Филиппины – второй фронт борьбы с терроризмом

Автор Наталия Рогожина, доктор политических наук, главный научный сотрудник ИМЭМО РАН имени Е.М. Примакова. 
 

 На Юге Филиппин уже не одно десятилетие действуют сепаратисты и исламские террористы, борьбу с которыми президент страны Родриго Дутерте объявил приоритетом своей внутренней политики.

 

В провинции Минданао, на втором по величине острове Филиппин, где проживает 20 млн человек, в основном исповедующих ислам, было размещено более 10 тыс. солдат и морских котиков.

Однако исламские экстремисты 23 мая 2017 г. предприняли атаку на город Марави (полное название –  Исламский город Марави), крупнейший в этой части страны (200 тыс. жителей), и удерживали его в течение нескольких недель. Такой шаг оказался полной неожиданностью для властей.

Родриго Дутерте вынужден был прервать свой официальный визит в Россию (22–26 мая 2017 г.), в ходе которого обсуждался вопрос о налаживании стратегического сотрудничества между странами в борьбе с терроризмом. Р. Дутерте рассчитывал заручиться поддержкой России в решении этой проблемы, которая превращается в угрозу национальной безопасности Филиппин. Стороны подписали десять соглашений, включая Соглашение о военном сотрудничестве, которое закладывает основу для расширения военных контактов, предполагающих обмен разведывательной информацией, подготовку военных кадров и проведение совместных военных учений.

Воспользовались ли террористы отсутствием Р. Дутерте на Филиппинах или их акция была давно спланирована? По всей видимости, последнее. На возможность превращения острова Минданао в опорную базу ИГИЛ  в Юго-Восточной Азии эксперты указывали неоднократно. Еще летом 2016 г. исламисты распространили видео-обращение с призывом к своим сторонникам в регионе присоединиться к моджахедам на Филиппинах с целью провозглашения там халифата. Идея – не новая для радикально настроенных мусульман в Юго-Восточной Азии, потому эти призывы нашли у них живой отклик.

Причины юго-восточной активности террористов

 

То, что именно ИГИЛ стояла за терактом на Филиппинах, сегодня уже доподлинно известно. Еще в апреле 2017 г. Абу-Бакр аль-Багдади разработал план операции, которую должны были провести местные террористические организации, присягнувшие ему на верность. О подготовленности террористов к захвату города говорят многие факты: они располагали большим арсеналом оружия и были обеспечены провиантом, имели планы подземных коммуникаций для использования их в качестве укрытий и отходных путей.

Захватить город и удерживать его в течение пяти месяцев стало возможным благодаря финансовой и логистической поддержке от ИГИЛ. Была налажена координация с местными исламистами через Khatibah Nusantara (одно из боевых подразделений, состоящее из боевиков, выходцев из ЮВА, численностью около 1100 человек). По имеющимся данным, филиппинские экстремисты получили от ИГИЛ на проведение операции 600 тыс. долларов.

То, что именно юг Филиппин был выбран исламистами для создания своего плацдарма, далеко не случайно. Во-первых, это – самое подходящее место для вербовки своих сторонников и подготовки террористов с точки зрения его географического расположения в непосредственной близости к морским границам Индонезии и Малайзии. В условиях слабого пограничного контроля это облегчает свободный трафик оружия, денег и трансграничное перемещение боевиков, которые могут легко уйти от преследования, скрываясь в джунглях архипелага.

Во-вторых, здесь уже не одно десятилетие действуют исламистские организации, 16 из которых присягнули на верность «исламскому государству».

В ноябре 2016 г. был даже назначен эмир Иснилон Хапилон, лидер самой воинствующей филиппинской террористической группировки «Абу Сайяф» (одной из первых присягнувшей на верность ИГИЛ). Многие из местных террористов прошли военную подготовку в лагерях боевиков, расположенных на юге Филиппин, где наряду с ними «искусству террора» обучались и исламские экстремисты из других стран ЮВА. Между ними уже давно установлены прочные контакты, которые дополняются связями с международными террористическими структурами, в частности «Аль-Каида».

