Автор Денис Федутинов
Круг вопросов безопасности, характерный для региона Северной Африки, связан с целым рядом кризисов. Среди них, в частности, продолжающиеся гражданские войны в Ливии и в Судане, территориальный спор в регионе Западной Сахары, трения между Марокко и Алжиром. В связи с этим государства региона обращают пристальное внимание на оснащение вооруженных сил современными системами вооружения. Особое место занимают беспилотные системы – относительно недорогие, но эффективные средства разведки и нанесения ударов.
Алжир
Серьезное внимание вопросам развития беспилотных систем уделяет Алжирская Народная Демократическая Республика. Наполнение парка вооруженных сил страны соответствующими комплексами осуществляется как за счет местных разработок или систем, производимых в стране по лицензии, так и за счет импорта. Перечень БПЛА довольно разнообразен и включает продукцию разных производителей (см. табл. 1).
Первая волна интереса Алжира к тематике беспилотных авиационных систем относится ко второй половине 1990-х гг., когда у южноафриканского государственного оборонного конгломерата Denel были приобретены 20 беспилотных самолетов Seeker II (индекс II обозначает экспортную модификацию комплекса). Беспилотники были поставлены в период 1998–1999 гг. Сумма сделки составила 20 млн долларов. Комплексы эксплуатировались в ВВС страны довольно долгое время. По крайней мере, на 2017 г. имелись данные о том, что до шести-семи единиц продолжают оставаться в строю. Таким образом, системы этой модели в течение порядка 15 лет оставались единственным беспилотным средством, находившимся в распоряжении алжирских военных.
Новый всплеск активности в направлении беспилотных систем в Алжире возник в начале 2010-х гг. на фоне увеличивающихся расходов на вооружения и военную технику в целом. С 2014 г. доля военных расходов Алжира в ВВП никогда не составляла менее 5,5%. В 2015 г. военные расходы страны стали самыми высокими в Северной Африке, дойдя в 2020 г. до 6,7%. Среди прочих видов ВиВТ Алжир активно закупает и направляет в эксплуатацию беспилотные авиационные системы.
В 2010 г. в стране под руководством Исследовательского центра промышленных технологий (Research Center in Industrial Technologies, CRTI) началось проектирование местного БПЛА разведывательного назначения AMEL. Аппарат, как сообщалось, был способен выполнять полеты продолжительностью до 6 ч. Радиус действия составлял 200 км, а максимальная высота полета – 3500 м. В качестве полезной нагрузки БПЛА нес оптико-электронную систему наблюдения. Испытания этого аппарата, начавшиеся в октябре 2013 г., проводились на бывшем аэродроме Алят, расположенном на восточной окраине города Сиди-Бель-Аббес.
В дальнейшем собственные проекты Алжира по созданию систем БПЛА были продолжены, известно по крайней мере о нескольких моделях одноименного семейства аппаратов, созданных в республике. Правда, не вполне понятно, в каких масштабах эти БПЛА использовались непосредственно в войсках.
Китайский БПЛА CH-5
Вместе с тем, помимо собственных попыток создания беспилотных систем, страна также продолжила взаимодействие в этой сфере с иностранными поставщиками. Одним из продавцов систем БПЛА стал Китай. Первоначально алжирцы получили модель CH-3A из семейства Cai Hong («Радуга») разработки Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации (China Aerospace Science and Technology Corporation, CASC). Затем последовали закупки более тяжелых БПЛА CH-4B от той же компании. Общее количество поставленных беспилотников этих моделей не называлось. В дальнейшем для вооруженных сил Алжира были заказаны шесть китайских ударных БПЛА CH-5 – еще более тяжелых аппаратов из той же линейки. Об этом стало известно в начале 2022 г.
Алжир также, как сообщалось, заказал БПЛА похожей размерности Wing Loong 2 (также известный как «Птеродактиль 2»). Этот аппарат спроектирован и построен компанией Chengdu Aircraft Design Institute (CADI), подразделением корпорации Aviation Industry Corporation of China (AVIC). Череда сделок в сфере БПЛА сделала Алжир одной из ведущих африканских стран в плане оснащения системами разведывательно-ударного назначения. Общее количество таких дронов в ВВС страны концу 2022 г. достигло примерно 60 единиц.
