Винтовки и люди

На протяжении столетий искусство стрельбы на дальние расстояния требовало интеллекта от стрелка и мастерства от оружейника.

Сказка – не ложь

Легендарный «косой Левша», оружейный мастер из Тулы, вошел в сказочную историю как человек, подковавший английскую стальную блоху, однако к делу своих рук он относился вполне равнодушно. Кузнеца-виртуоза было трудно чем-либо удивить, и во время путешествия в Англию тамошним инженерам не удалось заинтересовать Левшу никакими техническими новинками. «Это и мы так можем», – скупо цедил Левша сквозь остатки зубов, выбитых еще в начале своей трудовой биографии. Единственное, что очевидно поразило его воображение, был «порядок, в котором старые ружья содержатся».

Вернувшись в Россию, мастер попытался донести подсмотренное им «ноу-хау» до самого государя-императора, но в этом деле не преуспел, закончив жизнь в «простонародной Обухвинской больнице», с затылком, расколотым не в меру ретивыми полицейскими. «Скажите государю, – шептал умирающий Левша, – что у англичан ружья-то кирпичом не чистят, пусть чтобы и у нас не чистили, а то, храни бог войны, они стрелять не годятся». Государю, тем не менее, «так и не сказали, и чистка все продолжалась до самой Крымской кампании», где российских воинов постигла большая неприятность. «В тогдашнее время как стали ружья заряжать, а пули в них и болтаются, потому что стволы кирпичом расчищены…»

Невнимание к содержанию стрелкового оружия привело к поражению, а легенда упрекает в нем генералов, «мол, доведи они левшины слова в свое время до государя, – в Крыму на войне с неприятелем совсем бы другой оборот был».

История Левши – сказка, однако меткий огонь английских винтовок запомнился всем участникам обороны Севастополя. Говорят, что именно с Крымской кампании в России пошла примета не прикуривать третьим, о чем поведал в одном из своих морских рассказов советский писатель Леонид Соболев.

«Вот говорят, что третьему от одной спички не следует прикуривать, нехорошая примета. А почему нехорошая и чего ждать – забыли. Откуда это пошло? От штуцерных ружей. В Севастопольской обороне у англичан и французов появились штуцера – нарезные, меткие, прицельные. Вот и начали отрабатываться первые снайперы: они наших матросов по ночам в бастионах подстерегали, когда те трубочки раскуривали. Высечет матрос огоньку, даст первому прикурить  – стрелок огонь увидит, штуцер вскинет. Второй матрос прикуривает – стрелок наводить начинает. А третий к огоньку потянется – тут ему и пуля в лоб. И так это приметили, что это в плоть и в кровь моряку вошло, а причину забыли...»

От лука до мушкета

В самом деле, историю снайперской ружейной стрельбы в боевых условиях можно вести примерно с середины XIX-го в., когда широкое распространение начали получать винтовки с нарезными стволами. До этого времени шеренги пехоты приближались друг к другу, стреляя практически в упор, поскольку попасть в цель из мушкета на значительном расстоянии было непростой задачей даже для опытного и умелого солдата. Тем не менее, мастера стрельбы на дальние расстояния, заслуживавшие гордого имени снайпера, известны со Средних веков.

Мастерство лучников с Британских островов было известно всей средневековой Европе, однако для того, чтобы послать убийственную стрелу на расстояние нескольких сот метров, необходимы были многолетние тренировки. Лучник-снайпер начинал свою подготовку с детства.

Более того, несмотря на кажущуюся простоту устройства, боевой лук (не говоря уже об арбалете) представлял для своего времени сложную и высокотехнологичную конструкцию. И даже стрела была намного более сложным предметом, чем это представляется зрителям исторических фильмов. Значение имели даже оперение стрелы и способ обрезки перьев.

Да, лук в руках тренированного стрелка был грозным оружием, но мушкет получил преимущество благодаря простоте обращения. Для мушкетеров не нужны были годы военно-спортивной подготовки – достаточно обучить солдат целиться, по команде нажимать курок, уступать место следующей шеренге стрелков, перезаряжать мушкет и снова занимать свое место в строю. Однако дальность эффективной прицельной стрельбы самого мушкета в лучшем случае составляла 80 ярдов (73,2 м).

