Современная артиллерия против БПЛА

Беспилотные летательные аппараты стали неотъемлемой частью войн, и очевидно, что угроза от них для противовоздушной обороны, прикрываемых ими объектов и войск будет только усиливаться. В разных странах ведутся работы по использованию в военных целях тактики группового применения легких или миниатюрных беспилотных летательных аппаратов с использованием искусственного интеллекта, так называемых «роев».

Все это требует как внедрения новых, так и, по возможности, модернизации старых средств противовоздушной обороны с учетом имеющихся угроз и сочетания различных средств противодействия новой угрозе. У российской военной промышленности есть все возможности для ответа на новые вызовы, и это касается, в том числе, зенитной артиллерии, которая должна пережить определенный ренессанс с применением современных технологий. При этом нельзя забывать, что надежную оборону может обеспечить только комплексная эшелонированная система.

Многообразие форм и задач, выполняемых беспилотными летательными аппаратами (БПЛА), уже сейчас весьма велико: от самых простых аппаратов, используемых для тактической разведки, корректировки артиллерийского огня и прочих задач, либо в качестве дронов-«камикадзе» (барражирующих боеприпасов), до больших тяжелых БПЛА, предназначенных для нанесения ударов по противнику с помощью управляемых бомб и ракет или ведения стратегической разведки. При этом развитие современных технологий позволяет вести производство простых БПЛА из доступных коммерческих комплектующих или осуществлять модификацию готовых коммерческих дронов для военных целей не только государствам, но и негосударственным структурам, включая террористические группировки, что прекрасно показали войны в Сирии в Ираке.

 

Активно развивается применение вооруженными силами иностранных государств и незаконными вооруженными формированиями беспилотной авиации. Проводимые НВФ работы по совершенствованию БПЛА и способов их применения свидетельствуют о том, что в ближайшее время угрозы, связанные с использованием беспилотников в террористических целях, могут возрасти не только в САР, но и на территории любой другой страны. В связи с этим особое внимание должно быть уделено организации противодействия БПЛА в мирное время, совершенствованию способов их обнаружения и уничтожения

Генерал-лейтенант Александр Леонов,
начальник войсковой противовоздушной обороны ВС РФ

 

В свою очередь, на вооружении армий мира по-прежнему состоит множество комплексов противовоздушной обороны (ПВО), которые создавались прежде всего для борьбы с пилотируемыми самолетами и вертолетами и поэтому зачастую плохо приспособлены для эффективной борьбы с определенными типами БПЛА. Показательным примером стала Вторая Карабахская война осенью 2020 года, когда ПВО армянской стороны, состоявшая, за небольшими исключениями, из уже достаточно устаревших зенитных ракетных комплексов (таких как ЗРК «Оса», «Куб», С-125, С-300ПТ-1 и т.д.) и такой же устаревшей зенитной артиллерии (20-мм Zastava M55, 23-мм ЗУ-23-2 и ЗСУ-23-4), оказалась крайне уязвимой для современных израильских и турецких беспилотников, использовавшихся азербайджанской стороной. На этом фоне единичные современные средства армянской ПВО, такие как ЗРК «Тор-М2КМ», не могли изменить ситуацию.

Еще одним ярким примером можно назвать атаку в сентябре 2019 года против объектов саудовской нефтяной инфраструктуры в районах Абкайк и Хурайс, ответственность за которую взяли на себя йеменские хуситы, уже несколько лет воюющие с коалицией во главе с Саудовской Аравией. Тогда дроны-«камикадзе» и крылатые ракеты предположительно иранского производства беспрепятственно пролетели сотни километров и нанесли высокоточные удары по критически важным объектам, выведя их из строя и принеся огромный ущерб королевству. Таким образом, составляющие основу саудовской ПВО американские ЗРК Patriot, французские ЗРК Shahine и другие не смогли обеспечить надежное прикрытие этих ключевых объектов.

Сами по себе зенитные управляемые ракеты, особенно у ЗРК большой и средней дальности, несравнимо дороже многих беспилотников, а при массированном применении противником различных БПЛА такие ЗРК могут быстро исчерпать свой боекомплект. И даже если им удастся отбить атаку БПЛА, они могут стать беззащитными для новых атак. Более того, малая эффективная площадь рассеяния (ЭПР) современных небольших БПЛА серьезно затрудняет их радиолокационное обнаружение на большом расстоянии и может сокращать время для реагирования до минимума. Таким образом, вместе со средствами радиоэлектронной борьбы (РЭБ) современная зенитная артиллерия должна служить одним из средств борьбы против дронов-«камикадзе», небольших разведывательных БПЛА, а также управляемых боеприпасов, запускаемых с ударных БПЛА, которые за счет своих малых размеров и многочисленности способны создавать большие проблемы для зенитных ракетных комплексов.

