Автор Артем Мальцев
Продолжаем рассматривать основные тенденции развития дизель-электрических подводных лодок (ДЭПЛ) и устройство мирового рынка в этой категории вооружений. Напомним, что подводные лодки остаются относительно эксклюзивным видом военной техники, их приобретают лишь сравнительно небольшой ряд государств, поддерживающих крупные военно-морские силы.
В отличие от надводных кораблей, боевые субмарины обычно применяются не столько для контроля над морскими коммуникациями, сколько в рамках стратегии воспрещения доступа в определенные районы мирового океана. ДЭПЛ представляют собой подводные лодки с «конвенциональной» силовой установкой на основе двигателей внутреннего сгорания. По сравнению с атомными подлодками (АПЛ), ДЭПЛ, как правило, не уступают по характеристикам шумности, однако обладают гораздо меньшей максимальной скоростью хода, менее мощным акустическим сенсорным оборудованием и, самое главное, значительно ограниченной автономностью.
Хотя современные ДЭПЛ часто оснащены воздухонезависимой энергетической установкой (ВНЭУ) и таким образом могут оставаться в погруженном состоянии продолжительное время, малая мощность их двигателей сильно снижает скоростные характеристики субмарины. По этой причине в новейших проектах ДЭПЛ, как правило, отказываются от ВНЭУ в пользу установки литий-ионных аккумуляторных батарей повышенной энергоемкости.
Ведущим международным поставщиком ДЭПЛ за последние три десятилетия выступает Германия, успешно реализующая на мировом рынке субмарины различных классов, среди которых наиболее популярные – экономичный, но эффективный проект Type-209 и более современный высокотехнологичный проект Type-214. С 1992 по 2022 г. заказчикам было передано более 48 подводных лодок этих двух проектов.
«Варшавянка» и «Палтус»
На втором месте после Германии значимые позиции в экспорте подводных лодок исторически занимает Россия. Во времена холодной войны Советский Союз поддерживал крупнейший в мире флот ДЭПЛ, включавший 128 неатомных субмарин различных проектов. Не обладая возможностью открыто бороться с авианосными силами США за господство над коммуникациями Атлантического и Тихого океана, за счет численного превосходства в АПЛ и ДЭПЛ советский военно-морской флот должен был вытеснить потенциального агрессора из прибрежных акваторий на Дальнем Востоке и Севере страны, а также нарушить развертывание возможного противника на дальних подступах к советским морским границам. Советские неатомные субмарины должны были использоваться для защиты ближних морских рубежей, а также действовать на дальних морских коммуникациях – причем к 1980-м гг. последняя задача стала более приоритетной (во многом в силу роста возможностей ударной авиации и ракетного вооружения).
Основным проектом советско-российских ДЭПЛ с 1980-х гг. стал проект 877 «Палтус», широко известный по семейству своих экспортных модификаций, обозначаемых как проект 636 «Варшавянка». С 1982 г. построено более 83 субмарин этой серии, из которых 29 единиц были переданы различным иностранным покупателям в период с 1991 по 2022 г.
Проект 877/636 условно можно отнести к тяжелым ДЭПЛ – по своему водоизмещению (около 3–4 тыс. тонн в зависимости от модификации) советско-российские подводные лодки в два раза крупнее большинства, например, немецких конкурентов. Крупные размеры лодки позволяют разместить более чувствительный гидроакустический комплекс, увеличить боезапас ДЭПЛ, а также повысить дальность/длительность боевого патрулирования подводной лодки. Однако, с другой стороны, «тяжелые» ДЭПЛ отличаются более высокой стоимостью и потенциально обладают более заметной магнитной и акустической сигнатурой.
Тем не менее, на момент ввода в эксплуатацию как оригинальный проект 877 «Палтус», так и модернизированная версия проекта 636 «Варшавянка» считались наиболее малошумными ДЭПЛ в своем классе. Хотя, вполне вероятно, более современные проекты небольших ДЭПЛ, например, немецкой разработки обладают несколько превосходящими характеристиками акустической малозаметности, на практике разрыв скорее всего невелик и с точки зрения сложившейся тактики применения неатомных субмарин – не существенен.