Противостояние

Из гладкоствольного оружия, действительно эффективного только при залповом огне на сравнительно небольшие расстояния, солдаты стреляли вплоть до середины XIX в., когда новые ружья с нарезными стволами, поступившие на вооружение британской армии, сыграли немалую роль в Крымской войне, опустошая ряды русских защитников Севастополя.

Солдаты армии императора Николая были вооружены в основном гладкоствольным капсюльным ружьем с дальностью стрельбы чуть больше 200 м. В то же время стрелки экспедиционного корпуса королевы Виктории использовали нарезные ружья Энфильда, способные стрелять на расстояние около 1000 м, и к тому же значительно превосходившие русские образцы в меткости.

Разумеется, точный выстрел на километровую дистанцию представляет собой непростую задачу даже для современного снайпера, однако англичане имели возможность просто не подпускать к себе русскую пехоту на расстояние, с которого русские могли вести прицельный огонь. Правда, дальнобойные ружья принесли свои проблемы английским стрелкам – уже на расстоянии в 650 м совместить фигуру человека и мушку ружья было крайне трудно: для стрелка мушка была больше по размеру, чем вражеский солдат.

Следующим полем битвы, где столкнулись лучшие на тот момент стрелки мира, стали равнины Южной Африки. Магазинные винтовки начала века отличались высоким качеством изготовления, а следовательно, в умелых руках представляли собой грозное оружие. Например, английский солдат, вооруженный винтовкой Энфилд № 4 Мк1, при стрельбе на 200 ярдов (183 м) укладывал 7 пуль в круг диаметром 3 дюйма (7,62 см), что считалось нормальным результатом. Из маузера образца 1896 г., которым были вооружены стрелки армии буров, можно было уложить 60 пуль на расстоянии 500 м в прямоугольник размером 44х28 см.

Опыт англо-бурской войны доказал, что малочисленная группа рассеянных по местности искусных стрелков может успешно противостоять атаке регулярных частей армии противника, особенно если они по старинке действовали в сомкнутом строю. Снайперский огонь впервые стал существенным фактором в боевых действиях регулярных войск. Британские войска несли тяжелые потери, в основном среди офицеров, за которыми специально охотились бурские снайперы, однако англичане быстро освоили приемы контрснайперской борьбы.

На фронтах больших и малых войн

Но подлинный расцвет снайперской стрельбы произошел во время Первой мировой войны. К магазинным винтовкам добавились оптические прицелы, и выстрелы снайперов наводили на солдат почти такой же ужас, как залпы тяжелых гаубиц и газовые атаки. Первенство в использовании снайперов как самостоятельной боевой силы принадлежит немцам. В германских войсках уже к концу первого года войны официально было более 20 000 снайперских винтовок с пятикратным прицелом берлинской фирмы Р. Р. Фус. Однако лучшим стрелком Великой войны стал канадский индеец Френсис Пегхмагабоу, подтвержденный боевой счет которого составил 378 убитых германских солдат. Пегхмагабоу пережил войну и впоследствии стал видным общественным деятелем. Его подвиги были трижды отмечены британской Военной медалью.

В русской армии практика снайперской стрельбы была внедрена с запозданием. Винтовка Мосина-Нагана, знаменитая трехлинейка, состоявшая на вооружении русской пехоты, была вполне качественным оружием (при условии соблюдения технологии изготовления), а оптический прицел системы Герца для этой винтовки был испытан еще в начале 1914 г., массовое оснащение винтовок оптическими прицелами началось только в конце 1916 г. – практически накануне Февральской революции.

В период между двумя войнами Советская Россия оказалась едва ли не единственной страной, в которой подготовка метких стрелков была возведена на уровень государственной политики.

В 1928 г. в СССР был начат серийный выпуск первых образцов оптических прицелов, специально разработанных для установки на трехлинейку, а в 1929 г. на курсах «Выстрел» в Подмосковье, где красные командиры проходили переподготовку по тактике, был создан специальный снайперский курс. В 1931 г. на вооружение РККА была принята снайперская винтовка образца 1891/30  гг. А 29 октября 1932 г. было учреждено звание «Ворошиловский стрелок», для получения 2-й (высшей) ступени которого необходимо было выбить 43 очка 5 выстрелами в положении лежа на расстоянии 300 м из обычной (не снайперской) винтовки при диаметре «десятки» в 100 мм.