В число используемых в Алжире систем БПЛА входят также комплексы линейки Yabhon разработки компании Adcom Systems из ОАЭ. 20 декабря 2018 г. заместитель министра обороны Алжира генерал армии Ахмед Гайид Салех на центральном полигоне в Хасси-Бахбе в провинции Джельфа наблюдал за учениями по боевому применению ударных БПЛА Yabhon United-40 и Yabhon Flash-20. Оба были произведены на одном из оборонных предприятий Алжира и получили местное обозначение El Jazair 54 (или Algeria 54) и El Jazair 55 (Algeria 55). Про интерес Алжира к закупке БПЛА этого семейства стало известно еще в 2013 г., когда беспилотники Adcom Systems были продемонстрированы на международном авиационно-космическом салоне в Дубае. Однако до закупок дело, очевидно, дошло позднее, кадры с их испытаний в Алжире появились только в 2017 г.
Египет
История военных БПЛА ВС Египта началась еще в период 1980-х гг. Тогда на фоне прошедшей Ливанской войны, в которой Израиль успешно задействовал беспилотники, Египет обратил внимание на эту новую военную технологию. В результате правильно сделанных выводов республика Египет стала одной из первых арабских стран, начавших эксплуатировать разведывательные БПЛА.
Первой системой на вооружении египетских военных стал TR 324 Scarab, созданный американскими компаниями Teledyne Ryan и Scaled. БПЛА массой 1134 кг использовался для выполнения аэрофоторазведки. Старт выполнялся с пусковой установки. Оснащенный реактивным двигателем беспилотный аппарат развивал скорость порядка 0,8 Мах. По имеющимся данным, ВВС Египта получили в общей сложности 59 таких БПЛА, которые были размещены на базе в Ком-Авшиме, к югу от Каира.
Далее последовала закупка другого разведывательного беспилотного самолета, R4E-50 Sky Eye – это винтовой аппарат разведывательного назначения, созданный Developmental Sciences Inc., которая позже стала частью британской BAE Systems. А затем период первоначальной активности Египта в сфере БПЛА сменился двумя десятилетиями затишья. Закупки возобновились только в начале 2010-х гг., когда страна начала сотрудничество с КНР.
Руководство Египта проводит политику диверсификации источников поставок ВиВТ, не полагаясь на какую-либо одну страну, для того чтобы снизить зависимость поставок техники и запасных частей от изменчивой политической конъюнктуры. Поэтому в настоящее время вооруженные силы Арабской Республики Египет содержат парк с достаточно широким перечнем разведывательных и ударных БПЛА, как созданных внутри страны, так и приобретенных за рубежом (см. табл. 2).
Перечисление примеров беспилотных систем в Египте на современном этапе развития нужно начать с закупки в Китае БПЛА ASN-209 и последовавшей позднее организации лицензионного производства БПЛА этой модели в стране. Созданный компанией Xian ASN Technology Group 200-килограммовый БПЛА ASN-209 представляет собой многоцелевой аппарат, предназначенный для разведки и наблюдения, корректировки огня артиллерии, ведения РЭБ и РЭР. Запуск БПЛА выполняется при помощи пневматической катапульты. Аппарат способен выполнять полеты продолжительностью до 10 ч, работая на расстояниях до 200 км от станции управления. При этом, как сообщается, максимальная дальность полета ограничивается лишь возможностями управляющей аппаратуры.
Далее сотрудничество с КНР Египет продолжил, приобретя в 2016 г. некоторое неназванное количество разведывательно-ударных БПЛА Wing Loong I, оснащенных ракетами «воздух-земля» AKD-10 (Blue Arrow 7) и TL-2. Одна часть из них была размещена на Синайском полуострове для участия в операциях против «Исламского государства» (организация запрещена в РФ), другая – вдоль западной границы с Ливией. В марте 2017 г. ВВС Египта нанесли ряд авиаударов по целям в городах Эль-Ариш, Рафах и Шейх-Зувейд на севере Синайского полуострова в рамках операций, проводимых вооруженными силами Египта против боевиков. Большинство ударов по пунктам дислокации и движущимся транспортным средствам были выполнены беспилотными летательными аппаратами Wing Loong, в результате чего удалось ликвидировать 18 боевиков.