Как и все достаточно современные ДЭПЛ, «Варшавянки» и «Палтусы» на малом ходу практически невозможно обнаружить пассивными гидроакустическими станциями (ГАС), в то время как эффективность активных сонаров в большей степени зависит от качества оборудования и тактики действия сил противолодочной обороны (ПЛО), нежели от характеристик скрытности подводных лодок как таковых.
Главные конкурентные преимущества «Варшавянок» на мировых рынках – их относительно низкая цена (что достигается благодаря крупной серии строительства и низкой себестоимости), а также наличие мощного ракетного вооружения в виде комплекса «Калибр»/«Club». Последний включает противокорабельные ракеты со сверхзвуковым финишным ускорителем (3М54КЭ и 3М54КЭ1), противолодочные ракето-торпеды 91РЭ1 и крылатые ракеты для поражения наземных целей 3М14Э1.
По сравнению с обычными торпедами, крылатые ракеты обладают гораздо большим радиусом действия, что позволяет обстреливать цели далеко за пределами радиуса обнаружения средствами ПЛО, однако запуск таких ракет демаскирует подводную лодку, ставя ее в уязвимое положение. Хотя в экспортном исполнении комплекс «Club» обладает значительно ограниченным радиусом действия до 300 км – в связи с требованиями режима контроля ракетной технологии (РКРТ), по этой характеристике «Club» все равно заметно превосходит аналогичные западные ракеты (в частности, UGM-84 Harpoon и SM39 Exocet). Кроме того, номенклатура комплекса «Club» в целом гораздо разнообразнее и предоставляет пользователям большую тактическую гибкость.
С другой стороны, в области торпедного вооружения российские экспортные подводные лодки скорее уступают западным аналогам – российский ВМФ лишь сравнительно недавно получил торпеды большой дальности УГСТ «Физик-1», в то время как иностранные заказчики все последние десятилетия получали модификации советских торпед 53-65К, ТЭ-2 и ТЭСТ-71.
Основными импортерами российских ДЭПЛ выступают Китай, Индия, Вьетнам и Алжир. В среднем за последние тридцать лет Россия поставляет заказчикам по одной подводной лодке «Варшавянка» в год. Однако после завершения последнего контракта с Алжиром в 2018 г. дальнейшие поставки иностранным заказчикам пока не планируются. Вместо этого «Адмиралтейские верфи» продолжают строительство ДЭПЛ проекта 636.3 в интересах ВМФ России – соответствующие производственные мощности скорее всего будут загружены вплоть до второй половины 2020-х гг.
Российская ДЭПЛ проекта 877 «Палтус»
«Лада»
Дальнейшим развитием проекта 877 «Палтус» с 1990-х гг. стали подводные лодки проекта 677 «Лада». Изначально предназначенная для замены устаревших советских ДЭПЛ в закрытых акваториях Черного и Балтийского моря, «Лада» разрабатывалась как более компактная, экономичная и скрытная субмарина (водоизмещение 2650 тонн), в то же время не уступающая по вооружению более тяжелым «Варшавянкам». Однако в силу экономических и производственных трудностей проектирование и затем строительство головной подводной лодки Б-585 «Санкт-Петербург» затянулось до конца 2000-х гг. При этом опытная эксплуатация первой лодки серии продемонстрировала неготовность основных подсистем субмарины, включая аккумуляторные батареи, гидроакустический комплекс и боевую информационно-управляющую систему.
Проект 677 «Лада» также должен был стать первой отечественной ДЭПЛ, оснащенной ВНЭУ на основе топливных ячеек электрохимических генераторов. Однако в результате испытаний силовой установки в начале 2010-х гг. топливные элементы оказались недостаточно мощными и надежными.
В итоге следующие ДЭПЛ серии «Лада» были перезаложены в 2013 и 2015 гг. по доработанному проекту 677М, предусматривавшему отказ от ВНЭУ, а также установку ракетного комплекса «Калибр». Тем не менее, строительство обеих лодок затянулось до пяти-семи лет, в то время как окончательная отладка оборудования субмарин продолжается вплоть до настоящего времени.
Таким образом, ДЭПЛ проекта «Лада» так и не приступили к полноценному боевому дежурству, оставаясь, по сути, опытными образцами. Для сравнения, в ходе производства двух серий ДЭПЛ проекта 636.3 для Черноморского и Тихоокеанского флотов (всего 12 подводных лодок) в 2010–2023 гг. полный цикл от закладки подводной лодки до ее ввода в строй, как правило, не превышал трех лет.