 

Беспилотники изначально являлись одним из типов целей, с которыми должен бороться «Панцирь». На момент создания комплекса это были достаточно крупные и скоростные цели самолетного типа. Потом дроны стали малогабаритными, с малой эффективной площадью рассеяния, летающими на малых скоростях. Уязвимое место всех радиолокационных систем – как раз работа по таким небольшим малоскоростным целям. Когда они идут на малых скоростях и высотах на фоне сильных отражений от земной поверхности, станция обнаружения целей забивается. Это очень сложная проблема, однако «Панцирь» с ней справляется

Валерий Слугин,
главный конструктор по комплексам ПВО АО «Конструкторское бюро приборостроения им. академика А.Г. Шипунова» (КБП)

 

Стоит сказать, что в последние пару десятилетий для защиты наиболее важных объектов в ряде стран создаются наземные зенитные артиллерийские комплексы (ЗАК) с пушками, обладающими высокой скорострельностью. В качестве наиболее известного примера можно назвать американский 20-мм зенитный артиллерийский комплекс C-RAM LPWS (Land-based Phalanx Weapon System) от Raytheon Missiles & Defense, созданный на основе корабельного артиллерийского комплекса и размещаемый на базе полуприцепа или тяжелого армейского грузового автомобиля. Благодаря высокой скорострельности шестиствольных автоматических пушек, наличию достаточно современных радиолокационных и оптико-электронных средств обнаружения они теоретически способны на близком расстоянии находить и поражать на малых и предельно малых высотах различные типы целей, непосредственно подлетающих к защищаемому объекту. Однако платой за это становятся достаточно большие размеры комплекса, невысокая мобильность, небольшой эффективный радиус поражения (максимум до 1,5–2 км) и быстрый расход боеприпасов. Кроме того, C-RAM LPWS создавался в первую очередь для прикрытия американских баз в Ираке, Афганистане от обстрелов одиночными или небольшими залпами реактивных снарядов, минометных мин и т.п. Проблема обнаружения малозаметных низкоскоростных целей может сократить до минимума время на реакцию, и даже при своевременном обнаружении БПЛА при массированной атаке они могут быстро исчерпать свой боезапас.

Более интересным «западным» вариантом для подобного прикрытия баз и прочих стационарных объектов выглядит 35-мм зенитный артиллерийский комплекс MANTIS (Modular, Automatic and Network capable Targeting and Interception System) от Rheinmetall Air Defence, принятый на вооружение в Германии. При меньшей скорострельности одноствольных 35-мм револьверных автоматических пушек этот комплекс обладает заметными преимуществами, несмотря на то, что он фактически полустационарный. В первую очередь это использование 35-мм снарядов AHEAD с программируемым воздушным подрывом и заметно более высокая максимальная эффективная дальность поражения (до 3–5 км в зависимости от цели).

Интересный путь выбрал Китай, где для обеспечения прикрытия важных объектов был разработан зенитный ракетно-артиллерийский комплекс HQ-6A. Он состоит из отдельных машин с семиствольными 30-мм автоматическими пушками, созданных на базе корабельного артиллерийского комплекса H/PJ12, и машин с пусковыми установками зенитных ракет малой дальности, объединенных вместе.

В России для обеспечения защиты важных объектов, зенитно-ракетных систем большой дальности ПВО страны, таких как С-400 и т.д., используются зенитные ракетно-пушечные комплексы (ЗРПК) «Панцирь-С» от тульского КБП. ЗРПК малой дальности «Панцирь-С1» на колесном шасси КамАЗ-6560 отличаются хорошей мобильностью, автономностью и определенной универсальностью. Каждая боевая машина может нести 12 зенитных управляемых ракет (ЗУР) с зоной поражения от 1,5 до 20 км, две 30-мм двуствольные автоматические пушки с зоной поражения от 0,2 до 4 км, а также РЛС обнаружения целей, многофункциональную РЛС наведения и оптико-электронную систему. Однако поскольку комплекс начали разрабатывать, когда БПЛА были в основном крупными и скоростными и представляли собой далеко не главную цель, по опыту боевого применения «Панцирей» в последние годы потребовалась их доработка для борьбы с новыми угрозами.

против БПЛА

«Панцирь-СМ» на новом шасси К-53958 «Торнадо»

Так, главный конструктор комплекса Валерий Слугин отмечает, что по итогам полученного опыта боевого применения в Сирии была проведена доработка локационных средств для лучшего обнаружения и точного сопровождения малозаметных целей. Кроме того, главное средство поражения целей у «Панцирь-С1» все же представляют зенитные ракеты, а пушечное вооружение – это «оружие последнего шанса», то есть оно служит в первую очередь для самообороны самого комплекса от тех же беспилотников или наземного противника, что признает и сам разработчик. А это опять же поднимает проблемы дороговизны зенитных ракет, перенасыщения возможностей боевых машин и исчерпания ими боекомплекта в случае противодействия массированному применению противником БПЛА и управляемых ракет. Поэтому сейчас идут активные работы по созданию специальных дешевых малогабаритных ракет, предназначенных в первую очередь для поражения беспилотников. Модернизированный вариант комплекса, доработанный в том числе на основе полученного боевого опыта – «Панцирь-СМ» на новом шасси К-53958 «Торнадо» в ближайшие годы должен быть принят на вооружение.