Австрийский БПЛА Camcopter S-100
Были сведения и о закупке более тяжелых и технически продвинутых систем Wing Loong II и Cai Hong 5 (CH-5), однако точного подтверждения этих закупок найти не удалось.
В 2021 г. стало известно об организации в Египте сборочного производства созданных эмиратской компанией Adcom Systems беспилотных систем Flash 20, получивших местное наименование EJune-30 SW. Публичная демонстрация этого БПЛА состоялась на международной выставке вооружений и военной техники EDEX-2021 в Каире. Возможно, это стало ответным шагом Египта на начало использования Алжиром этих эмиратских БПЛА в своих вооруженных силах.
На той же выставке демонстрировалась и местная египетская разработка – тактический разведывательный БПЛА Nut. Оснащенный спутниковым каналом связи БПЛА может нести разведывательную оптико-электронную нагрузку массой до 50 кг, находясь в воздухе до 10 ч.
В сегменте тактических БПЛА вертолетного типа Египет сделал выбор в пользу БПЛА Camcopter S-100 разработки австрийской компании Schiebel. По имеющимся данным, заказ на эти БПЛА был сделан в ОАЭ, где в рамках программы Al Sabr фирма ADASI выполняет окончательную сборку этих вертолетных БПЛА. Известно о планах использовать эти БПЛА на универсальных десантных кораблях типа Mistral ВМС страны.
Что касается легких портативных систем БПЛА, в этом классе Египет ориентировался на закупку американских беспилотников. В начале 2000-х гг. была получена партия БПЛА RQ-20B Puma AE II M3/M4. Контракт с твердой фиксированной ценой на сумму чуть менее 9,1 млн долларов на сами системы БПЛА и техническую поддержку для них был заключен в 2018 г.
Марокко
Королевство Марокко в конце 1989 г., как и Египет, приобрело 18 дронов R4E Sky Eye у британской компании BAE Systems. Об их последующем использовании в стране мало что известно. Предполагается, что из-за ненадежности этих изделий раннего поколения и возникших технических проблем их досрочно вывели из эксплуатации.
В последние годы в Марокко интенсифицирован процесс оснащения вооруженных сил современными системами БПЛА. Это вызвано территориальным спором в отношении Западной Сахары, а также напряженностью в отношениях с Алжиром – по состоянию на сентябрь 2022 г. дипломатические отношения между двумя государствами были разорваны.
В качестве основы для формирования парка используемых в стране систем БПЛА Марокко в отсутствие собственных высокотехнологичных разработок в этой сфере ориентируется на закупки за рубежом, в особенности в Америке (см. табл. 3). Для США вопрос подобных поставок военной техники связан с проводимой политикой по повышению национальной безопасности за счет расширения возможностей союзников. По данным SIPRI, США – основной поставщик оружия Марокко, на их долю пришлось 76% общего военного импорта королевства в период 2017–2021 гг.
Что касается беспилотников, США поставили Марокко четыре БПЛА Predator экспортной модификации XP. В развитие этого направления в 2020 г. Марокко вело переговоры с США о покупке четырех БПЛА MQ-9B Sea Guardian – вместе с боеприпасами с лазерным наведением Paveway и JDAM с GPS-наведением. Благодаря своим разведывательно-ударным возможностям дроны Sea Guardian компании General Atomics, помимо прочего, призваны были укрепить возможности Марокко в конфликте в регионе Западной Сахары. Эта поставка рассматривалась в связке с заключенным ранее контрактом на 24 ударных вертолета AH-64E Apache. Ее одобрило Агентство по сотрудничеству в области обороны и безопасности США (U.S. Defense Security Cooperation Agency, DSCA), однако в дальнейшем продажа была заблокирована Конгрессом. Впрочем, считается, что решение может быть не окончательным и США вновь вернутся к этому вопросу.
