Экспорт вооружений Франции

Автор Ольга Журавлева

В марте 2023 года Стокгольмский международный институт исследования проблем мира (SIPRI) опубликовал ежегодный доклад «Тенденции в сфере международных поставок оружия, 2022». Для российских исследователей наиболее интересной оказалась оценка Питера Веземана, одного из авторов доклада, который считает, что в тройке лидеров по экспорту вооружений Франция в скором времени имеет шанс потеснить Россию и занять второе место^[1].

В качестве аргументов аналитик приводит активность Франции в расширении своего оборонного сектора и влияние на Россию санкций со стороны Запада из-за конфликта в Украине. Вопросы текущего положения России на мировом рынке вооружений были широко освещены российскими экспертами, в то же время представляется не менее важным более пристально взглянуть на Францию, чтобы выяснить, что составляет основу сегодняшнего успеха этой страны в торговле оружием.

По данным SIPRI, в период первого президентского срока Э. Макрона (2017–2021) доля Франции на мировом рынке вооружений увеличилась вдвое по сравнению с периодом 2012–2016 годов и составила 11% от общемирового объема. При этом почти половина (47%) французского экспорта вооружений пришлась на Азию и Океанию и более трети (37%) – на Ближний Восток. Наибольших экспортных успехов в этот период Франции удалось добиться в продаже продукции авиационной промышленности – 56% от общего объема экспорта, на втором месте с гораздо более скромными показателями (15%) – продукция военно-морского сектора. Основными получателями французской военной техники были Индия, Катар и Египет, на долю которых в совокупности пришлось 56% французского экспорта вооружений в 2017–2021 годах.

Министерство вооруженных сил Франции в отчете парламенту приводит отдельно данные по стоимости полученных заказов и по поставкам оборудования, согласно которым Ближний Восток лидировал как с точки зрения стоимости полученных заказов (40%), так и в отношении поставок (23%), на страны ЕС пришлось около 25% заказов и около 3% поставок, а доля Азии и Океании по заказам и поставкам составила 16% и 30% соответственно. При этом в топ-5 стран по совокупной стоимости заказов предсказуемо вошли четыре ближневосточные страны – Египет, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ – и только одна европейская: Бельгия.

По сравнению с периодом 2012–2016 годов наблюдается относительное постоянство. Доля стран Ближнего Востока в объеме заказов сократилась примерно на 8%, при этом объем поставок в них увеличился почти на 10%. Таким образом, страны региона, в частности, Египет, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ, остаются ключевыми партнерами Франции в сфере экспорта вооружений. Ощутимыми изменениями выглядят снижение доли заказов от стран Азии и Океании на 19% (их доля в поставках осталась на прежнем уровне) и увеличение на 22% доли заказов от стран ЕС (доля в поставках незначительно снизилась). В целом за пятилетний период первого президентского срока Э. Макрона Франции удалось заключить контракты на сумму около 40 млрд евро и почти на такую же сумму (39 млрд евро) реализовать поставки техники.

Такие результаты выглядят впечатляющими, но еще более интересными представляются успехи Франции в военном экспорте в первый год второго президентского срока Э. Макрона. Согласно отчету Министерства вооруженных сил Франции, 2022 год ознаменовался рекордом для французской оборонной промышленности – были достигнуты экспортные соглашения почти на 27 млрд евро. В этот подсчет вошли не только крупные сделки, заключенные непосредственно в 2022 году, как, например, соглашение с Индонезией о продаже 42 истребителей «Рафаль», но и часть «сделки века» с ОАЭ о продаже 80 истребителей «Рафаль» и 12 боевых вертолетов (~16 млрд евро), контракт по которой был подписан в конце 2021 года и вступил в силу в 2022-м.

Хотя заказы на истребители «Рафаль» самые знаковые, спектр экспортных возможностей Франции также включает фрегаты типа FDI (Frégate de Défense et d'Intervention), соглашение о продаже которых было достигнуто с Грецией. В целом следует отметить, что для 600 компаний, получивших экспортные лицензии в 2022 году, лицензии на «малые контракты» стоимостью менее 200 млн евро составили всего только 4 млрд евро из 27, иными словами, в основе французского экспорта вооружений – крупные сделки.