Стоит заметить, что вариант комплекса «Панцирь-СА» на базе двухзвенного гусеничного вездехода ДТ-30, который был создан для северных районов страны, и вовсе лишился пушечного вооружения, зато количество ракет в боекомплекте увеличилось до 18.

Что касается войсковой ПВО, новые ЗСУ и ЗРПК тоже продолжают появляться в разных странах от Китая до Европы. Естественно, вопрос борьбы с БПЛА и для них становится все более важным, и большая роль тут отводится боеприпасам с программируемым воздушным подрывом. К примеру, уже ранее упомянутая Rheinmetall Air Defence наряду с комплексом MANTIS для защиты стационарных объектов предлагает сейчас и 35-мм зенитные самоходные установки (ЗСУ) Oerlikon Skyranger, которые тоже могут вести огонь снарядами AHEAD. В Турции в последние годы на вооружение принята новая 35-мм ЗСУ Korkut от Aselsan, для которой тоже разработаны программируемые боеприпасы с воздушным подрывом ATOM.

Самые современные комплексы первичного звена российской войсковой ПВО на данный момент – это гусеничные зенитные пушечно-ракетные комплексы (ЗПРК) «Тунгуска», а также их модернизированные варианты «Тунгуска-М» и «Тунгуска-М1». Боевые машины этих комплексов оснащены двумя 30-мм двуствольными автоматическими пушками с зоной поражения от 0,2 до 4 км и восемью ЗУР с зоной поражения от 2,5 до 10 км (у «Тунгуски-М1»), оптическими и радиолокационными средствами обнаружения и сопровождения целей. При этом даже «Тунгуска» была изначально разработана еще при СССР, когда нынешней угрозы от БПЛА не существовало, а в войсках ведь остается еще немало уже полностью устаревших 23-мм зенитных самоходных установок ЗСУ-23-4 «Шилка», а также множество зенитных установок ЗУ-23-2.

Конечно, ни в коем случае нельзя сбрасывать со счетов модернизацию старых систем: даже ЗУ-23-2 вполне могут еще много лет послужить в качестве относительно недорогого средства борьбы с некоторыми типами БПЛА. Однако для этого необходимо проводить их модернизацию с установкой оптико-электронных средств обнаружения, автоматического наведения и т.д. К примеру, вариант подобной модернизации предлагает Подольский электромеханический завод в виде ЗУ-23/30М1-4, есть также вариант ЗУ-23/М1-3 с установкой на зенитную установку модуля для запуска ракет ПЗРК.

Но для полноценного противодействия возрастающей угрозе со стороны БПЛА в ближайшем будущем нужны новые вооружения. Большую роль в этом должен сыграть новый 57-мм зенитный артиллерийский комплекс «Деривация-ПВО» от нижегородского АО «ЦНИИ «Буревестник», входящего в состав концерна «Уралвагонзавод». Впервые его показали на форуме «Армия-2018», а 24 июня 2020 года боевые машины 2С38 этого комплекса участвовали в параде в честь 75-летия Победы в Великой Отечественной войне на Красной площади в Москве.

Боевая машина 2С38 комплекса «Деривация-ПВО» создана на шасси БМП-3 и оснащена необитаемым боевым модулем с 57-мм автоматической пушкой, для которой создаются и испытываются новые боеприпасы, такие как многофункциональный снаряд с дистанционным взрывателем и управляемый снаряд с управлением временем подрыва на всей траектории полета.

против БПЛА

Боевая машина 2С38 комплекса «Деривация-ПВО»

Несмотря на меньшую скорострельность и меньший боезапас по сравнению с 30-мм пушками ЗРПК «Панцирь-С1» и «Тунгуска-М1», использование подобных новых 57-мм снарядов должно резко повысить эффективность поражения воздушных целей, включая БПЛА. Более того, использование мощного 57-мм снаряда позволяет поражать цели на дальности до 6 км. По воздушным и наземным целям возможно также вести огонь и уже давно существующими 57-мм снарядами. Дополнительно боевая машина 2С38 вооружена 7,62-мм пулеметом, есть также дымовые гранатометы для постановки помех. Для обнаружения целей и прицеливания машина оснащена современной оптико-электронной системой. Использование только пассивной системы обнаружения и прицеливания на боевой машине 2С38 комплекса «Деривация-ПВО» должно обеспечивать ее незаметность для средств обнаружения радиолокационного излучения.