Сохранят ли российские проекты актуальность на мировых рынках? Главный разработчик российских подводных лодок – Конструкторское бюро «Рубин» предлагает потенциальным заказчикам целое семейство экспортных вариантов проекта 677 под шифром «Амур». С водоизмещением от 700 до 2600 тонн, различные модификации проекта «Амур» предлагают разные опции автономности, боезапаса и вооружения, а также дальности плавания.
«На бумаге» проект 677Э не уступает новейшим западным неатомным субмаринам по акустической малозаметности и в то же время заметно превосходит их по ракетному вооружению и ГАК, а также предлагается по более выгодным ценам. На практике же отсутствие отлаженной ВНЭУ и очевидные трудности с оснащением ДЭПЛ однокорпусной конструкции, по всей видимости, не способствуют энтузиазму потенциальных импортеров.
При этом зарекомендовавшие себя «Варшавянки», хотя они и сохраняют актуальность в 2020-х гг., к началу следующего десятилетия однозначно будут признаны устаревшими. Распространенная критика в адрес российских субмарин включает отсутствие отлаженной в производстве ВНЭУ. Развитие средств противолодочной обороны все больше затрудняет боевую устойчивость ДЭПЛ, требующих регулярной перезарядки батарей с помощью шноркеля. Причем эта проблема особенно актуальна для малых ДЭПЛ, действующих на закрытых акваториях внутренних морей, где пространство для маневра субмарины сильно ограничено.
Возможным выходом для российских проектов ДЭПЛ мог бы стать опережающий переход на литий-ионные батареи, позволяющий «перескочить» трудности с созданием серийной ВНЭУ. Соответствующие планы были озвучены главкомом ВМФ России на Международном военно-морском салоне в 2023 г. Тем не менее, пока неясно, сможет ли отечественная промышленность в необходимые сроки развернуть производство перспективных аккумуляторных батарей и сколько времени займет доработка нового проекта ДЭПЛ на их основе.
Шведская ДЭПЛ типа Collins
Франция и Швеция
С серьезным отставанием от Германии и России третье место на мировом рынке подводных лодок занимают Франция и Швеция (рис. 1). Несмотря на заслуженные успехи и достижения французской и шведской школы подводного кораблестроения, откровенно говоря, производители этих европейских стран на сегодняшний день находятся в сложном положении.
Швеция занимала значимое положение на мировом рынке неатомных субмарин в 1990-е и 2000-е гг. Подводные лодки типа Gotland в конце 1990-х гг. стали первыми субмаринами с ВНЭУ на основе двигателя Стирлинга. По совокупности боевых характеристик в то время они считались наилучшими неатомными субмаринами в мире (до принятия на вооружение немецких ДЭПЛ проекта Type-212/214).
В конце 1980-х гг. Швеция выиграла значительный контракт на организацию локализованного производства тяжелых ДЭПЛ типа Collins (на основе проекта Västergötland), строительство которых продолжалось до начала 2000-х гг. Еще одним важным экспортным контрактом стала глубокая модернизация двух субмарин из состава ВМС Швеции по стандарту Södermanland (включающую установку ВНЭУ) в интересах Сингапура.
Несмотря на эти успехи, с начала 2010-х гг. Швеция не может похвастаться ни одной крупной сделкой – все потенциальные заказы ушли французским или немецким верфям. В то же время программа перспективной ДЭПЛ в интересах ВМС Швеции (Blekinge, также известна под шифром Type-A26) застряла в «производственном аду» эскизного проектирования. Хотя в 2022 г., наконец, началось строительство головной лодки этого проекта, ввод в эксплуатацию ожидается не раньше 2027 г. Впрочем, уже сейчас шведский концерн Saab надеется принять участие в тендерах ВМС Польши и Нидерландов.
Французские ВМС в настоящее время (c 2000-х гг.) в принципе не эксплуатируют неатомные подводные лодки, поэтому все современные проекты ДЭПЛ ориентированы строго на экспорт. Отсутствие внутреннего спроса сильно ограничивает серийность французских ДЭПЛ, что негативно сказывается на себестоимости производства, снижая их конкурентоспособность на мировых рынках.