О том, насколько успешен был для Франции 2023 год, на текущий момент рассуждать рано – ввиду отсутствия официальных данных. Однако, уже будучи заметным игроком на мировом рынке вооружений, Франция неизбежно привлекает к себе внимание независимо от того, добивается ли она успеха, как в случае с подписанием упомянутого контракта с ОАЭ, или терпит неудачу, как в ситуации с отменой Австралией многомиллиардного заказа на подводные лодки в 2021 году.

Вместе с тем, Франции далеко не сразу удалось занять некую нишу на рынке вооружений, это стало возможным благодаря различным факторам, под влиянием которых формировалась политика страны в сфере экспорта военной техники.

Экспортная политика

Политика Франции в сфере экспорта вооружений неотъемлемо связана с внешней, оборонной и экономической политикой страны. Ее концептуальные основы формировались в далеких шестидесятых, в период президентства Шарля де Голля, и с тех пор они не подвергались глубокому пересмотру. Когда Шарль де Голль стал президентом Франции, он поставил своей приоритетной задачей восстановление независимости и суверенитета страны, а также возвращение ей звания великой державы. Эти убеждения легли в основу концепции стратегической автономии, которая подразумевает способность принимать решения и действовать автономно для защиты интересов страны. Концепция включает в себя политические, оперативные, промышленные и технологические аспекты и рассматривается Францией как необходимое условие для обеспечения суверенитета, а также как условие доверия к ней в глазах союзников и партнеров.

Суть политики Франции в сфере экспорта вооружений, в том числе при Макроне, тесно связана с концепцией стратегической автономии, о чем свидетельствует формулировка целей этой политики: 1) поддержание в долгосрочной перспективе французской и европейской оборонной промышленности для удовлетворения потребностей вооруженных сил Франции (экономический аспект автономии); 2) укрепление оборонного сотрудничества, необходимого для обеспечения безопасности Франции, а также международной безопасности путем удовлетворения законных оборонных потребностей партнеров Франции (политический аспект).

Таким образом, политика Франции в сфере экспорта вооружений сводится к поиску баланса между экономическими и геополитическими соображениями с учетом контекста международной безопасности.

В поддержку указанных целей во Франции выстроена крепкая законодательная и институциональная база. Законодательство на национальном уровне создает инструменты контроля, в частности, устанавливает принцип запрета на поставки вооружений без разрешения государства, т.е. лицензии на экспорт, а также предусматривает процедуру контроля a posteriori, чтобы убедиться в том, что после получения лицензии компании осуществляют операции в соответствии с выданными разрешениями. Кроме того, оно ограничивает круг субъектов, вовлеченных в процесс принятия решений по вопросам экспорта вооружений, исполнительной властью.

Основные ведомства, отвечающие за проведение политики Франции в сфере экспорта военной техники, – Министерство вооруженных сил, Министерство Европы и иностранных дел, а также Министерство экономики, финансов, промышленного и цифрового суверенитета. Все они располагают внутренними структурами, которые выполняют различные задачи в области экспорта оружия, направленные как на обеспечение соблюдения положений внутреннего законодательства Франции, международных соглашений и договоренностей, так и на создание условий, способствующих экспорту оружия и сотрудничеству в области обороны.

Клиенты Франции, будь то члены НАТО, Европейского союза или партнеры в других регионах мира, знают, что обладание современным оружием и способность развернуть его служат гарантией их безопасности и суверенитета

Себастьян Лекорню, министр Вооруженных сил Франции

Решения о выдаче разрешений на экспорт оружия принимает Межведомственная комиссия по контролю над экспортом продукции военного назначения (CIEEMG). В состав этой комиссии входят представители перечисленных министерств. Генеральный секретарь по вопросам обороны и национальной безопасности (SGDSN) занимает роль председателя, он действует от имени премьер-министра и следит за тем, чтобы разрешение на экспорт оружия не создавало рисков для национальной безопасности и политического имиджа Франции. Такой подход позволяет учесть интересы Франции в различных сферах, однако участникам комиссии не всегда удается прийти к консенсусу или даже компромиссу, и тогда к разрешению спорных вопросов подключается премьер-министр или даже президент.