Возможность проверить свое боевое мастерство ворошиловским стрелкам представилась в 1939 г., во время короткой, но ожесточенной войны с Финляндией. Результат оказался не в пользу советских стрелков, даже если судить по официальным советским данным. Финские снайперы (да и просто обычные солдаты) хорошо владели своим оружием.

Лучшим из них стал Симо Хяюхя, поразивший не менее 500 красноармейцев (по некоторым данным – более 700). Примечательно, что Симо Хяюхя стрелял из финской винтовки М-28, представляющей собой, в сущности, переделанную русскую трехлинейку, и не пользовался оптическим прицелом. Несмотря на тяжелейшее ранение, полученное за неделю до окончания войны, Симо Хяюхя выжил и был дважды награжден орденом Креста Свободы.

О действиях снайперов во время Великой Отечественной войны написаны целые библиотеки, хотя многосотенные счета некоторых знаменитых стрелков вызывают сомнения у современных историков. Тем не менее, никто не сомневается в том, что снайперский фактор играл значительную роль в боевых действиях, а тактические приемы снайперской стрельбы, разработанные в то время, используются до сих пор.

Техника умнее человека

Современная снайперская винтовка – оружие точной стрельбы на дальние расстояния, поэтому основными показателями ее качества, естественно, являются эффективная дальность и точность. Но совместить эти качества в одном образце оружия довольно сложно, тем более что и у военных, и у полицейских снайперов разные приоритеты. Для безопасности армейского стрелка важнее всего дальность стрельбы, в то время как от специалистов антитеррористических подразделений ожидают попадания с первого выстрела, при этом дальность стрельбы в полицейских операциях обычно не превышает 150 м.

Точность снайперской винтовки определяется кучностью стрельбы. В западной практике базовой единицей кучности служит одна угловая минута (Minute оf Angle, MOA). Винтовка, стреляющая с кучностью 1 MOA, позволяет на дальности 100 м уложить все выстрелы в круг диаметром 25 мм. Кучность 0,5 MOA может дать тот же результат в круге диаметром 12,5 мм.

Для высокоточного снайперского оружия, применяемого в армии (например, Remington M40, США), одна угловая минута считается минимальным пределом кучности. Для полицейских винтовок (такой, как британская Accuracy International Arctic Warfare) этот минимум равен половине угловой минуты.

Одна из главных особенностей снайперского ствола – его толщина. Винтовки фирмы Remington имеют стволы диаметром ¾ дюйма, и это далеко не предел. Толстый ствол меньше подвержен тепловой деформации и эффективнее отводит тепло. Иногда на стволе снайперской винтовки фрезеруют специальные продольные желобки для лучшего теплоотвода. Материал стволов – нержавеющая сталь или хромомолибденовый сплав. Специально выплавленный металл должен обладать огромной прочностью и при этом быть пластичным, а также поддаваться обработке режущим инструментом.

Даже в эпоху автоматического оружия высокоточные снайперские винтовки остаются областью, где царствует ручное заряжание. Разумеется, существуют винтовки снайперского класса с автоматическим досыланием патрона в патронник и запиранием канала ствола. Например, отечественная классическая винтовка Драгунова (СВД), в известном смысле представляющая собой конструктивное развитие автомата Калашникова, имеет автоматический затвор, приводящийся в действие отработанными пороховыми газами (как и в АК). Однако работа автоматического затвора заставляет оружие вибрировать, что не может не сказываться на кучности стрельбы.

Именно поэтому во всех высокоточных снайперских винтовках используются продольно-скользящие поворотные затворы, конструктивно близкие к затвору всем известной трехлинейки системы Мосина-Нагана. Разумеется, затворы для высокоточной стрельбы – образцы прецизионной механики. Их боевые выступы тщательно шлифуют и полируют, дабы исключить малейшую утечку пороховых газов из канала ствола.