В последние два десятилетия Франция преимущественно предлагает на экспорт ДЭПЛ проекта Scorpène. Это сравнительно небольшая подводная лодка средне-легкого класса с водоизмещением от 1500 до 1900 тонн в зависимости от модификации. Можно сказать, что эти французские подводные лодки прямо соперничают с немецкими проектами Type-209, Type-212 и Type-214. В целом, по своим боевым возможностям Scorpène практически полностью аналогичны немецким субмаринам XXI в.: они также оснащаются ВНЭУ и, по оценкам экспертов, обладают сравнимыми характеристиками акустической малозаметности. Таким образом, на практике успехи и неудачи французских проектов в тендерах определяются по большей части политико-экономическими факторами.
Интересно, что, как и новейшие немецкие подводные лодки проекта Type-212/214, Scorpène поставляются преимущественно в виде программ локализованного производства, при котором строительство осуществляет сам заказчик на местной верфи с использованием импортных компонентов и подсистем французского производства.
Основными партнерами Франции в этой области в последние годы выступают Индия и Бразилия. Однако, в отличие от Германии, где строительство ДЭПЛ разных проектов для внутренних и внешних заказчиков продолжают вести немецкие верфи, французские судостроительные предприятия с 2010-х гг. полностью лишились подрядов на производство готовых неатомных подводных лодок.
Сильным ударом для французского подводного кораблестроения стал выход в 2021 г. Австралии из программы строительства тяжелых дизель-электрических субмарин на основе неатомной версии проекта Barracuda в пользу совместной закупки АПЛ с Великобританией и США в рамках альянса AUKUS. Одним махом Франция лишилась контракта общей стоимостью около 40 млрд долларов, которые должны были стать фундаментом развития всей военной судостроительной промышленности страны в 2020-е гг.
С другой стороны, несмотря на этот провал, Париж все еще сохраняет серьезные позиции на мировом рынке ДЭПЛ. Так, в настоящее время ведутся активные переговоры об организации лицензионного производства ДЭПЛ в Индонезии, причем французы предлагают новейший вариант проекта «супер-Scorpène» с литий-ионными аккумуляторными батареями. Потенциальными импортерами модификаций проекта Scorpène могут также стать Румыния и Филиппины.
В целом следует отметить, что острая конкуренция между немецкими, французскими и, в некоторой степени, российскими проектами ДЭПЛ значительно повлияла на готовность этих государств предлагать более широкие условия трансфера технологий и локализации производства, что, в свою очередь, способствует становлению подводного кораблестроения в новых странах и таким образом ведет к перераспределению структуры международного экспорта. Прежде всего к таким новым поставщикам следует отнести Южную Корею и Китай. Хотя за период с 1991 по 2022 г. их совместная доля на мировом рынке не превышает 3%, в ближайшие годы ситуация может существенно измениться.
Французская ДЭПЛ типа Scorpène
Южная Корея
Южнокорейская программа создания национальных ДЭПЛ началась с лицензионного строительства немецких подводных лодок проекта Type-209 в 1990-х гг., а затем проекта Type-214 в 2000–2010-х гг. Благодаря масштабным программам локализации уже в 2010-х гг. южнокорейская судостроительная промышленность смогла полностью воссоздать ДЭПЛ Type-209 (новый проект получил южнокорейский шифр «Chang Bogo») и затем выиграть в 2011 г. тендер на поставку трех таких субмарин Индонезии. В 2019 г. был заключен еще один аналогичный контракт на дальнейшее строительство еще трех ДЭПЛ того же класса.
Однако особый интерес специалистов сейчас вызывают подводные лодки нового проекта KSS-III, строящиеся в настоящее время в интересах ВМС Республики Корея. С водоизмещением до 3750 тонн, эти неатомные подводные лодки гораздо крупнее немецких проектов, оснащены ВНЭУ на основе топливных ячеек и несут мощный набор ударного вооружения.
Проект KSS-III – первая в мире неатомная подводная лодка общего назначения, оснащенная установками вертикального пуска (УВП) для оперативно-тактических крылатых и баллистических ракет. Таким образом, с учетом стандартных торпедных аппаратов калибра 533 мм, совокупный «вес залпа» новых южнокорейских подводных лодок может составлять до 12 единиц крылатых (и/или баллистических) ракет.
