Гарантированное возмездие. Громовый раскат и контрольный выстрел

Сто лет назад, накануне Первой мировой войны, два военных деятеля высказали свои взгляды на грядущее развитие военной авиации. Один из них отнёсся к лёгким «этажеркам» весьма скептически: занятный аттракцион, любопытная игрушка, но не более. Другой предсказывал, что эти смешные этажерки в самом скором времени превратятся в могучие воздушные корабли, способные решить исход войны мощными бомбовыми ударами, не просто разрушающими заводы и городские кварталы, но ломающими саму волю к вооружённому сопротивлению. «Я хочу только сделать упор на одном моменте, а именно на силе морального эффекта, который могут дать подобные воздушные действия,– морального эффекта, могущего иметь ещё большие последствия, чем сами материальные результаты этих действий»,– писал он. Имена и скептика, и оптимиста хорошо известны военным историкам, да и всем, кто интересуется военным делом. Скептиком был будущий маршал, главнокомандующий войсками Антанты в Первой мировой войне, француз Фердинанд Фош (к слову, несмотря на мнение Фоша, именно Франция в начале века была мировым лидером в производстве самолётов). Оптимистом был полковник (генеральский чин он получил только десять лет спустя) итальянец Джулио Дуэ. В своих прогнозах он гениально предвосхитил развитие военной авиации, и уже на рубеже нового, двадцать первого века выяснилось, что в современной войне авиация решает едва ли не девять десятых всех огневых задач.

Развязанные руки воина

Дуэ доказал свою правоту, но, как это часто бывает, эффективное и наглядное её воплощение – сокрушающие удары тяжёлых бомбардировщиков – заслонило от публики более глубокие мысли, высказанные итальянским стратегом. «Тот, кто сражается не на жизнь, а на смерть,– а в настоящее время иначе нельзя сражаться,– имеет священное право пользоваться всеми средствами, какими он располагает, чтобы не погибнуть,– писал Дуэ.– Нельзя квалифицировать военные средства как цивилизованные или варварские. Варварской будет война, средства же, которые в ней применяются, можно различать одни от других лишь по их эффективности, по их мощи и по урону, который они могут нанести противнику. А поскольку на войне необходимо наносить противнику максимальный урон, всегда будут применяться средства, наиболее пригодные для этой цели, каковы бы они ни были».

Таким средством нанесения максимального урона на протяжении многих лет очевидно воспринимался стратегический бомбардировщик. Своеобразное возрождение теории Дуэ состоялось во второй половине 1990-х годов в форме американской «доктрины авиационного сдерживания». Генерал-майор Ч. Уолд писал: «Техника достигла такого уровня, который позволяет авиации реализовать философию „гарантированного обнаружения и поражения“». На смену химическому и ядерному оружию в выкладках теоретиков пришло высокоточное оружие (ВТО) с «обычными» боевыми частями повышенной эффективности. Новое ВТО и возможность его совместного использования со средствами разведки и связи не должны оставлять ни одной цели практически ни одного шанса. А летательные аппараты – сверхзащищённые, суперживучие – с современными системами обнаружения и сопровождения целей, прицельно-навигационными комплексами, гибким программным обеспечением бортовых компьютеров, электродистанционными системами управления полётом выступают прекрасным средством доставки и применения ВТО. Сторонники «доктрины авиационного сдерживания» утверждали, что авиация способна остановить и сорвать наступление противника не более чем за две недели. После этого оставалось только обеспечить себе господство в воздухе и решить все основные задачи по разгрому противника и разрушению его инфраструктуры.

Громовый раскат возмездия

Что бы там ни говорили сторонники разнообразных псевдопатриотических военных теорий, начиная со времен Второй мировой войны стратегическая бомбардировочная авиация США безусловно является лучшей в мире. Её основу составляют легендарные самолёты В-52 «Стратофортресс», которые стоят в строю уже более 60 лет (и прослужат еще половину этого срока). Кроме того, 20 «летающих крыльев-невидимок» В-2, по мнению командира 509-го бомбардировочного авиакрыла бригадного генерала Томаса Бассьера, «много кому не дают спать по ночам».

Действительно, самолёт-невидимка В-2 по праву считается самым технически совершенным из всех бомбардировщиков мира. Но «невидимый самолёт» – это не оптимизированные обводы фюзеляжа и покрытие, поглощающее радарные лучи. Это еще и особая стратегия. Например, самолёт В-2 легче заметить на экране радара, когда он ориентирован боком к станции наблюдения, и намного труднее – когда он летит прямо на радар. Пилоты В-2 планируют свои атаки с учётом этой специфики, и траектория их полёта представляет собой ломаную линию.