На руку террористам играет сохраняющийся на протяжении многих лет этно-религиозный конфликт на юге Филиппин. Подавляющее большинство населения страны – католики. Мусульмане уже много десятилетий не прекращают борьбу за самостоятельность, понимаемую ими либо как полная независимость региона от центрального правительства и создание исламского государства для народов моро, либо как широкая автономия. Эта ситуация создает питательную среду для распространения радикальных настроений в обществе.

Социально-экономические факторы также играют не последнюю роль в радикализации местного мусульманского населения, низкий уровень экономического положения которого усиливает передаваемое из поколения в поколение чувство обиды и несправедливости, переходящее в ненависть к государству и к не-мусульманам. Согласно выводам экспертов, многие мусульманские группировки, действующие на юге Филиппин, считают, что насилие является единственным способом привлечь внимание властей к тем проблемам, которое испытывает местное общество.

Мобилизации сторонников насильственной борьбы с правительством, которая в последние годы приобретает ярко выраженный религиозный характер, способствует и то обстоятельство, что в социальной структуре общества доминируют семейно-клановые отношения, которые и используют исламские экстремисты для пополнения своих рядов. Например, ядро террористической группировки Мауте (также известной как «Исламское государство в Ланао»), организовавшей нападение на город Марави, составляли представители политически влиятельной и богатой мусульманской семьи, проживавшей в этом городе. Они были связаны кровными узами с верхушкой другой экстремистской организации – «Исламский освободительный фронт Моро», а также с лидерами исламистской группировки «Исламские борцы за свободу Бангсаморо».

Захвату исламскими экстремистами города Марави предшествовала контр-террорстическая операция по поимке Иснилона Хапилона (был внесен в список самых опасных террористов в мире), который, как предполагалось, скрывался в этом городе. Роль его «защитника» взяла на себя малоизвестная до этого времени террористическая группировка Мауте, насчитывавшая более 200 боевиков. Зона ее действий – центральная часть острова Минданао. Во главе ее стояли два брата – Омар и Абдулла Мауте, выступавшие с позиции исламского радикализма в наиболее его экстремистских формах. Они прошли обучение в исламских учебных заведениях на Ближнем Востоке. По мнению ведущего эксперта по терроризму в Юго-Восточной Азии Сидни Джонс, террористическая группировка Мауте «имеет в своем составе самых умных, самых образованных и самых умудренных опытом сторонников ИГИЛ на Филиппинах».

Однако все же ее роль в распространении терроризма на Филиппинах была недооценена спецслужбами. После уничтожения правительственными войсками в апреле 2017 г. лагеря боевиков военные полагали, что нанесли по ней сокрушительный удар. Напав 23 мая на город Марави, террористы убивали солдат и мирных граждан, брали их в заложники, чтобы использовать в качестве живого щита, подожгли школу и католическую церковь, захватили тюрьмы и выпустили осужденных, среди которых были и их сторонники. По сообщению филиппинских военных, на момент захвата Марави «с целью превращения его в “чисто исламский”» ИГИЛ смогла мобилизовать 300 боевиков (как показали последующие события, их численность была выше).

Для их подавления были брошены армейские подразделения из 103-й Пехотной бригады, дислоцированной на юге страны, в поддержку которых направлены штурмовые вертолеты, наносившие точечные удары по местам нахождения террористов. Но освобождение Марави осложнялось городскими условиями. Уличные бои велись при яростном сопротивлении исламских экстремистов, хорошо знакомых с географией города и подземными коммуникациями, которые они использовали для своего укрытия. При отступлении они минировали улицы и использовали оставшихся в городе мирных жителей (около 200 человек) в качестве заложников.