Первые три лодки серии уже приняты в состав ВМС или проходят государственные испытания, при этом строительство ДЭПЛ второй серии началось в 2023 г. Модернизированный проект KSS-III Batch-II получит четыре дополнительные УВП (всего их 10), а также новые аккумуляторные батареи на основе литий-ионных компонентов. В результате Южная Корея станет второй державой, принявшей на вооружение ДЭПЛ, использующие такую технологию. Стоит отметить, что, в отличие от японских ДЭПЛ, такие батареи не заменяют, а дополняют ВНЭУ.
В целом, KSS-III сегодня, без сомнения, представляет собой наиболее мощную ударную ДЭПЛ в мире, что, конечно, должно способствовать экспортной привлекательности этого проекта. Южнокорейская компания Hanwha Ocean (DSME) уже предлагает два варианта экспортной модификации ДЭПЛ с водоизмещением 2000 и 3300 тонн. В качестве потенциальных покупателей Сеул рассматривает ВМС Польши и Канады.
Южная Корея также пыталась принять участие в индийском тендере на лицензионное производство перспективных ДЭПЛ по программе Project-75, однако, по состоянию на 2023 г., не попала в шорт-лист, уступив испанской и немецкой заявкам. Скорее всего, эта неудача объясняется политико-экономическими факторами – индийские тендеры по закупке вооружений и военной техники обычно отличаются острой конкуренцией между различными лоббистскими группами, а также продолжительными процессами оценки возможностей трансфера технологий и частыми сдвигами сроков закупок «вправо».
Южно-корейская ДЭПЛ проекта KSS-III
Китай
Еще одним крупным игроком на будущих рынках ДЭПЛ наверняка станет Китай. На сегодняшний день эта страна эксплуатирует крупнейший в мире флот неатомных подводных лодок (по разным оценкам, около 50 единиц), большая часть из которых представляют собой ДЭПЛ собственного производства. В конце 1990-х – начале 2000-х гг. Китай также приобрел у России 10 субмарин проекта 636/636М «Варшавянка». Как известно, китайское военное судостроение в тот период активно приобретало компоненты советско-российских и западных технологий для копирования, обратной разработки и интеграции в собственные проекты. Со второй половины 2000-х по 2018 г. Китай развернул масштабную программу производства ДЭПЛ типа 039A/039B.
С водоизмещением около 3600 тонн, габариты подводной лодки 039A/039B сходны с габаритами «Варшавянки» и, таким образом, относятся к «тяжелому» классу ДЭПЛ, предназначенных для действий на дальних морских коммуникациях. При этом 039A/039B оснащается ВНЭУ на основе двигателя Стирлинга (по слухам, некоторые субмарины этого проекта оснащались опытными образцами ВНЭУ на основе водородных топливных ячеек). Как и российские ДЭПЛ, китайские субмарины отличаются мощным ракетным вооружением (включая сверхзвуковые крылатые ракеты), но, вероятно, уступают в области управляемых торпед большой дальности.
Общий состав серии 039A/039B превысил 18 единиц, причем строительство осуществлялось волнами сразу на двух верфях – в городах Ухань и Цзянань. Есть основания полагать, что темпы производства подводных лодок в 2010-е гг. в Китае пока не достигли максимальных значений, а проект 039B рассматривается командованием ВМС НОАК как промежуточный. На это, в частности, указывают продолжительные паузы между закладками ДЭПЛ промежуточных серий, а также неподтвержденная информация о трудностях с организацией массового производства дизельных двигателей для подводных лодок.
Вместе с тем, примерно с 2014 г. Китай приступил к строительству совершенно нового судостроительного завода в городе Ухань, куда, по всей видимости, планируется перенести производство будущих ДЭПЛ. Судя по спутниковым снимкам, общая площадь объекта десятикратно превышает ранее действующую в Ухани военную верфь. Размеры уже построенных доков (по состоянию на 2022 г.) позволяют обеспечить одновременное строительство не менее шести субмарин, и, по всей видимости, это еще далеко не предел.