Оптический прицел – не определяющий признак снайперской винтовки, но уж точно наиболее характерный. Многие эксперты утверждают, что технологическая избыточность не должна подменять собой отсутствие мастерства, достигаемого упорными тренировками, а лучший выбор для опытного снайпера – это качественный прицел, обладающий лишь базовым набором функций. Однако современные технологии позволили создать прицел, позволяющий компенсировать обычные ошибки не самого умелого стрелка, такие как неверное прицеливание, дергание спускового крючка, неправильно выбранное время выстрела.

«Умные винтовки» поступили в продажу в США в мае 2013 г. На сегодня они доступны в трех вариантах: XS1 калибра 8,6 мм с 35-кратным зумом, эффективным диапазоном до 1200 ярдов (1097,28 м); облегченная модель XS2 калибра 7,62 мм с

30-кратным зумом, предлагающая отличный компромисс размера и эффективного диапазона стрельбы (до 1000 ярдов); легкая и компактная XS3 калибра 7,62 мм с 30-кратным зумом, позволяющая поражать цель на расстоянии до 850 ярдов (777,24 м).

Алгоритм стрельбы прост. Увидев в прицеле цель, которую нужно поразить, стрелок нажатием кнопки присваивает ей тег. То, что присвоение тега состоялось, видно по красной точке, которой будет помечен объект. Далее стрелку нужно совместить синее графическое перекрестие в прицеле с красной точкой. Для этого, нажав и удерживая спусковой крючок (он будет работать в режиме Guided Trigger), нужно дождаться, когда перекрестие, совместившись с точкой-тегом, также станет красным. После этого прозвучит выстрел.

Решение о стрельбе принимается винтовкой на основе следующих факторов: данные лазерного дальномера; предварительно введенная пользователем информация о направлении и скорости ветра; угол наведения и координаты GPS; гироскопическая устойчивость; начальная скорость пули; данные допплеровского радара; плотность воздуха; длина ствола и некоторых других.

Человек и его оружие

В ноябре 2009 г. ополченцы движения «Талибан» в Афганистане, вооруженные тяжелым пулеметом, решили развлечь себя безнаказанной стрельбой по живой мишени, которую, в их понимании, представлял собой патруль британского полка Blues and Royals. Находясь вне пределов дальности прицельной стрельбы штурмовых винтовок англичан, талибы чувствовали себя в безопасности.

К огорчению всех борцов с глобализацией, капрал того же самого полка Blues and Royals Крейг Харрисон, прикрывавший своих товарищей в этой операции, имел по этому поводу другое мнение. Несмотря на то, что Харрисона отделяло от пулеметчиков без малого два с половиной километра, отсутствие ветра, ясная видимость и теплая погода давали хороший шанс, чтобы подтвердить уникальные боевые качества его винтовки L115A3 Long Range Rifle и самого современного патрона .338 Lapua Magnum (8,59х70 мм), разработанного для эффективного поражения движущихся целей на больших расстояниях.

Крейг Харрисон оказался прав – двумя выстрелами он отправил обоих афганских стрелков в «страну вечной охоты», а третьим выстрелом вывел из строя их пулемет на случай, если кому-то придет в голову продолжить состязания в меткой стрельбе. Подтвержденная дальность выстрела составила 2475 м – абсолютный мировой рекорд для боевых условий.

Винтовка, из которой стрелял Харрисон, на сегодняшний день представляет собой лучшую снайперскую винтовку, проверенную в бою. Прототипом для L115 послужила спортивная винтовка AWM фирмы Accuracy International, созданная специально для соревнований по точной стрельбе на сверхдальние расстояния. Вес винтовки составляет всего 6,8 кг, а длина без глушителя – 1300 мм. Эффективная дальность стрельбы, т. е. дальность, на которой можно поразить пехотинца в любых средствах индивидуальной защиты, превышает 1100 м.

В комплект снайпера, кроме винтовки, входят: кейс для переноски, 25-кратный оптический прицел и портативный лазерный дальномер, измеряющий дальность до цели, азимут и угол возвышения с помощью встроенного цифрового компаса. Цена этого боевого комплекса составляет около 35 000 $.

Но несмотря на все достижения современных технологий, как и в эпоху лука и стрел, для хорошего выстрела снайперу в первую очередь «нужен верный глаз, нужна голова на плечах». И пренебрежение этим простым правилом не может быть компенсировано никакими техническими новшествами.

Андрей Стрелин

Партнеры