Так было, например, в 2018 году, когда Министерство вооруженных сил и Министерство Европы и иностранных дел не смогли прийти к соглашению относительно разрешения на операцию по экспорту оружия в Саудовскую Аравию из-за войны в Йемене, и президент Э. Макрон вмешался, поддержав Министерство вооруженных сил, которое выступало за то, чтобы сделка состоялась. Этот фактор можно рассматривать как благоприятный для политики Франции в области экспорта вооружений, поскольку он позволяет учитывать интересы заинтересованных ведомств, но не парализовывать процесс принятия решений в случае расхождения интересов. Это позволяет Франции проводить относительно последовательную политику в области экспорта вооружений.

Тем не менее, необходимо отметить, что процесс принятия решений в рамках CIEEMG не прозрачен, поскольку заседания комиссии проходят в закрытом формате, а информация о них конфиденциальна. С одной стороны, это позволяет Франции защищать свои оборонные секреты и секреты своих партнеров, с другой стороны, отсутствие информации в наиболее деликатных случаях ставит под сомнение соблюдение Францией своих международных обязательств по линии Договора о торговле оружием и Общей позиции Совета ЕС 2008/944/ОВПБ от 08.12.2008 (с изменениями от 16.09.2019). Особенно остро эта проблема проявила себя в контексте продажи оружия Саудовской Аравии и ОАЭ, которые вовлечены в вооруженный конфликт в Йемене.

Политика Франции в области экспорта вооружений подвергается критике со стороны представителей гражданского общества и парламента во многом из-за отсутствия прозрачности со стороны правительства в отношении интерпретации критериев, которые применяются при выдаче разрешений на экспорт оружия. В последние годы парламентарии требуют большей прозрачности, и все чаще звучат предложения наделить парламент контрольными полномочиями в области экспорта оружия.

Например, в 2020 году депутаты Ж. Мэр и М. Табаро представили доклад, в котором предложили создать парламентскую делегацию по контролю над экспортом оружия, которая имела бы право давать рекомендации и заключения по рассматриваемым заявкам на получение лицензий и публиковать ежегодный отчет, чтобы стимулировать дебаты в соответствующих комитетах Национального собрания по ежегодному отчету правительства. Хотя такую позицию поддерживают не все парламентарии, напряженность между законодательной и исполнительной ветвями власти все равно возникает, поскольку последняя стремится защитить свои институциональные интересы. Эта напряженность сглаживается структурой французской политической системы, так как полномочия парламента в вопросах обороны ограничены Конституцией Франции, согласно которой большинство вопросов, связанных с обороной, включая экспорт оружия, относятся к компетенции правительства.

Однако роль парламента в оборонной политике ярко выражена при принятии закона о военном программировании (LPM), от которого зависит практическая реализация французской оборонной политики. В новый закон, рассчитанный на 2024–2030 годы, внесены изменения, направленные на усиление роли парламентариев в сфере экспортного контроля: статья 53 предусматривает представление в парламент отчета о деятельности министерского комитета по апостериорному контролю экспорта оружия (CMCAP), а статья 54 – создание парламентского комитета для оценки политики правительства в области экспорта военного и аналогичного оборудования, а также экспорта товаров двойного назначения.

Таким образом, несмотря на то, что на данный момент правительству удается оставаться менее чувствительным к критике от неправительственных организаций и других представителей гражданского общества ввиду того, что парламент как главный проводник общественного мнения на государственном уровне ограничен в полномочиях, наблюдается тенденция к повышению интереса со стороны парламента к проблемам усиления контроля над экспортом вооружений, что находит отражение в соответствующих законодательных и институциональных изменениях.

Вместе с тем, важно отметить, что стремление парламента к прозрачности в политике в сфере экспорта вооружений не означает желание скомпрометировать правительство или усложнить процесс экспорта. Важность продажи оружия за рубеж для французской оборонной экономики не подвергается сомнению: Франция стремится обеспечить комплексную модель вооруженных сил, то есть в равной степени развивать все виды и рода войск, соответственно, ей необходима сильная оборонная промышленность, способная разработать и произвести большое разнообразие техники.