Пока что китайский «кораблестроительный конвейер» преимущественно был занят выпуском надводных кораблей УРО, однако вполне вероятно, что массовый выпуск неатомных подводных лодок достигнет не менее впечатляющих темпов. Консервативная оценка объема производства китайских ДЭПЛ может составить три единицы в год (с учетом трехлетнего цикла одновременного строительства восьми подводных лодок на двух верфях).
Основу будущего неатомного подводного флота Китая должны составить ДЭПЛ перспективного проекта 039С. Характерной внешней особенностью конструкции стали угловатые, наклонные формы надстройки подводной лодки, за которые западные СМИ прозвали этот проект «стелс-субмариной». Эксперты предполагают, что такой внешний вид действительно продиктован необходимостью снижения заметности ДЭПЛ со стороны активных ГАК.
В силу высокой секретности мало что известно про эту новую подводную лодку, но предполагается, что китайские военные собираются оснастить ее перспективными литий-ионными батареями. В конце 2010-х гг. считалось, что новый проект 039С будет оснащен ракетным вооружением в УВП – аналогично последним китайским АПЛ проекта 093B. Однако, судя по первым фото, по крайней мере, на головных лодках типа 039С УВП пока отсутствуют. Впрочем, очевидный акцент на снижение акустической заметности может указывать на предпочтение торпедного вооружения в тактической доктрине применения перспективных неатомных подводных лодок.
Пока ДЭПЛ типа 039С готовятся к массовому производству в интересах ВМС НОАК, Китай достиг заметных успехов в продвижении на экспортных рынках предыдущего проекта – 039B.
С 2015 г. было заключено несколько крупных контрактов на поставки ДЭПЛ различных модификаций проекта 039B Пакистану и Таиланду. Исламабад заказал восемь субмарин, половина из которых будет построена на местных верфях по китайской лицензии. Бангкок, в свою очередь, заказал три ДЭПЛ с опционом еще на две подводные лодки.
Китайские подводные лодки обладают поразительно низкой ценой для субмарин такого крупного водоизмещения с ВНЭУ – от 390 до 625 млн долларов за единицу (верхний порог относится к пакистанскому контракту, который предполагает весьма эксклюзивные условия трансфера технологий). Налицо значительные преимущества, обеспечиваемые размером индустриальной базы китайской судостроительной промышленности и снижением издержек за счет высокой серийности строительства ДЭПЛ в целом.
С экономической точки зрения, китайские неатомные подводные лодки в ближайшее десятилетия должны стать лидерами по показателю «стоимость-эффективность». С военно-политической точки зрения, однако, негативным фактором для их продвижения на экспортных рынках станет слабая совместимость с подсистемами вооружения и оборудованием западного производства.
При этом многие нейтральные страны Азиатско-Тихоокеанского региона (Вьетнам, Малайзия, Индонезия) стремятся закупать субмарины европейского или российского производства. В то же время африканские и латиноамериканские страны, как правило, не обладают достаточно крупными бюджетами для приобретения такого специфического типа вооружений, как ДЭПЛ, или не имеют устоявшихся военно-технических связей с Китаем, а также подвержены политическому давлению США и других западных стран.
Китайская ДЭПЛ типа 039С
Подведем итоги. Как показывает практика, после десятилетий относительной стагнации морские державы по всему миру снова начали уделять большое внимание развитию ДЭПЛ. В условиях повышения уязвимости надводных кораблей перед высокоточным ракетным оружием относительно экономичные неатомные подводные лодки позволяют значительно повысить обороноспособность береговой линии и выступают мощным средством сдерживания на глобальных морских коммуникациях.
Как и во многих других сферах мирового рынка вооружений и военной техники, инерция и преемственность школы подводного кораблестроения позволяет традиционным лидерам в лице Германии, России и Франции сохранять ведущие позиции, несмотря на все экономические и технологические трудности. Тем не менее, становится очевидно, что основной центр развития неатомных подводных лодок сместился из Европы в Азиатско-Тихоокеанский регион. Китай, Южная Корея и Япония в ближайшие десятилетия продолжат быть «законодателями моды», создавая самые массовые серии ДЭПЛ.
©«Новый оборонный заказ. Стратегии»
№ 1 (84), 2024 г., Санкт-Петербург
