Алексей Лихачев, Росатом: «Нам нужны в атомной промышленности десятки тысяч человек <…> 30-35 тысяч - это наша потребность в кадрах до 2030 года»

SIPRI: Новый взгляд на «Минимальное ядерное сдерживание»

Сложившаяся международная обстановка поставила на паузу переговоры по стратегической стабильности и контролю над вооружениями. На задний план отошла и тема ядерного разоружения. Институт SIPRI выпустил доклад о  перспективах контроля над вооружениями и разоружения в текущих обстоятельствах. По мнению экспертов, одним из ршений может стать минимальное ядерное сдерживание.

Сегодняшняя риторика вокруг ядерного оружия стоит на двух столпах – ядерном сдерживании и ядерном разоружении. Сдерживание предполагает, что на текущем этапе человечество не готово отказаться от ядерного оружия ввиду несовершенства международной системы отношений. В свою очередь Договор о запрещении ядерного оружия призывает к ядерному разоружению, последователи которого считают ядерное сдерживание несправедливым и аморальным.

В 2022 году ситуация вокруг ядерного оружия обострилась, поскольку конфликт между Россией и Украиной спровоцировал ряд действий и заявлений, которые привели к напряжению между ядерными державами и подтвердили тезис о необходимости сдерживания. Эксперты SIPRI полагают, что несмотря на заверения ядерных держав о недопустимости использования ядерного оружия, сложившиеся обстоятельства обнажили хрупкость ядерного сдерживания, и что теперь привычный механизм требует пересмотра.

Отсутствие диалога и растущее напряжение могут привести к катастрофическим последствиям, в связи с этим авторы доклада призывают к преобразованию и возвращению дискуссии о разоружении и создании такого механизма взаимоотношений, который откроет возможности для внесения смелых предложений в области контроля над вооружениями. Дальнейшее развитие вопроса эксперты SIPRI связывают с минимальным ядерным сдерживанием. По их мнению, тот факт, что Россия и США «зациклились» на обеспечении сдерживания в том виде, в котором оно находится сегодня, не способствует сокращению ядерных арсеналов и, как следствие, всеобщему разоружению.

Концепция минимального ядерного сдерживания предполагает наличие минимального объема арсенала ядерного оружия, достаточного для нанесения ответного удара противнику в случае конфликта. Переход к такому пониманию сдерживания произошел после окончания Холодной войны, когда страны признали невозможность победы в ядерной войне и приняли решение о сокращении ядерных арсеналов. Такой подход наблюдается в ряде соглашений, среди которых СНВ-1, Договор о СНП и Новый Договор СНВ 2010 года. Однако сейчас отношения между Россией и США находятся в состоянии стагнации, и это явно не способствует продолжению переговорного процесса.

Понятие концепции минимального ядерного сдерживания и его компоненты варьируются, отсутствуют и четкие рамки того, какое количество ядерных боеголовок и какой мощности обеспечивают такое сдерживание. Разнятся и представления о необходимости перехода к такому типу сдерживания. По мнению одних – это промежуточный этап на пути к полному разоружению, для других определяющим фактором перехода к концепции минимального сдерживания становится экономическая целесообразность.

Эксперты SIPRI считают, что сегодня использование минимального ядерного сдерживания в качестве шага к разоружению сталкивается с препятствиями, которые проистекают из российских и американских национальных технических и стратегических особенностей.

В докладе утверждается, что США, в теории, могли бы сократить собственный ядерный арсенал в соответствии с курсом на минимальное сдерживание, изменив структуру своих ядерных сил. Изменения предполагали бы сосредоточение на морском и воздушном компонентах ядерной триады и укреплении системы ПРО. В то же время Россия, по мнению экспертов, не пошла бы на сокращение по причине высокой выживаемости американского арсенала, в том числе и за счет передовой системы противоракетной обороны, вторая причина – превосходство США в обычном высокоточном вооружении. Такое решение бы ослабило позиции России, несмотря на частичное компенсирование за счет российских разработок в области новых средств сдерживания морского базирования и гиперзвуковых вооружений. По мнению экспертов, этого недостаточно для сокращения российского ядерного арсенала.

Другой проблемой для перехода к минимальному ядерному сдерживанию становится замкнутость системы контроля над вооружениями на двустороннем уровне. Арсеналы России и США значительно превосходят потенциалы других стран, обладающих ядерным оружием, это по умолчанию исключает других членов «ядерного клуба» из процесса, поскольку формирование многостороннего режима реально только при наличии паритета. Авторы доклада считают, что достижение паритета возможно только при условии сокращении российского и американского арсеналов.

Было озвучено мнение, что для того, чтобы выйти из тупика, в котором сейчас оказались инициативы по контролю над ядерными вооружениями и разоружению, следует пересмотреть ряд ключевых понятий, в первую очередь – само понятие ядерного сдерживания.

Пересмотр основ системы ядерного сдерживания предполагает:

  • Отказ от исторического стремления к превосходству над противником. Лучшим способом к достижению этой цели послужило бы принятие политики неприменения ядерного оружия первым, которая могла бы стать доктринальной основой для такого перехода.
  • Большее внимание к неядерному сдерживанию как средству контроля эскалации. Здесь авторы доклада предлагают сосредоточить внимание на обычных вооружениях, кибероружии и возможностях космического базирования.
  • Усилия по повышению осведомленности о рисках ошибочного использования ядерного оружия путем дальнейшего изучения гуманитарных и экологических последствий его применения, особенно в региональных контекстах, где применение ядерного оружия считается наиболее вероятным.
  • Инвестирование в обычные средства сдерживания, снижение зависимости от ядерного оружия как от основы сдерживания из-за высокого риска перехода регионального конфликта в ядерную войну.

