-62 и Т-72, а также не менее 400 новейших Т-90С. Кроме того, на хранении находится до 50 легких французских танков АМХ-13. В парк боевых машин входят 250 БРМ, до 1000 российских БМП, более 800 БТР. Артиллерия включает более 200 САУ, примерно 400 буксируемых орудий, до 200 РСЗО. Имеется также около 700 ПТРК и 250 российских ПТО. Более подробные сведения по численности представлены в таблице.

Наземная ПВО включает три-четыре полка (восемь дивизионов) российской ЗРС С-300ПМУ-2, два дивизиона советского ЗРК С-75 (12 ПУ), 12 дивизионов ЗРК С-125М1-2 (48 ПУ), 10 дивизионов ЗРК «Квадрат» (40 ПУ), 60 ЗРК малой дальности, 38 новейших российских ПЗРК «Панцирь-С1», 200 старых советских ПЗРК «Стрела-2», до 265 советских ЗСУ.

Следует отметить, что хотя доля устаревшей техники в алжирской армии достаточно велика, ее потенциал, по меркам Африки и Ближнего Востока, очень высок, особенно в отношении ПВО.

ВВС Алжира имеют в составе более 100 боевых самолетов. На вооружении состоит 39 советских бомбардировщиков. Основу ВВС составляет истребительная авиация – 52 современных российских истребителя-бомбардировщика Су-30МКИ(А), от 8 до 18 старых советских перехватчиков МиГ-25ПДС/ПУ, 32 истребителя МиГ-29. Кроме того, 14 МиГ-23МФ/УБ находятся на хранении. Кроме того, есть девять американских самолетов электронной разведки и до 13 российских разведывательных самолетов, а также шесть заправщиков Ил-78.

Транспортные самолеты – 13 советских Ил-76, 16 американских С-130Н и от 25 до 29 «Бичкрафт», пять «Гольфстрим», один европейский А340, пять новейших испанских С-295, два швейцарских РС-6. На хранении находятся до четырех советских Ан-12 и два голландских F-27.

Учебные самолеты – 16 новейших российских Як-130, до 40 чешских Z-142 и лицензионных местных «Фирнас-142», 43 L-39C/L-39ZA (последние могут использоваться в качестве легких штурмовиков).

На вооружении ВВС состоит примерно 42 боевых вертолета Ми-24 и не менее 20 новейших российских Ми-28НЭ (всего ожидается 42).

Представлены также многоцелевые и транспортные вертолеты (производства России, Польши, США, Франции, Италии – см. таблицу), учитывая и те, что входят в состав сил авиации полиции и жандармерии.

ВМС Алжира располагают самым сильным в Африке подводным флотом. Он включает две достаточно современные российские подводные лодки проекта 877ЭКМ и две новейшие проекта 06363, а также три советских фрегата проекта 1159ТМ (модернизированы в России) и два немецких фрегата типа «Харрад» проекта МЕКО А200.

Помимо того, в состав ВМС входят шесть советских МРК проекта 1234ЭМ (модернизированы в России, перевооружены на ПКР «Уран»), три корвета типа «Джебел» и один типа «Барбиар», три корвета типа «Адхафер». Остаются на вооружении девять старых советских ракетных катеров проекта 205ЭР, в отстое – два катера проекта 205. Имеется 15 сторожевых катеров типа «Кебир», 21 FPB-98, более 30 малых катеров в береговой охране.

В состав ВМС Алжира входит один тральщик «Эль Кассех» (типа «Леричи», ожидается еще два). Десантные силы ВМС включают новейший ДВКД «Калаат Бени Аббес» (модифицированный вариант итальянского ДВКД «Сан-Джорджио») и два ТДК типа «Калаат Бени Хаммад».

Морская авиация включает 16 вертолетов производства концерна Leonardo (Agusta Westland).

Алжир остается для России одним из ключевых партнеров в сотрудничестве с арабскими странами. Есть определенная уверенность в том, что алжирскому руководству удастся осуществить комплекс назревших реформ политического и социально-экономического характера, обеспечить преемственность власти и избежать новых катаклизмов во внутриполитической обстановке. Вооруженные силы Алжира – одни из наиболее развитых в регионе, и по уровню своей боеспособности, боеготовности и оснащенности современными видами вооружений они в состоянии успешно противостоять внешним и внутренним потенциальным угрозам.

©"Новый оборонный заказ. Стратегии" 
2018г., ноябрь 

Инфографика©"Новый оборонный заказ. Стратегии"  

 

Комментариев еще нет.

Оставить комментарий

Вы должны войти Авторизованы чтобы оставить комментарий.

Партнеры