Президент Р. Дутерте уже 23 мая 2017 г. ввел военное положение на острове Минданао сроком на 60 дней с возможностью его продления на более длительное время. В декабре 2017 г. парламент продлил его действие еще на год и предупредил, что оно будет таким же «жестким», как при диктаторе Фердинанде Маркосе полвека назад. Президент заявил, что не собирается рисковать, «поскольку ИГИЛ присутствует везде».

Влияние США

 

Когда первые попытки освобождения города от террористов провалились, Филиппины вынуждены были прибегнуть к помощи американских сил специального назначения, находящихся на близлежащей базе в Замбоанга. В их задачу входило предоставление разведывательной информации филиппинским вооруженным силам в зоне вооруженного конфликта и оказание им технической поддержки, которая включала надземное наблюдение за передвижением боевиков и наведение целей, перехват сообщений, налаживание системы коммуникации между подразделениями и подготовку военнослужащих. В операции против боевиков также были задействованы патрульные самолеты P3 Orion ВВС США.

Однако какую в точности помощь оказывали США Филиппинам в борьбе с террористами, до конца не известно, поскольку, как заметил сотрудник американского посольства в Маниле, «по соображениям безопасности мы не можем обсуждать конкретные технические аспекты, касающиеся американского вклада в текущую операцию ВС Филиппин». По утверждению официальных лиц Филиппин и США, американские солдаты в боевых операциях против террористов на земле не были задействованы, это запрещено конституцией Республики Филиппины. В то же время стало известно, что ранее они принимали непосредственное участие в рейдах по поимке Иснилона Хапилона, лидера «Абу Сайяф».

Американское военное присутствие в стране ограничивается нахождением на юге от 50 до 100 военнослужащих специального назначения. Совместная американо-филиппинская контр-террористическая программа, начатая в 2002 г. и предполагавшая размещение на о. Минданао до 1200 американских военнослужащих, была свернута в 2015 г. Но их небольшой контингент продолжает оставаться на территории Филиппин для оказания технической и логистической поддержки национальной армии в борьбе с местными террористическими группировками.

За несколько месяцев до атаки на город Марави президент Р. Дутерте объявил о намерении резко сократить военное сотрудничество с США в пользу расширения контактов с Китаем и Россией. Однако активизация терроризма заставила военное руководство Филиппин вновь обратиться за помощью к США в силу отсутствия аналогичных договоренностей с другими международными игроками. США по-прежнему остаются основным стратегическим и военным союзником Филиппин.

Филиппинские военные признают, что содействие со стороны США помогает ликвидировать брешь в техническом оснащении национальной армии. Последние поставки американского вооружения были осуществлены 5 июня, т.е. в период проведения контр-террористической операции на юге страны.

Филиппины как плацдарм для продвижения в ЮВА?

 

23 октября 2017 г. власти Филиппин объявили об освобождении города Марави от террористов. В результате боевых действий погибли более 1100 человек – 920 боевиков (в том числе лидеры террористов братья Мауте и Иснилон Хапилон), 165 филиппинских солдат и 47 гражданских лиц. Это – самая крупная террористическая акция, предпринятая сторонниками ИГИЛ за пределами Ближнего Востока. Министр обороны Филиппин Д. Лорензан после освобождения Марави от террористов открыто признал, что хотя победа над ними одержана, но предстоит долгая борьба с их идеологией. Это мнение разделяют руководители и других стран ЮВА.

Вывод из трагических событий на Филиппинах можно сделать следующий. Возрастает угроза интернационализации и регионализации джихадистского движения в ЮВА, которое сегодня сплачивается под флагом ИГИЛ. По данным разведслужб Индонезии, летом 2017 г. здесь находились примерно 1200 боевиков, связанных с этой международной террористической структурой. В нападении на Марави приняли участие исламские экстремисты из Малайзии, Индонезии, Сингапура, Йемена, Марокко, Турции, Саудовской Аравии, Китая. По информационному каналу ИГИЛ ANA было передано сообщение, что в шести районах на юге Филиппин создано десять батальонов боевиков.

