Автор - Алина Утятникова
Принятие Пандемического соглашения Всемирной организации здравоохранения 20 мая 2025 г. было представлено как важный шаг к укреплению глобальной готовности к будущим биологическим угрозам. По словам генерального директора ВОЗ Тедроса Адханома Гебрейесуса, документ стал «победой для общественного здравоохранения, науки и многостороннего сотрудничества».
Опыт пандемии COVID-19, унесшей, по данным ВОЗ, более семи миллионов жизней, действительно продемонстрировал уязвимость существующей системы международного реагирования и поставил под сомнение способность государств и международных институтов действовать быстро, скоординированно и справедливо в условиях глобального кризиса. Однако за внешне согласованным политическим консенсусом скрывается ключевая нерешенная проблема.
Pathogen Access and Benefit-Sharing (PABS) обеспечивает быстрый обмен материалами патогенов и генетическими данными, гарантируя справедливое распределение вакцин и лекарств.
Пандемическое соглашение до настоящего времени не вступило в силу именно потому, что не было согласовано его центральное приложение – система доступа к патогенам и совместного использования связанных с ними выгод (Pathogen Access and Benefit-Sharing, PABS). Переговоры по этому механизму выявили глубокие противоречия между государствами с различным уровнем экономического развития, а также между государственными и негосударственными акторами глобального здравоохранения. В их основе лежит конфликт между необходимостью оперативного и беспрепятственного обмена патогенами для защиты глобальной безопасности и стремлением государств сохранить контроль над своими биологическими ресурсами и результатами их использования.
Именно в рамках дискуссии о PABS концепция биологического суверенитета из абстрактного политико-правового принципа превратилась в практическую проблему международных переговоров. Многие развивающиеся страны перестали воспринимать патогены исключительно как научные образцы и все чаще рассматривают их как стратегические ресурсы, передача которых должна сопровождаться юридически закрепленными гарантиями доступа к вакцинам, технологиям и другим медицинским контрмерам. В то же время развитые государства и крупные фармацевтические производители настаивают на сохранении гибкой модели обмена, минимизирующей обязательства и риски для существующей архитектуры фармацевтического рынка.
Таким образом, тупик вокруг системы PABS отражает более широкий структурный кризис глобального здравоохранения: расхождение между универсалистской логикой многосторонних институтов и усиливающимся требованием государств к контролю, справедливости и равному распределению выгод.
Цель предлагаемой статьи – проанализировать, почему переговоры по PABS зашли в тупик, какие интересы и акторы формируют этот конфликт и в какой мере идея биологического суверенитета меняет саму логику международного сотрудничества в сфере биобезопасности.
Актуальные правила
На сегодняшний день в соответствии с Международными медико-санитарными правилами (ММСП) система передачи патогенов в рамках глобального реагирования на биологические угрозы опирается на Глобальную систему эпиднадзора за гриппом и реагирования на него (Global Influenza Surveillance and Response System, GISRS), созданную Всемирной организацией здравоохранения еще в 1952 г. В случае выявления нового патогена государства обязаны передавать образцы в лаборатории и центры, входящие в сеть ВОЗ, для последующего анализа и выработки мер реагирования.
При возникновении новых биологических угроз развивающиеся государства, часто не располагающие достаточным количеством специалистов и лабораториями высокого уровня биологической защиты (BSL-3 или BSL-4), в значительной степени полагаются на сеть Национальных центров гриппа (NIC), входящих в систему GISRS. Эти центры занимаются сбором клинических образцов, их предварительной идентификацией и выделением вируса. После этого часть репрезентативных образцов направляется в Сотрудничающие центры ВОЗ, где проводится более глубокий генетический и антигенный анализ.
Передача биологических материалов внутри системы регулируется стандартным соглашением о передаче материалов (Standard Material Transfer Agreement 1, SMTA-1), которое определяет права и обязанности лабораторий, входящих в сеть GISRS. На следующем этапе патогены направляются в специализированные исследовательские лаборатории, а также передаются фармацевтическим компаниям, занимающимся разработкой вакцин, диагностических тестов и лекарственных средств.
Для производителей, не входящих в систему GISRS, применяется иное соглашение – SMTA-2, отличительная особенность которого состоит в наличии положений о разделении выгод. В рамках SMTA-2 сторонние организации, получающие доступ к образцам патогенов, обязуются предоставлять ВОЗ определенные преимущества, которые могут быть использованы как для подготовки к пандемии (например, обучение персонала или лицензирование технологий), так и для реагирования на нее – в виде вакцин, противовирусных препаратов или диагностических наборов. Формально этот механизм должен обеспечивать баланс интересов между государствами, предоставляющими биологические материалы, и теми, кто извлекает из них научные и коммерческие выгоды.
Вы можете дочитать этот и другие материалы сайта, оформив подписку.