Но оборонная промышленность – это сфера, требующая значительных инвестиций в поддержание компетенций и производственных мощностей, что в случае Франции не может осуществляться исключительно за счет национального оборонного заказа. В условиях недостаточного объема внутреннего рынка оборонная промышленность Франции сталкивается с зависимостью от экспорта, что во многом способствует проактивному подходу в соответствующей политике.

ОПК Франции

Всего в оборонном секторе страны насчитывается примерно 4000 компаний, из которых около 400 считаются стратегическими. Помимо промышленных гигантов вроде Airbus, Dassault, MBDA, Naval Group, Nexter, Safran и Thales, французская оборонная промышленность располагает богатым ландшафтом малых и средних предприятий (МСП). Последние особенно важны в контексте политики инноваций: как отмечают французские эксперты в сфере военной экономики Ж. Белин и Ж. Мализар, оборонные МСП оформляют большую долю французских патентов на гражданскую и оборонную продукцию. Некоторые из этих МСП вносят заметный вклад в экспорт, особенно экспорт высокотехнологичной продукции. Например, компания Lynred, производитель инфракрасных детекторов, реализует за счет экспорта почти 90% своих продаж.

Оборонная промышленность также вносит свой вклад в процесс реиндустриализации экономики. Франция – развитая страна, которая за последние двадцать лет подверглась сильной деиндустриализации, что привело к зависимости французского промышленного сектора от иностранных поставок. Подобная ситуация в оборонном секторе означала бы отказ от идеи стратегической автономии, что для Франции совершенно неприемлемо, поэтому она стремится развить и сохранить производственные компетенции в сфере обороны.

Вклад оборонной промышленности в реиндустриализацию может быть продемонстрирован таким показателем, как занятость. Несмотря на то, что не все сотрудники французских оборонных компаний участвуют в производстве вооружений (некоторые компании предоставляют услуги, а другие работают как с военными заказами, так и с заказами на продукцию гражданского назначения), в конце 2017 года в оборонной промышленности работали 330 000 человек, а в компаниях, связанных с производством вооружений, – 175 100 человек. Во второй половине 2019 года занятость в последних достигла 181 000 человек, причем основная часть рабочей силы была сосредоточена в секторе производства военной техники и компьютерной, электронной и оптической продукции.

Следует также отметить, что предприятия оборонной промышленности имеют особое значение для благосостояния некоторых регионов Франции. Рабочие места в оборонной промышленности в основном расположены в регионах Иль-де-Франс (30 000 прямых рабочих мест, в том числе почти 20 000 только в департаменте Ивелин), Новой Аквитании (12 500 прямых рабочих мест), Окситании (10 000 прямых рабочих мест), Прованс-Альпы-Лазурный берег (13 500 прямых рабочих мест) и Бретань (8800 прямых рабочих мест). При этом устойчивость занятости во многом зависит от экспортной деятельности предприятий. Здесь показатели разнятся по отраслям: например, в авиакосмической отрасли объем оборонных заказов составляет почти 40 млрд евро, и 70% из них идет на экспорт, а в отрасли, занятой производством техники для сухопутных войск, только около 40% от 9-миллиардного оборота получается от экспорта.

Вместе с тем, экспорт необходим не только для окупаемости инвестиций, особенно в высокотехнологичные разработки и производства, но и для сохранения производственных цепочек. Ярким примером может служить производственная цепочка истребителей «Rafale»: ее жизнеспособность возможно поддерживать только при определенном минимальном количестве самолетов, выпускаемых в год, но график обновления флота ВВС и ВМС Франции несовместим с такими темпами, соответственно, для поддержания производственных линий необходимо часть самолетов отправлять на экспорт.

Увеличение производства также позволяет снизить удельную стоимость изделий, что приводит к уменьшению стоимости их приобретения для государства, оправдывая тем самым инвестиции в модернизацию оборудования и инновации, которые, в свою очередь, необходимы для поддержания критически важных навыков и ноу-хау для сохранения конкурентоспособности на мировом рынке.

