Наработками Устинова мы пользуемся до сих пор

 

Интервью президента Академии геополитических проблем, доктора исторических наук генерал-полковника Л.Г. Ивашова

– Как, на Ваш взгляд, относился Дмитрий Федорович к решению вопросов оснащения Вооруженных сил СССР новыми системами вооружения?

– Собственно говоря, все, что имеют сегодня российские Вооруженные силы, это остатки Устиновской системы вооружений. Именно работая в аппарате Д.Ф. Устинова, а с 1 января 1980 г. возглавляя секретариат министра обороны, я стал понимать всю масштабность и величайшую сложность системы вооружений армии и флота. И он, Устинов, учил нас, молодых, этому пониманию. Система вооружений должна соответствовать военной доктрине государства, уровню военного искусства, материальным возможностям страны, успешно противостоять вооружениям вероятного противника, увязываться друг с другом по тактико-техническим характеристикам, быть эффективно управляемой, иметь сопрягаемые подсистемы, унифицированные по максимуму узлы, агрегаты, боеприпасы. И конечно, обладать близким к оптимальному соотношением сил и средств. То есть при всей многосложности различных видов и типов вооружений эта система должна быть гармонично взаимосвязанной. И то, что это удалось сделать, есть не просто заслуга, а гражданский подвиг Д.Ф. Устинова.

Мне довелось быть свидетелем жарких дискуссий между руководителями видов вооруженных сил, когда каждый из главкомов продвигал и отстаивал свои программы вооружений. Настоящую борьбу вели за продвижение своих изделий главные и генеральные конструкторы, министерства и ведомства, заручившись поддержкой членов Политбюро или даже Генерального секретаря ЦК КПСС. Чего стоил один В.Н. Челомей, выдающийся конструктор наших ракет! Даже после принятия коллегиальных решений он запросто заходил к Л.И. Брежневу, высказывал несогласие с ним, предлагал свою концепцию, находил сторонников. И многотысячные конструкторские и производственные коллективы вместо реализации конкретных и утвержденных программ вращались вокруг выполнения поручения генсека, данного по записке Челомея, выискивали аргументы «за» и «против», сшибаясь в нелицеприятных спорах.

Дмитрий Федорович всегда стоял на острие новейших разработок и двигал этот процесс. Причем делал это и в армии, и на флоте, и в системе ВПК. В войсках не стеснялся залезть в танк и расспрашивал солдат-танкистов о недостатках машины, у летчиков в ГСВГ интересовался, в чем наши самолеты уступают натовским. Все высказанные замечания и пожелания немедленно оформлялись документально, и следовало поручение оборонщикам устранить изъяны.

Помню эпизод учений в Северной группе войск (СГВ) в Польше. Вертолетное звено Ми24 вышло на полигон и нанесло удар противотанковыми ракетами (комплекс «Штурм») по бронетанковой технике (старые танки и САУ). Была дымка, но, тем не менее, с вышки наблюдалось, что некоторые ПТУРы прошли мимо цели. Однако заместитель командующего СГВ, осмотревший цели, доложил, что все десять пусков поразили цель. Дмитрий Федорович направил меня проверить результаты удара. При осмотре я обнаружил, что, во-первых, только 6 ПТУРов из 10 поразили цель, а во-вторых, 3, хотя и угодили в цель, но сквозного отверстия не пробили. То есть попасть-то попали, но не поразили. Несмотря на просьбу командования СГВ, я доложил министру все как было. Лгать Дмитрию Федоровичу было нельзя, он требовал только правду. После моего доклада он сам выехал к целям и осмотрел их тщательнейшим образом. Уже на следующий день на полигоне были министр оборонной промышленности П.В. Финогенов с группой конструкторов – разработчиков комплексов, и через три месяца изделие было доработано. Д.Ф. Устинов пожурил и экипажи вертолетов за то, что они знали о слабой пробиваемости комплекса при наклонных углах попадания, но не докладывали.

…9 мая 2008 г. на Красной площади состоялся военный парад. Практически вся прошедшая в составе колонн техника, разве что кроме БМД-4, это разработки эпохи Д.Ф. Устинова.

– Какую роль академической, отраслевой и вузовской науки определял Дмитрий Федорович в создании новых образцов оборонной техники?

– Дмитрий Федорович не только опирался на науку, но он ее мощно двигал, задавал импульсы развития, поддерживал новые направления. Частыми его гостями были президенты Академии наук СССР М.В. Келдыш, А.П. Александров, академики Е.П. Велихов, Ю.Б. Харитон, В.С. Семенихин и др. О конструкторах я уже и не говорю.

Прочитав информацию о зарубежных научных разработках фундаментального и прикладного значения, тут же звонил соответствующим руководителям научных направлений у нас в стране и подолгу обсуждал информацию по телефону или приглашал к себе. Регулярно посещал научные институты и увлекался так, что практически никогда не укладывался в обусловленное время.

На все крупные мероприятия в Минобороны, как правило, приглашались видные ученые и специалисты ВПК. Даже на войсковые и флотские учения Д.Ф. Устинов всегда «вытаскивал» ученых и конструкторов. Мгновенно реагировал на просьбы директоров институтов, поддерживал их всячески.

Как-то в начале 1980-х гг. академик В.С. Семенихин посетовал на трудности в разработке автоматизированной системы управления, возникшие в Ереванском институте. Тут же при нем Дмитрий Федорович связался с первым секретарем ЦК компартии Армении К.С. Демирчяном, и вопрос был оперативно решен. И это – лишь один пример из тысяч.