Примечательным выглядит сотрудничество в области БПЛА Марокко и Израиля, которое началось после 22 декабря 2020 г., когда Марокко, США и Израиль подписали Совместную декларацию, являющуюся частью Авраамских соглашений. После этого официальные связи Марокко с Израилем были возобновлены во многих областях, включая безопасность.
На основе этого заключен ряд соглашений о приобретении израильских ВиВТ. Так, что касается беспилотных аппаратов, в 2020 г. Марокко получило три БПЛА Heron 1, которые вместе с наземными станциями управления, а также услугами по обучению и техническому обслуживанию обошлись королевству в 48 млн долларов. Контракт провели через совместное предприятие IAI с EADS – поставлены были ранее эксплуатировавшиеся в Европе аппараты Harfang.
Эти беспилотники, как сообщалось, приобретались для наблюдения за исламистскими группами в пустыне Сахара. Марокканские спецслужбы в настоящее время очень обеспокоены возвращением из Сирии бывших боевиков марокканского «Исламского государства» (ИГИЛ) (запрещено в РФ). Согласно публикациям, израильские и марокканские спецслужбы тесно сотрудничали в отношении отслеживания их перемещений.
Кроме того, между Марокко и IAI было подписано соглашение по барражирующим боеприпасам Harop, предполагающее не только поставку готовых систем, но и развертывание их производства на территории страны. Стоит отметить, что концерн IAI не стал монополистом в поставках беспилотников Марокко. Королевство также заключило соглашения еще с несколькими компаниями. В их числе, в частности, конкурент IAI – крупная частная компания Elbit Systems. Она поставила Рабату четыре разведывательно-ударных БПЛА Hermes 900.
Небольшая израильская компания Blue Bird Aero Systems поставила в Марокко 150 дронов вертикального взлета и посадки (VTOL) Wander B и Thunder B. Wander B VTOL – это беспилотный аппарат самолетного типа, который может взлетать и приземляться без взлетно-посадочной полосы. Этот БПЛА, чья взлетная масса составляет 13 кг, способен работать в автономном режиме 2,5 ч и имеет дальность действия по линии связи до 50 км. БПЛА Thunder B компания-разработчик описывает как универсальную систему, которую можно использовать для наблюдения и разведки на больших расстояниях. Его радиус действия достигает уже 150 км при максимальной продолжительности полета в 12 ч.
Марокко также сотрудничает в сфере БПЛА с Турцией. Первые из 13 заказанных БПЛА Bayraktar TB2 турецкой компании Baykar поставлены королевству в сентябре 2021 г., и сообщалось о заказе еще шести аппаратов. Один из таких БПЛА был замечен в регионе Западной Сахары менее чем через два месяца после поставки. Стоимость закупленных БПЛА и сопутствующих услуг составила около 70 млн долларов.
Ну и, наконец, марокканский пакет договоренностей по БПЛА не был бы полным без КНР. В 2020 г. появились сообщения о получении Марокко трех-четырех китайских разведывательно-ударных БПЛА Wing Loong I производства Китайской корпорации авиационной промышленности (Aviation Industry Corporation of China, AVIC), которые, по одному из предположений, были подарены Марокко Объединенными Арабскими Эмиратами. В апреле 2021 г. марокканские силы использовали свой БПЛА Wing Loong I для ликвидации начальника жандармерии Фронта ПОЛИСАРИО в спорной Западной Сахаре.
Двумя годами позже, в октябре 2022 г., стало известно, что министерство обороны Марокко закупило неназванное количество разведывательно-ударных БПЛА MALE-класса Wing Loong II. Этот БПЛА представляет собой более тяжелую и функциональную версию, созданную в развитие первой модели.
Тунис
Тунис стал одной из первых стран в регионе Северной Африки, которая осознала перспективность применения беспилотных авиационных систем и начала процессы разработки и закупки за рубежом дронов для использования в своих вооруженных силах (табл. 4). При практически неизбежном в этом вопросе наличии импорта небезынтересно отметить присутствие значительного числа собственных разработок Туниса в этой сфере. Впрочем, данные по их непосредственному применению в вооруженных силах страны и количественные параметры закупок официально не обнародовались.