Таким образом, по стратегическим и экономическим причинам Франция заинтересована в поддержке оборонной промышленности, и отрасль рассчитывает на эту поддержку, особенно в плане продвижения экспорта и поддержания уровня инноваций. Государственная поддержка становится особенно важной во времена кризисов, как это было, например, в период пандемии COVID-19, когда выявились серьезные проблемы в устойчивости цепей субподрядчиков и логистике. Тесное партнерство государства и бизнеса позволило промышленности пережить трудное время, и теперь, когда произошло возвращение в Европу «высокоинтенсивного» конфликта в виде военных действий на территории Украины и Э. Макрон объявил о переходе к «военной экономике», Франция может положиться на свою оборонную промышленность.

Предприятиям предстоит провести серьезную работу по увеличению темпов и снижению сроков производства, чтобы обеспечить поставки не только собственно техники, необходимой для французской армии и для экспорта, но и боеприпасов, без которых эта техника будет, по сути, бесполезной в контексте «высокоинтенсивного» конфликта. Придется также преодолеть зависимость от некоторых видов сырья. Все это необходимо реализовать в условиях работы над военным применением инновационных технологий, включая гиперзвук, оружие направленной энергии, автономные системы и квантовые технологии.

В контексте столь амбициозных целей важность экспорта сложно переоценить, особенно когда речь идет о крупных контрактах. Например, 2021 год ознаменовался подписанием множества мелких сделок, но наибольшую экономическую ценность имеют четыре крупных контракта на поставку «Rafale», подписанных с Грецией (2,5 млрд евро), Египтом (почти 4 млрд евро), Хорватией (1 млрд евро) и ОАЭ (в общей сложности около 16 млрд евро). Эти соглашения имеют важное экономическое значение не только для крупнейших военных авиастроительных концернов вроде Dassault Aviation, MBDA, Thales и Safran, но и для примерно 400 субподрядчиков оборонной промышленности, входящих в цепочку производства истребителя.

Конечно, такие амбициозные цели Франция ставит перед собой ввиду еще одного фактора. Рост глобальной и региональной напряженности оказывает двоякое влияние на оборонную политику Франции в целом и на политику в экспорте вооружений в частности: с одной стороны, он способствует увеличению военных расходов и спроса на оружие в мире, что выгодно Франции как крупному поставщику, с другой стороны, Франция также подвержена влиянию этой нестабильности и вынуждена прикладывать усилия для обеспечения национальной безопасности.

Глобальная стратегическая среда в значительной степени характеризуется непредсказуемостью, угрозы безопасности проявляются в различных регионах и в различных измерениях (море, космос, киберпространство…), и Франция не может справляться с ними всеми полностью автономно, поэтому она рассчитывает на своих стратегических партнеров. Вместе с тем, экспорт вооружений способствует установлению стратегических связей: когда Франция продает военное оборудование своим партнерам, она вносит вклад в их способность обеспечивать свою безопасность. Таким образом, она убеждается, что в регионах ее стратегических интересов в случае возникновения конфликта или любой другой критической ситуации найдутся государства, способные самостоятельно урегулировать ситуацию, и Франция либо не пострадает, либо сможет приложить больше усилий для защиты собственной территории.

Также в случае необходимости интервенции французские ВС смогут рассчитывать на определенный уровень оперативной совместимости между своими вооруженными силами и вооруженными силами партнеров. В этой связи французский подход к экспорту вооружений можно охарактеризовать логикой взаимной выгоды.

Клиенты и/или партнеры

Таким образом, Франция позиционирует себя не просто как поставщика оружия, но как своего рода «защитника» суверенитета своих партнеров. В то же время, делая это, она способствует укреплению собственного суверенитета и стратегической автономии. Дополнительный вес этому аргументу придает тот факт, что контракты на продажу оружия между Францией и ее клиентами часто подразумевают передачу французских технологий и ноу-хау, поэтому импортеры французского оборудования, как правило, могут распоряжаться им вполне самостоятельно.

