Большая игра вокруг ракет средней дальности

Автор: Александр Ермаков 

В 2017 году исполнилось 30 лет Договору о ликвидации ракет средней и меньшей (малой) дальности (ДРСМД) между СССР и США. Эта дата совпала с резким обострением споров вокруг Договора, и нельзя исключать, что одно из основополагающих соглашений в области ограничений ядерных вооружений до своего следующего юбилея не доживет. 

Заключение ДРСМД стало завершением многолетнего кризиса вокруг так называемых «Евроракет». Он был вызван тем, что СССР и США, хотя и заключили ограничивающие стратегические вооружения соглашения, в частности ОСВ-1 1972 года, фактически продолжали гонку вооружений, стараясь развивать средства, не подпадающие под определения стратегических. США разворачивали в Европе, в рамках программы передового базирования, истребители-бомбардировщики и атомные подводные лодки с баллистическими ракетами. Из вод, контролируемых НАТО, они были способны быстро поразить важнейшие цели в европейской части СССР.

СССР также не сидел сложа руки. На основе первого серийного подвижного грунтового комплекса (ПГРК) с МБР «Темп-2С» был создан РСД-10 «Пионер» с ракетой средней дальности, несущей три боевых блока и способной из глубины европейской части СССР поражать любые цели в Западной Европе. Комплекс начал активно развертываться в 1976–1978 годах и быстро привлек внимание ряда лидеров европейских стран, обеспокоенных тем, что они посчитали нарушением баланса сил. Ведущая роль в раскручивании темы «Пионеров» принадлежит канцлеру ФРГ Г. Шмидту, который требовал от США выполнять взятые на себя обязательства по обеспечению «ядерного зонтика».

В декабре 1979 года на сессии Совета НАТО в Брюсселе было принято так называемое «двойное решение» – начать разработку и развертывание в Европе американских ракет средней дальности и параллельно инициировать переговоры с СССР по вопросу ликвидации таких ракет. Особая опасность их состояла в крайне малом (менее 10 минут) подлетном времени, что делало угрозу их применения для обезглавливающего удара столь высокой, что в остро кризисной ситуации у одной из сторон в ожидании удара могли не выдержать нервы, и она отдала бы приказ о превентивной атаке.

Первоначально СССР отказался списывать «Пионеры» в одностороннем порядке, так как американских ракет в Европе еще не было. Советскую сторону крайне волновал вопрос ПРО и планов милитаризации космоса, и она длительное время пыталась увязать их с запретом ракет средней дальности. Важно отметить, что американские ракеты были фактически эрзацами, сделанными в спешке, – на основе баллистической ракеты малой дальности «Першинг Iа» была создана «Першинг II», дальность которой все равно оказывалась недостаточной (возможность поражения района Москвы существовала, только если максимально приблизить комплексы к границе ГДР). Для компенсации нехватки дальности были созданы комплексы BGM-109G «Грифон» с дозвуковыми крылатыми ракетами (КР) «Томагавк», которые не обладали ключевым преимуществом в виде низкого подлетного времени (что отчасти компенсировалось незаметностью их пуска для обычных средств предупреждения о ракетном нападении). В СССР был создан аналог «Грифона» – РК-55 «Рельеф», который полноценно развернуть не успели.

Размещение американских ракет началось в конце 1983 года, и последующие годы стали последним пиком Холодной войны. В результате противостояния СССР, осознавая, что западный блок оказался более монолитен, чем ожидалось (существовали серьезные надежды на пацифистский настрой общественного мнения Европы), и положение становится все более невыгодным, был вынужден отказаться от увязки вопроса ракет средней дальности и ПРО и пошел на соглашение о запрете этого типа вооружений.

В 1987 году был подписан ДРСМД, запрещающие наземные ракеты с дальностью от 500 до 5500 км. К лету 1991 года спорные ракетные комплексы обеими сторонами были ликвидированы.

Дежа вю

Долгие годы ДРСМД был незыблемым фундаментом российско-американских усилий по сокращению ядерных вооружений. Его механизмы во многом послужили основой для договоров СНВ. Однако в последние годы все активнее стал подниматься вопрос о его соответствии изменившейся международной обстановке и, что еще тревожнее, начались взаимные обвинения в его нарушении. Еще десять лет назад, в 2007 году, в ходе своей знаменитой Мюнхенской речи В.В. Путин упомянул несправедливую ситуацию с ДРСМД, так как им ограниченны только два государства, в то время как остальные, в том числе находящиеся в одном регионе с Россией, свободно развивают подобные системы вооружений. Впоследствии договор был открыт для подписания другими сторонами, но желающих, естественно, не нашлось.