Начало разработки и производства БПЛА в Тунисе относится к концу 1990-х гг. Собственные беспилотники спроектировала и построила компания Tunisia Aero Technologies (TAT), которая позднее была переименована в Tunisia Aero Technologies Industries S.A. (TATI).
Полет первого тунисского беспилотника – воздушной мишени Aoussou состоялся в октябре 1997 г. В начале следующего года стартовали работы по созданию прототипа БПЛА Nasnas, обладающего рядом усиленных по сравнению с базовой версией характеристик. Это был 125-килограммовый тактический БПЛА разведывательного назначения, для чего его оснастили телевизионной и тепловизионной камерами высокого разрешения. Первый полет этого БПЛА состоялся всего через полгода, уже в августе 1998 г. Количественные параметры закупок не известны.
Далее был создан разведывательный БПЛА Jebel Assa со взлетной массой 200 кг. Аппарат был построен по двухбалочной схеме с толкающим винтом, часто применяемой для беспилотников подобной размерности. Продолжительность его полета, как заявлялось, достигала 12 ч.
В 2014 г. был начат проект создания многоцелевого БПЛА Buraq. Двухдвигательный аппарат большой продолжительности полета имел взлетную массу свыше 1200 кг. Он предполагал использование в качестве системы двойного назначения. В военной области его сфера применения включала разведку, наблюдение и нанесение ударов по обнаруженным целям бортовыми авиационными средствами поражения, а в гражданской – мониторинговые задачи. Проект завершен в 2016 г.
В 2013 г. стартовала разработка БПЛА вертолетного типа Jinn. Вертолет классической одновинтовой схемы с рулевым винтом имел несущий винт диаметром 8 м. В качестве силовой установки он использовал два газотурбинных двигателя суммарной мощностью 700 л. с. Аппарат имел ударное назначение и предназначался для огневой поддержки действий сухопутных войск. Для этого, помимо гиростабилизированной оптико-электронной системы наблюдения, его также оснащали комплектом ПТУР и пулеметом калибра 12,7 мм. Работы по проекту завершились в 2016 г., однако пока остается непонятным, был ли он доведен до конца.
Один из иностранных поставщиков беспилотных систем Тунису – Турция. Переговоры между министерством обороны Туниса и Turkish Aerospace Industries (TAI) о закупке беспилотных летательных аппаратов Anka начались в 2019 г. на основе результатов международного тендера, выигранного турецкой компанией. TAI превзошла конкурентов из США, Франции, Италии и Китая. В итоге было подписано экспортное соглашение на сумму около 80 млн долларов.
Контракт предусматривал поставку ВВС Туниса трех беспилотников Anka-S разведывательно-ударного назначения и трех наземных станций управления. Кроме того, TAI обязалась провести обучение 52 тунисских пилотов и обслуживающего персонала. Обучение обслуживающего персонала ВВС Туниса завершилось в мае 2021 г., и во второй половине 2021 г. TAI поставила ВВС Туниса первые два беспилотника Anka. Предполагается, что третий дрон был доставлен в страну в 2022 г. Финансирование сделки обеспечил Türk Eximbank, предоставивший Тунису кредит в размере 80 млн долларов.
Впоследствии объем поставки был увеличен: Тунис, как сообщалось, получил шесть БПЛА и три наземные станции управления на общую сумму 240 млн долларов. По данным турецких информационных источников, по состоянию на конец мая 2023 г. в Тунис было поставлено пять БПЛА. Подписанное соглашение включало передачу Тунису технологий для сборки Anka-S на внутренних производственных мощностях с возможностью продажи БПЛА в другие африканские страны.
Продолжая тему сотрудничества Туниса с Турцией, стоит также добавить, что существуют неофициальные данные относительно возможной поставки систем Bayraktar TB2.