В этом контексте экспорт вооружений представляет собой не столько коммерческий, сколько политический акт. Однако такой подход имеет свои ограничения. Например, можно заметить, что в определенном смысле Франция проецирует стремление защитить свой суверенитет и добиться стратегической автономии на своих партнеров, о чем свидетельствует пример ЕС. За последние годы доля стран ЕС в продажах французского оружия значительно возросла – с 3,9% в 2012–2016 годах до 25,9% в 2017–2021, что свидетельствует о своеобразном «европейском повороте» в политике Франции в сфере экспорта вооружений.

Действительно, будучи министром вооруженных сил, Ф. Парли подчеркивала важность продаж французских вооружений странам ЕС для европейской обороны, поэтому такие относительно крупные сделки, как продажа 382 многоцелевых бронемашин «Griffon» и 60 бронированных разведывательно-боевых машин «Jaguar» в Бельгию (2018), продажа 16 вертолетов H225M и 20 вертолетов H145M в Венгрию (2019), 24 истребителей «Rafale» в Грецию (2020, 2021), рассматривались как значительное достижение для французской оборонной политики. Однако они совершенно не означают успех идеи «европейской стратегической автономии», поскольку другие члены ЕС по-прежнему предпочитают США в качестве основного оборонного партнера, в том числе, в плане поставок военной техники, а Франция, согласно данным Института международных и стратегических отношений (IRIS), занимает только 2,5% европейского рынка вооружений.

Прежде всего, я хотел бы выразить свое непонимание по поводу продаж в Россию. В докладе Observatoire des Armements подчеркивается тот факт, что Франция продолжала экспортировать товары двойного назначения в Россию в 2022 году <…> Я говорю не о старом оборудовании, а о недавних поставках, не считая тех, которые могли быть осуществлены через третьи страны, такие как Индия или Турция <…> Какие меры вы намерены предпринять для проверки реальности этих поставок и любых нарушений эмбарго? Какие санкции вы планируете ввести?

Жюльен Байю, депутат Национального собрания Франции

Кроме того, в реальности трудно определить, в какой степени партнерские отношения, сложившиеся в результате экспорта оружия, воспринимаются как стратегические с точки зрения покупателей, ведь они могут покупать французское оружие из-за выгодного соотношения цены и качества или потому, что доверяют опыту Франции, но сам по себе этот факт не является показателем того, что они рассматривают Францию как стратегического партнера. Например, для основных клиентов – Египта, Катара, Саудовской Аравии и ОАЭ – Франция выступает лишь вторым по величине поставщиком оружия, уступая США и России.

Следует отметить, что изменения на мировом рынке вооружений также находят отражение во французской политике в сфере военного экспорта. Франция располагает передовыми технологиями и заинтересована в том, чтобы сохранять это преимущество по отношению к другим государствам. Вместе с тем, для сохранения компетенций и уровня инноваций Франция вынуждена полагаться на экспорт, в то время как тенденции на мировом рынке вооружений говорят об увеличении числа поставщиков и об усилении требовательности со стороны импортеров.

Иными словами, если во времена холодной войны Франция могла позиционировать себя как некий «третий путь» для тех, кто не хотел попадать в зависимость от сверхдержав, то сейчас, несмотря на усиление противостояния между США и Россией / США и Китаем, ей сложно придерживаться той же стратегии, так как количество альтернативных поставщиков возросло – активными игроками стали Израиль, Турция, Южная Корея, Бразилия и Китай.

К тому же многие государства, включая страны Ближнего Востока и Азии, среди которых и такие важные для Франции партнеры, как Саудовская Аравия и Индия, покупали оружие не только для того, чтобы обеспечить свою безопасность в краткосрочной перспективе, но и чтобы выиграть время для развития собственной оборонной промышленности в будущем. Поэтому их запрос теперь не ограничивается приобретением готовых систем вооружений, а включает и передачу технологий, возможности совместного производства, привлечение местных субподрядчиков и инвестиций.

В отличие от государств, которые менее зависимы от экспорта оружия, Франция не может себе позволить проводить крайне ограничительную политику в части передачи технологий (как, например, США). Ей приходится приспосабливаться к конкуренции, а именно – соглашаться на компенсационные пункты в соглашениях о продаже оружия, что часто подразумевает передачу технологий, вовлечение оборонной промышленности импортера в производственный процесс, интеграцию компонентов, произведенных третьими странами, в оборудование, предназначенное для продажи, и т.д. При этом серьезный вызов состоит в том, чтобы оставаться «на шаг впереди» и защитить критически важные технологии, обеспечивающие Франции определенное преимущество.