Согласно заявлениям от разработчика, первые испытания уже подтвердили эффективность комплекса «Деривация-ПВО» против различных типов беспилотников, включая малоразмерные. Предполагается, что его государственные испытания будут завершены в 2022 году, после чего начнутся поставки комплексов «Деривация-ПВО» для российских Вооруженных сил. Если верить источнику агентства «Интерфакс», предполагаются настолько крупные закупки для российской армии комплексов «Деривация-ПВО», что это должно позволить заменить в войсках не только все остающиеся «Шилки», но даже и «Тунгуски».

 

Предварительные испытания боевой машины («Деривация-ПВО») завершены, в том числе подтверждена возможность борьбы с беспилотниками различного типа – от малоразмерных до тяжелых ударных. Сейчас идет изготовление опытно-промышленной партии. Первые поставки нового зенитного комплекса в войска запланированы в 2022 году

Александр Потапов, генеральный директор концерна «Уралвагонзавод»

 

В заключение нужно отметить еще раз, что ни один зенитный комплекс не может обеспечивать надежное прикрытие в одиночку – для надежной ПВО необходимы различные комплексы разной дальности, которые связаны в единую систему. Это прекрасно показали боевые действия в Ливии в 2019–2020 годах, когда Ливийская национальная армия (ЛНА) фельдмаршала Хафтара при поддержке союзных стран пыталась взять столицу страны – Триполи. Прикрытие наступающей группировки с воздуха в основном обеспечивалось за счет ЗРПК «Панцирь-С», а ЛНА активно поддерживали ударные БПЛА Wing Loong 2 китайского производства. Как «Панцири», так и Wing Loong 2 были отправлены на помощь силам фельдмаршала Хафтара Объединенными Арабскими Эмиратами.

В свою очередь, на помощь силам оборонявшегося в Триполи правительства национального согласия (ПНС) пришла Турция, отправившая в числе прочего разведывательно-ударные БПЛА Bayraktar TB.2. Поначалу турецкой стороне с помощью ограниченных средств не удавалось обеспечить коренного перелома, а многие из поставленных в 2019 году турецких БПЛА были сбиты или уничтожены на земле. Потери несла и небольшая пилотируемая авиация, что имелась у самого ПНС.

Однако все изменилось в начале 2020 года, когда у берегов Ливии были размещены турецкие фрегаты типа G с сильной ПВО и непосредственно на берегу развернуты различные сухопутные комплексы ПВО и РЭБ. Среди них турецкие 35-мм ЗСУ Korkut, модернизированные ЗРК средней дальности Hawk, системы РЭБ Koral и, по некоторым данным, даже новейшие турецкие ЗРК малой дальности Hisar-A.

Таким образом, турецкие военные смогли обеспечить надежное противовоздушное прикрытие района городов Триполи и Мисурата и далее провести беспрепятственное развертывание достаточного количества БПЛА, артиллерии и переброску протурецких боевиков с севера Сирии для поддержки контрнаступления ПНС.

Тем не менее, массированное применение БПЛА не стало для Турции «легкой прогулкой», ее беспилотники несли заметные потери от «Панцирей». Так, за период с января по июнь 2020 года, судя только по доступным фото- и видеоматериалам, в Ливии зафиксирована потеря как минимум 19 БПЛА Bayraktar TB.2, и это не считая других, более мелких разведывательных БПЛА и пр. Однако в конечном итоге, при отсутствии эшелонированной ПВО, прикрывавшие силы ЛНА «Панцири», разбросанные по разным участкам фронта и тыла, оказались неспособны постоянно отражать атаки беспилотников. Ведь БПЛА могли вести постоянную разведку за пределами радиуса действия ЗРПК и наносить удары по ним или наводить на них артиллерию, когда зенитные комплексы исчерпывали запас ракет, когда машины в походном режиме перемещались с одной позиции на другую и т.д.

Точно известно о восьми «Панцирях», уничтоженных или захваченных силами Турции и ПНС за первую половину 2020 года, причем подавляющее их большинство было поражено, когда они в принципе были неспособны отражать атаки, находясь на марше или в укрытиях для перезарядки и пр. В итоге, потеряв прикрытие от воздушной угрозы, силы фельдмаршала Хафтара под Триполи не выдержали постоянных ударов, понесли большие потери и потерпели тяжелое поражение.

Все это еще раз доказывает непреложную истину: помимо возможностей самих вооружений, огромное значение имеют общая стратегия и тактика их применения в каждом конкретном случае.

 

Автор - Юрий Лямин

©«Новый оборонный заказ. Стратегии» 
№ 1 (66), 2021 г., Санкт-Петербург

Партнеры

гособоронзаказ конференция