Характерной чертой работы Д.Ф. Устинова при создании образцов военной техники и в целом при руководстве Министерством обороны был, если можно так выразиться, сдвоенный взгляд на новейшие разработки. С одной стороны, он требовательно подходил к характеристикам новых образцов военной техники, месту и роли их в системе вооружений, но с другой – акцентировал внимание на сугубо гражданском аспекте. Особенно когда это касалось космоса, авиации, радиоэлектроники. Я был свидетелем того, как он буквально принуждал министров радиопромышленности (П.С. Плешаков), электронной промышленности (А.И. Шокин), промышленности средств связи (Э.К. Первышин) объединять усилия для продвижения новейших достижений в массовое производство, в гражданские отрасли промышленности.

Что касается вузовской науки, памятным для меня остается его постоянное требование к ведущим специалистам и конструкторам «идти в студенческие массы». Одному из конструкторов систем ПВО он так и сказал: «А ты иди к студентам и аспирантам, почитай им лекции, а они тебе подскажут конструкторское решение». Он прекрасно понимал необходимость тесной связи фундаментальной науки с отраслевой и с образованием как единого взаимосвязанного процесса.

Дмитрий Федорович ввел в Минобороны практику субботних лекций, когда руководство вооруженных сил знакомилось с новинками геополитики, стратегии, научно-технических достижений. Лекции читали наши выдающиеся ученые, академики, военные теоретики из Академии Генерального штаба, оборонщики, генеральные конструкторы. До сих пор вспоминаю, как просто и талантливо докладывал свои взгляды на проблемы преодоления американской СОИ создатель самой мощной ракетной системы Р-36 («Воевода») академик В.Ф. Уткин. Лекцию он завершил секретным фильмом об испытаниях и возможностях своего детища.

– Вспоминал ли Дмитрий Федорович о годах своей учебы в Военмехе и о значимости его в обеспечении кадрами ОПК нашей страны?

– Д.Ф. Устинов, как видим, создал систему, позволявшую повысить уровень знаний и маршалов, и академиков, и конструкторов, и студентов. При этом любимым его детищем всегда оставался Военмех. Он не только поддерживал вуз, он им гордился. Один из его помощников, С.С. Трунов, был коренным ленинградцем, и когда он иногда отпрашивался посетить родительский дом, Дмитрий Федорович, разрешая, поручал ему хоть на минутку заглянуть в Военмех.

Кстати, Военмех в качестве козыря использовал и кое-кто из конструкторов. Зная чрезмерную занятость Д.Ф. Устинова и не рассчитывая быть принятыми им в ближайшее время, они прибегали к хитрой тактике. В телефонном разговоре с министром или его помощниками вдруг упоминали, что посетили Военмех. После чего следовала команда: подъезжай, расскажешь.

– Можно ли, на Ваш взгляд, признать, что Дмитрий Федорович мыслил и действовал как геостратег и геополитик в области обеспечения национальной безопасности Советского Союза?

– Дмитрий Федорович был и остается выдающимся геополитиком и политическим стратегом. Он прекрасно осознавал, что договариваться с США и Западом можно только в условиях паритета. В противном случае мы неизбежно столкнулись бы с ультиматумом превосходящих сил и военно-силовым диктатом. И он обеспечил этот паритет.

Он понимал суть военно-стратегического противоборства СССР и США, Варшавского договора и НАТО. И делал все, чтобы не допустить новой войны, утверждая, что это главная задача вооруженных сил, которые могут решить ее только путем поддержания высокой боеспособности и современного технического оснащения. Противник, по его мнению, никогда не должен сомневаться в том, что потерпит поражение. Только тогда он не рискнет совершить агрессию.

Д.Ф. Устинов – ярчайший представитель плеяды государственников, людей чистых помыслов и редкостных служителей Отечеству. Для меня он постоянный пример бескорыстного служения, личной скромности и мудрости.

Интервью взял Игорь Кефели

Дмитрий Федорович Устинов

Родился 17 (30 октября) 1908 г. в Самаре

1922-1923 гг. – служил добровольцем в Красной армии.

После демобилизации в 1923 г. прошел путь от слесаря до директора завода.

1927-1929 гг. – слесарь на Балахинском бумажном комбинате, затем на фабрике в Иваново.

В 1934 г. закончил Ленинградский военно-механический институт.

C 1934 г. – инженер, начальник бюро эксплуатации и опытных работ в Артиллерийском морском НИИ.

С 1937 г. – инженер-конструктор, заместитель главного конструктора, директор ленинградского завода «Большевик».

1941-1953 гг. – нарком, затем министр вооружения СССР.

В 1944 г. ему присвоено звание генерал-полковника инженерно-артиллерийской службы.

1953-1957 гг.– министр оборонной промышленности СССР.

В 1955 г. приказом министра обороны СССР признан состоящим на действительной военной службе с момента присвоения ему воинского звания.

1957 по 1963 гг. – заместитель, в 1963-1965 гг. – первый заместитель председателя Совета Министров СССР и председатель Высшего совета народного хозяйства СССР.

1965-1976 гг. – секретарь ЦК КПСС.

1976-1984 гг. – министр обороны СССР.

Член КПСС с 1927 г., член ЦК КПСС с 1952 г., член Политбюро ЦК КПСС с 1976 г.

Депутат Верховного Совета СССР II, IV-X созывов.

Маршал Советского Союза (1976), дважды Герой Социалистического Труда (1942, 1961), Герой Советского Союза (1978).

Умер 20 декабря 1984 г.

 

Партнеры