Также автор документа обратил внимание и на проблему выживаемости ядерных арсеналов и растущий дисбаланс в наступательных и оборонительных видах вооружения. Он чреват тем, что одной из сторон потенциального конфликта покажется, что победа в ядерной войне возможна без риска получения неприемлемого ущерба. Решением в этом случае может стать повышение уязвимости сторон путем сокращения средств ПРО.

Согласно докладу, ограничению подлежат не только ядерные арсеналы, но и высокоточное вооружение большой дальности, в первую очередь гиперзвуковое оружие. Автор предлагает наложить на высокоточное вооружение большой дальности те же ограничения, что и на ядерное оружие, включив их в рамки соглашений о контроле над стратегическими вооружениями между Россией и США. В перспективе в процесс должен быть вовлечен и Китай.

Минимальное сдерживание в представлении авторов доклада призвано продемонстрировать то, что стойкая вера в преимущество ядерного оружия как инструмента обеспечения безопасности не обязательно должна быть препятствием для разоружения. Предполагается, что переход к такому типу сдерживания приведет к снижению вероятности того, что весь мир будет уничтожен в пламени ядерной войны, если таковая произойдет.

В рамках реализации минимального сдерживания автор также призывает к переходу на ядерное оружие малой мощности и утверждает, что несмотря на то, что это может снизить порог применения, существуют прецеденты развертывания такого вооружения и его успешного использования как инструмента сдерживания. В то же время процесс установления ограничений на количество и мощность ядерного оружия помог бы повысить осведомленность о масштабах ядерных рисков. По мнению автора доклада, в сегодняшней информационной повестке недостаточно освещаются последствия потенциальной ядерной войны, за чем следует непонимание рисков и чрезмерная уверенность в преимуществе ядерного сдерживания, не обращающая внимания на хрупкость системы.

В заключительной части доклада озвучена мысль, что минимальное сдерживание призвано заменить собой дестабилизирующие национальные стратегии, и что оно может стать основой для коллективных усилий по снижению ядерных рисков. Однако это достижимо только при условии согласия России и США значительно сократить свои ядерные арсеналы, чтобы привести их к паритету с другими членами «ядерного клуба». Только после этого переход от формата двусторонних договоренностей к более широким станет возможным.

Комментируя доклад, можно отметить, что в современных условиях переход к озвученному типу сдерживания выглядит слишком оптимистично.

  1. На протяжении последнего десятилетия двусторонние инициативы по контролю над вооружениями находятся в состоянии стагнации и подвергаются эрозии, поскольку старые договоренности истекают, в то время как новые не заключаются. Крупным успехом на фоне происходящего стало продление договора СНВ от 2011 года в 2021 году. Срок действия договора был продлен на 5 лет без изменений, однако и этот процесс сопровождался длительным периодом консультаций и переговоров. Современное обострение отношений между Россией и западными странами, включая США, отнюдь не способствует возвращению за стол переговоров.
  2. Допуская возможность переговоров можно отметить, что на сегодняшний день контроль над ядерными вооружениями осуществляется на двустороннем уровне – между Россией и США, поскольку потенциалы других стран несоизмеримыми с российским и американским. Таким образом, вовлечение третьих государств в двусторонний процесс не представляется возможным, поскольку это не отвечает их интересам. Важно осознавать, что контроль над вооружениями не ограничивается ядерным компонентом, а достижение договоренностей в сопряженных областях прямо или косвенно повышает переговороспособность сторон. Возможным может стать международное регулирование других – нестратегических на текущий момент образов вооружений, где существует хотя бы относительный паритет. Предположительно предметами соглашения могут стать гиперзвуковые и высокоточные вооружения, где разлет между странами не настолько велик. Такое соглашение теоретически может послужить основой для развития дальнейшего переговорного процесса.
  3. Переход к описанному типу сдерживания потребует более глубоких мер. В основе отношений между США и Россией лежит понятие стратегической стабильности, предполагающее отсутствие стимула для одной из сторон нанести ядерный удар первым. В российско-американских отношениях есть четкое определение стратегических вооружений, за счет которых обеспечивается сдерживание. В то же время развитие технологий ПРО, высокоточных и гиперзвуковых вооружений отсутствие их регулирования и неопределенный статус выступают дестабилизирующими факторами, делая сокращение ядерных арсеналов не слишком выгодным решением. В этом смысле наряду с переговорами, упомянутыми в предыдущем пункте, необходим пересмотр понятия «стратегический».
  4. Автор приводит Китай как пример ядерной державы, полагающейся на обычные вооружения в обеспечении собственной безопасности, и придерживающейся принципа неиспользования ядерного оружия первым, однако это уникальный случай. Такой подход возможен при существенном превосходстве над потенциальным противником в обычных вооружениях, которым обладает Китай. Для России принятие такого решения на доктринальном уровне недопустимо. Сокращение ядерного арсенала на фоне недостаточного перевеса в обычных вооружениях будет рассматриваться Россией как дестабилизирующий фактор, поскольку ослабит ее позицию перед лицом потенциального противника, превосходящего его в области ПРО и имеющего существенный перевес в обычных силах.
  5. Автор призывает страны вкладываться в неядерное сдерживание, предлагая наряду с обычными вооружениями сосредоточиться на «кибероружии и возможностях космического базирования», что кажется весьма спорным решением, поскольку вепонизация космоса также выступит дестабилизирующим фактором в отношениях между ядерными державами. В отношении инструментов, используемых для сдерживания в киберпространстве, также есть вопросы ввиду отсутствия на текущий момент нормативно-правовой базы, регулирующей киберпространство и действия в нем. Таким образом предлагается переход в своего рода серую зону.

 

По материалам SIPRI

 

Партнеры