Сегодня очень велика опасность оживления террористических группировок в странах Юго-Восточной Азии и сплочения их под флагом Исламского государства. Вряд ли можно считать случайным тот факт, что накануне атаки на город Марави прогремели также взрывы в Таиланде и Индонезии, где действуют подпольные террористические организации. Все это говорит о том, что степень террористической угрозы нарастает не только на Филиппинах, но и в регионе в целом. И надежда властей на то, что с гибелью руководящего звена террористов их движение ослабнет, себя не оправдала. Новым эмиром ИГИЛ в ЮВА стал 31-летний малазиец Амин Бако, имеющий большой «послужной список» террориста, будучи членом террористической организации «Джемаа Исламиа» в Малайзии и командиром военизированного подразделения исламистов на юге Филиппин.

Очевидно, что только проведением контр-террористических операций на Филиппинах пресечь террористическую активность в стране вряд ли удастся. Главная задача, стоящая сегодня перед руководством страны, заключается в необходимости завоевания доверия к себе со стороны местного мусульманского населения. А это предполагает продолжение процесса мирного урегулирования этно-религиозного конфликта.

Главным шагом к этому должно стать принятие Основного закона Бангсаморо. Процесс его прохождения в Конгрессе был приостановлен в 2015 г. после ожесточенного столкновения между бойцами сепаратистской группировки «Исламский освободительный фронт Моро» и филиппинскими войсками на острове Минданао. Закон предполагает более широкую автономию для южных мусульманских регионов страны. У Р. Дутерте был даже план создания федеративной системы управления на Филиппинах.

Если закон не будет принят, социально-экономические и политические причины конфликтов сохранятся. Местные мусульмане будут присоединяться к боевикам, которые по мере утраты своей территории на Ближнем Востоке стараются укрепить позиции в других районах мира и переходят к партизанской борьбе, опираясь на местные экстремистские группировки.

На Филиппинах исламисты уже давно доказали свою живучесть за счет перегруппировки сил и мобилизации новых сторонников, которыми сегодня могут стать и те, кто спасался от террористов в лагерях беженцев. Плохая организация помощи 200 тысячам жителей Марави, в спешке покинувших его, стала причиной массового недовольства политикой центрального правительства, которому предстоит трудная и затратная работа по восстановлению превратившегося в руины города. Только 100 тысяч горожан смогли вернуться в свои полуразрушенные дома. Столько же продолжают оставаться без крова. Профессор Сорхайла Латип Юсуф из Государственного университета Минданао в Марави отмечает, что «чувство обиды испытывают те, кто потерял все, и если правительство не сможет компенсировать им материальные потери, то это будет иметь самые негативные последствия». Именно бедственное положение местных жителей использовали террористы для пополнения своих рядов в осажденном ими Марави. За участие в боевых действиях на их стороне полагалось материальное вознаграждение.

Активизация терроризма на Филиппинах перестала быть национальной проблемой. Поэтому борьба с ним требует координации региональных усилий, которые до последнего времени ограничивались лишь обменом разведывательными данными. В июне 2017 г. Филиппины, Индонезия и Малайзия приняли решение о совместном патрулировании пограничных вод в море Сулу (Тихий океан). Этот шаг, хотя он и направлен на пресечение контрабанды вооружений и обеспечение безопасности морских перевозок в районе, подверженном угрозе пиратского нападения со стороны боевиков «Абу Сайяф», тем не менее, подтверждает появление общей политической воли по созданию региональной инфраструктуры борьбы с терроризмом.

Террористическая угроза в этом регионе стала одной из самых обсуждаемых проблем на 31-м саммите АСЕАН, проходившем в Маниле в ноябре 2017 г. с участием руководителей США, Китая, Японии и России. 

"Новый оборонный заказ. Стратегии" 
2018, август   

Комментариев еще нет.

Оставить комментарий

Вы должны войти Авторизованы чтобы оставить комментарий.

Партнеры