Американские поставки Тунису систем БПЛА относятся к аппаратам легких классов. Так, в 2016 г. появилась информация о поставке из США ряду стран, включая Тунис, беспилотных систем Scan Eagle, разработанных входящей в состав корпорации Boeing компанией Insitu. В Тунисе эксплуатантом этих систем стали ВМС страны.
Еще один американский БПЛА, закупленный Тунисом, – RQ-20 Puma, созданный компанией AeroVironment, относится к еще меньшей категории. Это аппарат самолетного типа со взлетной массой порядка 6 кг, как правило, используемый подразделениями сухопутных войск или морской пехоты. В конце 2019 г. было объявлено о подписании контракта на поставку в Тунис восьми беспилотников этой модели на сумму 8,5 млн долларов.
Судан
Судан в течение последних лет наращивает свой парк беспилотных авиационных систем. Вооруженные силы Судана используют беспилотники в операциях, проводимых против повстанческих группировок. Основу парка БПЛА составляют аппараты китайского и иранского производства (табл. 5).
Что касается систем из КНР, суданские войска используют средневысотные беспилотные летательные аппараты большой продолжительности полета CH-3, пять таких БПЛА было приобретено в 2015 г., и четыре более крупных CH-4 – в 2016 г. CH-3 в основном используется для разведки и наблюдения, хотя может также нести ударную нагрузку. Известно, что в Судане этот БПЛА производится также по лицензии под наименованием Zagil-3.
Еще один поставщик беспилотных систем Судану – Иран. Уже несколько лет идут поставки аппаратов различного класса, производимых иранской Организацией аэрокосмической промышленности (HESA). Один из них – Ababil-3, способный нести 45-килограммовую боевую часть. Этот БПЛА можно запускать с различных платформ, включая автомобили и катера, что делает его гибким средством. Судан имеет на вооружении два БПЛА Ababil-2, приобретенных у HESA в 2011 г., и четыре аппарата Ababil-3, полученные в 2014 г.
Иранский БПЛА Mohajer-6
Также в Судане эксплуатируется линейка беспилотников Mohajer, производимых иранской компанией Quds Air Industries, включающая БПЛА Mohajer-2, Mohajer-4 и Mohajer-6. Семейство Mohajer используется в основном для разведки и считается одним из самых технически продвинутых и известных иранских БПЛА. Судан приобрел четыре БПЛА Mohajer-2 в 2008 г., четыре Mohajer-4 в 2011 г. и четыре Mohajer-6 в 2016 г. Последний аппарат в этой линейке, имеющий индекс 6, с максимальной взлетной массой 600–670 кг способен нести полезную нагрузку в виде многоспектральной оптико-электронной системы наблюдения, а также до четырех высокоточных боеприпасов общей массой до 100–150 кг.
До начала конфликта суданский военно-промышленный комплекс был в состоянии производить значительное количество малых беспилотников. В качестве примера местной продукции - БПЛА Zagil-3, который является прямой копией иранского беспилотника HESA Ababil-3. В Судане эксплуатируется по меньшей мере три таких аппарата.
Использование беспилотников в конфликте в Судане вызвало опасения по поводу жертв среди гражданского населения и возможности нарушения прав человека. Однако суданские военные заявили, что используют беспилотники ответственно и принимают меры, чтобы избежать подобного развития событий.
Ливия
По теме беспилотных систем Ливии в период до начала гражданской войны в стране и ликвидации лидера Джамахирии Муаммара Каддафи открытых данных практически нет. Вместе с тем, известно о применении беспилотников в период внутренних столкновений в последнее десятилетие (табл. 6).
В ходе внутреннего конфликта Ливийская национальная армия (ЛНА) использовала тяжелые БПЛА китайского производства, предоставленные ОАЭ. Арабские Эмираты снабдили армию Хафтара китайскими Wing Loong I и Wing Loong II. Эти аппараты, как уже отмечалось, обладают не только разведывательными, но и ударными функциями. Подтверждение использования БПЛА именно в таком качестве можно увидеть на фото одного из сбитых войсками Сарраджа беспилотников, где рядом с летательным аппаратом лежит ракета AKD-10 класса «воздух-земля».