На полных баках В-2 способен пролететь порядка 10 000 км. Пилоты В-2 давно уже не пользуются в своей работе традиционными прицелами для бомбометания и не жмут на гашетку: им достаточно кнопок и клавиатуры. Бортовой компьютер вычислит правильный момент для сброса бомбы с учётом текущей скорости. Он автоматически откроет бомболюк и выпустит боеприпас из бомбового стеллажа либо из ротационного пускового устройства. Из официальных сообщений известно, что В-2 способен сбросить 80 неуправляемых бомб, причём так, что каждая из них ляжет не далее 150 м от заданной цели. Кроме того, он может нести до 16 боеприпасов типа Joint Direct Attack Munition (JDAM) – 900-килограммовых свободнопадающих бомб, превращенных в самонаводящиеся – для этого они снабжены управляемыми стабилизаторами, корректирующими курс падающего снаряда.

Возможности самолёта В-2 были ярко продемонстрированы, когда в марте 2011 года он участвовал в ночном налёте на Ливию. Бомбовые удары поразили 45 из 48 запланированных целей.

В-2 представляет собой отличный, но при этом не идеальный боевой инструмент. И в позапрошлом году администрация Барака Обамы заявила, что теперь Пентагон будет уделять больше внимания ситуации в Азии, которую необходимо считать «ключом ко всему Тихоокеанскому региону». Этот разворот в стратегическом мышлении вдохнул новую жизнь в программу разработки нового бомбардировщика-невидимки, закрытую в 2009 году тогдашним министром обороны Робертом Гейтсом. Ударный бомбардировщик дальнего радиуса действия может взлетать далеко за пределами доступности для китайских крылатых и баллистических ракет, а его системы противорадарной маскировки позволят преодолеть любой барьер ПВО. В 2012 году на разработку нового стратегического бомбардировщика Вашингтон выделил более 6 млрд долларов. По оценкам экспертов, всего проект потребует не менее 120 млрд долларов.

Контрольный выстрел в главную голову

Вы спросите: ну, и при чём здесь скрытые особенности теории Дуэ? Мощный удар может обеспечить мощный самолёт, всё просто. Не торопитесь. Гениальный итальянец предупреждал, что главная цель придуманной им «воздушной армии» – не просто разрушить как можно больше домов или уничтожить как можно больше людей. Необходимо подавить волю противника к сопротивлению, или, ещё вернее, раздавить в зародыше агрессивные замыслы тех политиков, которые рассчитывают в случае угрозы для себя лично бросить в огонь собственное население и города, фактически прикрываясь ими как заложниками.

А вот на этот вопрос даёт ответ новая инициатива американского оборонного агентства DARPA, призванная вывести на новый уровень взаимодействие наземных и воздушных сил. Концепция, получившая название PCAS (Persistent Close Air Support), позволит наземным войскам и боевым экипажам самолётов в реальном времени координировать действия, выбирать и использовать высокоточное оружие. PCAS предполагает развёртывание прямо на поле боя модульной коммуникационной сети, включающей пилотируемые и беспилотные летательные аппараты, каналы передачи данных, цифровые системы наведения и управления огнём, а также новые графические пользовательские интерфейсы и мобильные приложения. Данная система подразделяется на два комплекса: воздушный PCAS-Air и наземный PCAS-Ground. Некоторые компоненты PCAS уже прошли первые крупномасштабные испытания. С декабря 2012 до марта 2013 года дислоцированные в Афганистане части использовали планшеты с программным обеспечением PCAS-Ground Android.

В то время как PCAS-Air на основании переданных с земли данных формирует исчерпывающую картину происходящего и рекомендует пилотам оптимальные маршруты захода на цель и средства её уничтожения, PCAS-Ground в реальном времени выводит на тактический дисплей пехотинца всю необходимую информацию, от данных воздушной разведки до действий самолётов поддержки. Задачу по установлению постоянного контакта между наземными и воздушными силами DARPA возлагает на оснащённые соответствующими модулями беспилотные летающие аппараты.

По словам руководства программы, цель проекта – добиться более быстрого точного и скоординированного взаимодействия между воздушными и наземными силами в условиях реальных боевых действий. Это позволит не только сократить расход боеприпасов, но и минимизировать риск дружественного огня и нанесения сопутствующего ущерба. И, кроме того, позволит наносить в прямом смысле слова точечные – прямо в голову – удары по руководителям боевых операций. И если американцы подчёркивают, что их приоритетными мишенями станут боевые командиры, то китайские стратеги не особенно скрывают, что их соответствующие подразделения специальных ударных операций ориентированы в первую очередь на устранение политических лидеров противника.

Так что здесь есть над чем задуматься…

Андрей Стрелин

Партнеры