Резко осложнилась и ситуация с системой взаимной безопасности в Европе. США вышли из Договора об ограничении ПРО на фоне расширения НАТО на восток. Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), который должен был стать основой коллективной безопасности на континенте, не смог приспособиться к изменившимся реалиям и после длительной агонии фактически прекратил свое существование. После избрания президентом США Б. Обамы был провозглашен так называемый «Адаптивный подход к ЕвроПРО». С одной стороны, он предполагал использование в наземных стационарных комплексах отработанной на флоте системы «Иджис» с противоракетами семейства «Стандарт», с другой – давал Москве формальный повод для обвинения в нарушении ДРСМД, так как из пусковых установок аналогичного типа могут запускаться крылатые ракеты «Томагавк».

Однако разворачивающийся сейчас острейший кризис вокруг ДРСМД вызван претензиями американской стороны. Началось все со статьи в New York Times 14 февраля 2017 года, в которой утверждалось (со ссылкой на «разведывательные источники»), что в конце 2016 года Россия развернула первые два дивизиона ПГРК с КР SSC-8 (9М729) с дальностью, превышающей ограничения ДРСМД. Дальнейшее развитие событий показывает, что статья явно носила характер «информационной артподготовки»: уже через два дня в обе палаты Конгресса был внесен законопроект по «Защите ДРСМД», который де-факто предполагает выход из договора. Основные положения законопроекта вошли в ежегодный закон о национальной обороне.

Принятые американскими законодателями меры подразумевают, что «для принуждения России к соблюдению ДРСМД» следует начать предварительную разработку собственного ПГРК с крылатыми ракетами. Также предлагалось рассмотреть перспективы поставки его европейскими союзникам, усилить ПВО и ПРО Европы и провести оценку на предмет нарушения ДРСМД новой российской ракеты РС-26 «Ярс-М». Перед созданием новой ракетной системы Пентагон обязуют рассмотреть возможность создания ПГРК с дальностью более 500 км на базе существующих систем, в частности КР «Томагавк». Стоит также помнить и об идущей программе Армии США по созданию нового ОТРК LRPF с баллистической ракетой дальностью «до 499 км».

При этом широкой общественности и даже ближайшим союзникам по НАТО не передаются доказательства обвинений России, что особенно странно, так как сообщается, что российской стороне они были переданы «в достаточном объеме», т.е. скрывать их смысла нет. Ряд американских политиков обращают внимание на тот факт, что европейские союзники мало убеждены в справедливости претензий США и вообще в существовании угрозы со стороны российских КР, однако их голоса менее слышны.

Позиция и мотивы ориентированных на выход из ДРСМД кругов в американском военно-политическом руководстве становятся совершенно ясными после откровенных заявлений, подобных тем, что сделал в конце апреля 2017 года на публичном заседании комитета Сената по вооруженным силам глава Тихоокеанского командования адмирал Г. Харрис. Один из ведущих американских военных откровенно заметил, что ракеты средней дальности остро необходимы ему для сдерживания Китая, который обладает подобными системами в большом количестве.

Можно уверенно сказать, что в руководстве США есть силы, настроенные использовать «российскую угрозу» для выхода из ДРСМД, который они считают невыгодным. Однако есть и круги, противостоящие этому, по различным мотивам: от нежелания перераспределения расходов военного бюджета до опасения напугать европейских союзников.

Как действовать России? То, что США говорят о нарушении нами ДРСМД как об аксиоме, свидетельствует о том, что особо оправдываться нет смысла, но требовать доказательств нужно, так как отказ предоставить их ослабляет позицию США в глазах союзников. На данный момент США все еще оставляют за собой пространство для маневра, так как предварительная разработка систем, которую всегда можно свернуть, еще не означает выход из договора.

Президент России на заседании клуба «Валдай» заявил, что ответ России на выход из договора будет «мгновенным и зеркальным». С другой стороны, В.В. Путин отметил, что с созданием комплексов «Калибр» и Х-101/102 Россия считает, что выровняла баланс по КР. Технический задел по ряду направлений позволит России, если необходимо, действительно создать сухопутные комплексы в кратчайшие сроки, быстрее, чем США. Но, с другой стороны, для международной безопасности и не втягивания нашей страны в неконтролируемую гонку вооружений важно не допустить полного развала ДРСМД, но контролируемо переформатировать его в «ДРСМД 2.0». Опасен и возможный развал СНВ-3, особенно в условиях, когда мы в значительной части уже обновили свои СЯС, а США только планируют модернизацию и, как следствие, не будут ограничены в ней нынешними положениями.

Возможно, оптимальной была бы обоюдная легализация КР, особенно в неядерном оснащении – в 1980-х годах КР во многом «попали под горячую руку»: подлетное время у них составляет часы, да и полные их аналоги продолжают размещать на кораблях и самолетах. Призывая к полному разрыву ДРСМД, нельзя забывать, что США способны разместить ракеты у наших границ, а мы у их – нет. И в конечном счете, Россия, как и СССР, может, руководствуясь благими намерениями, только ухудшить ситуацию для себя.

Комментариев еще нет.

Оставить комментарий

Вы должны войти Авторизованы чтобы оставить комментарий.

Партнеры