Секонд хенд

Интересная экспортная возможность, которая открылась для Франции во многом благодаря усилению геополитической напряженности в мире, – это продажа подержанного оборудования, что позволяет пойти в обход весьма долгих циклов производства. Хотя экспорт такого оборудования – не основная часть политики Франции в области экспорта вооружений, с дипломатической, политической и оперативной точки зрения он рассматривается как ценный инструмент для выхода на новые экспортные рынки с «проверенным в боях» оборудованием, а также для удовлетворения срочных потребностей партнеров и повышения осведомленности о французском оборудовании за рубежом.

Успешным можно считать кейс с продажей 12 подержанных (и шести новых) истребителей «Rafale» Греции в 2020 году в условиях напряженности в ее отношениях с Турцией, за чем последовала продажа еще шести самолетов в 2021 году. Конечно, Франция понимает пределы этой возможности: оснащение французских вооруженных сил не должно быть поставлено под угрозу.

Тем не менее, в связи с этим уместно упомянуть поставки французского оружия Украине. Согласно данным французского правительства, размер военной помощи Франции Украине достигает 3,2 млрд евро. Как сообщает «Le Monde», с февраля 2022 года Франция передала украинским войскам 30 САУ «Цезарь», несколько десятков бронетранспортеров (VAB) и бронированных разведывательных машин AMX-10 RC, 15 155-мм гаубиц TRF1, около сотни зенитных ракет «Мистраль», два ЗРК «Кроталь», несколько десятков управляемых ракет класса «воздух-земля» «Storm Shadow» и противотанковых ракет «Milan», катера «Zodiac Futura», ЗРК SAMP/T и др. Среди поставленного оборудования также были пуленепробиваемые жилеты, очки ночного видения и шлемы^[2].

Военная помощь Украине во многом продиктована политическими мотивами, однако следует упомянуть и экономический аспект. Если в 2022 году делались ставки на передачу уже имеющихся вооружений из армейских запасов, то сейчас, когда стало понятно, что конфликт продлится дольше, чем ожидалось, Франция ищет новый подход. По словам С. Лекорню, поставки французских вооружений будут продолжаться, но упор планируется сделать на налаживание промышленного сотрудничества с Украиной: к текущему моменту компания KNDS подписала меморандум о взаимопонимании с украинской промышленной компанией для установки своего оборудования на транспортные средства вооруженных сил Украины. Компания Arquus, производитель бронетранспортеров (VAB), подписала меморандум о взаимопонимании с украинской компанией для поддержки работоспособности оборудования, передаваемого французскими вооруженными силами, а компания Vistory подписала соглашение с украинской компанией, чтобы предложить решения по аддитивному производству запасных частей.

Вместе с тем, Франция надеется не только на промышленное сотрудничество с Украиной, но и на то, что передаваемая техника получит знак «проверено в бою» и укрепит экспортный потенциал.

Таким образом, французская политика в сфере экспорта вооружений характеризуется значительной устойчивостью и последовательностью в отношении концептуальных основ, а также адаптивностью в использовании возможностей, возникающих для продвижения интересов Франции, будь то благодаря международной обстановке, собственным институциональным возможностям, развитой оборонной промышленности или иным обстоятельствам.

Это позволяет Франции заключать крупные контракты, при том, что существуют и сдерживающие факторы вроде растущего недовольства со стороны гражданского общества и усиления конкуренции на мировом рынке вооружений. Пока что французский подход остается рабочим, и Париж может пожинать плоды многолетних трудов, но насколько устойчив этот успех, покажет ближайшее будущее.

^[1] https://www.theguardian.com/world/2023/mar/13/france-challenging-russia-as-second-biggest-arms-exporter-behind-us

^[2] https://www.lemonde.fr/en/international/article/2023/11/09/french-military-aid-to-ukraine-estimated-at-3-2-billion_6241996_4.html#:~:text=In%20response%20to%20criticism%20that,delivered%20and%20military%20training%20provided.