Кроме того, эта страна в 2016 г. создала базу «Аль-Хадим» на востоке Ливии. Именно на ней базируются упомянутые беспилотники семейства Wing Loong.
По другую сторону конфликта использовали турецкие БПЛА Bayraktar TB 2. Их применение началось в 2019 г. Они стали довольно полезным активом в силах, лояльных Правительству национального согласия (ПНС) Фаиза Сарраджа. Эти БПЛА в какой-то степени смогли уравновесить беспилотники, имевшиеся у ЛНА. Так, турецкие БПЛА сыграли значимую роль в возвращении контроля сил ПНС над городом Гарьян, а также при ликвидации точечными ударами командующих некоторых соединений ЛНА, например, братьев Кани.
В то же время, несмотря на успехи турецких дронов в Ливии на первоначальном этапе их применения, их эффективность была серьезно ограничена: лояльные ЛНА силы постоянно вели наблюдение за операционной базой БПЛА в аэропорту Митига и фиксировали взлеты аппаратов и направления их вылетов. В результате первая партия БПЛА Bayraktar TB2 из шести единиц была полностью выбита уже к осени 2019 г. Для пополнения парка Турция направила еще 12 БПЛА, которые также были уничтожены.
По данным на середину 2020 г., по меньшей мере 23 «Байрактара» были потеряны с момента начала наступления ЛНА на западе Ливии в апреле 2019 г.
Заключение
Использование беспилотников в конфликтах – не новшество в военном деле, но, вместе с тем, широкое распространение БПЛА в последние годы сделало их более доступными для небольших и менее технологически продвинутых стран. В результате беспилотные системы уже давно перестали быть прерогативой стран Запада, средством, обеспечивающим их исключительное преимущество на поле боя. Более того, появление недорогих и при этом достаточно функциональных БПЛА способно серьезно поменять правила игры, уравняв шансы сторон, имеющих различных возможности технического оснащения.
Как видно из обзора, потенциальные преимущества от развития и внедрения в войсках систем БПЛА не остались незамеченными военными и политическими властями государств Северной Африки. Образцы этой категории вооружений уже получили определенное распространение в арсеналах их армий.
Развитие систем БПЛА в регионе стимулировалось внешними факторами – в конфликтах, где демонстрировались преимущества, обеспечиваемые беспилотными системами странам, ими обладающим. Первая волна интереса к системам БПЛА, как отмечено ранее, была вызвана успехом Израиля в применении дешевых дронов при разгроме сирийской системы противовоздушной обороны в 1982 г. Закупки БПЛА в последующем периоде 1990–2000 гг. носили спорадический характер и не отражали имевших место трендов.
Вторая волна интереса к системам БПЛА в регионе началась в середине 2010-х гг. Ее вызвали многочисленные примеры эффективного применения БПЛА технологически развитыми странами. Кроме того, немалое влияние на этот процесс оказало снижение стоимости беспилотных систем, связанное, в том числе, с выходом новых игроков на мировой рынок БПЛА, что, в свою очередь, значительно повысило их доступность.
Обзор парка БПЛА стран региона показывает, что в нем присутствуют системы, производимые как лидерами мировой беспилотной индустрии, такими как США, КНР и Израиль, так и развивающимися новыми участниками мирового рынка беспилотных систем, включая Турцию и ОАЭ. Кроме того, у многих стран есть интерес к созданию производственных мощностей для развития собственных компетенций. Многие закупки можно считать пробными, они служат для оценки технологий и формирования последующего, более осознанного выбора.
Если текущее положение вещей сохранится, в перспективе регион Северной Африки может стать одним из активных эксплуатантов систем БПЛА различных типов и классов с существенным по объемам рынком. При этом, если говорить про международные компании, претендующие на часть этого пирога, приоритет будут иметь не только предложения с хорошим соотношением цены и качества, но также разработки, предполагающие интеграцию с другими разведывательными и ударными системами. Готовность к созданию в странах региона локализованных производств также станет очевидным плюсом.
©«Новый оборонный заказ. Стратегии»
№ 4 (87), 2024 г., Санкт-Петербург
