Автор - Дмитрий Корнев
В последние годы стало заметно больше обсуждений развития ядерных возможностей неядерных государств. Эта тема все чаще рассматривается как потенциальный фактор трансформации международных отношений и региональных балансов сил. В экспертной и политической среде активизируются рассуждения о том, что появление новых обладателей ядерного оружия способно существенно изменить конфигурацию глобальной безопасности.
Одновременно все чаще высказывается мнение, что международный режим нераспространения ядерного оружия сталкивается с признаками эрозии. В течение нескольких десятилетий Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) играл ключевую роль в поддержании стратегической стабильности, однако в новых условиях его универсальность и эффективность все чаще ставятся под вопрос.
Можно предположить, что кризис доверия к режиму нераспространения во многом связан с неспособностью ключевых ядерных держав предотвратить расширение де-факто ядерного клуба и обеспечить неукоснительное соблюдение норм ДНЯО всеми участниками международной системы.
Особую роль в ускорении центробежных процессов сыграло формирование ядерного потенциала Северной Кореи – государства, которое долгое время не рассматривалось как экономически развитое или технологически передовое. Этот кейс показал, что в ряде случаев решающими факторами могут становиться не только наличие ресурсов и запасов делящихся материалов, но и сочетание технологических компетенций, длительной целенаправленной политики и политической воли руководства государства.
Институциональная рамка и термины
Под ядерным оружием понимают боеприпасы, использующие энергию ядерных реакций деления или синтеза. В прикладном смысле принято различать атомные (делящиеся) и термоядерные боеприпасы, различающиеся принципами высвобождения энергии и диапазоном мощности. Мощность ядерных боеприпасов традиционно измеряется в тротиловом эквиваленте – в килотоннах и мегатоннах.
Первые атомные бомбы отличались крупными габаритами и массой в несколько тонн, что предопределяло их доставку к целям исключительно с помощью тяжелых стратегических бомбардировщиков. По мере развития технологий происходила последовательная миниатюризация ядерных боеприпасов, расширявшая спектр возможных носителей. В результате современные ядерные боеголовки могут обладать мощностью в сотни килотонн при массе в несколько сотен килограммов и сравнительно компактных габаритах. Это позволяет интегрировать их как в состав стратегических ракетных комплексов с дальностью действия в несколько тысяч километров, так и (при соответствующих технических ограничениях) в системы меньшей дальности.
Миниатюризация стала одним из ключевых факторов, превративших ядерное оружие из исключительно стратегического инструмента в элемент более широкого спектра военных сценариев.
Современная система контроля за распространением ядерного оружия сформировалась во второй половине XX в. и была институционализирована с принятием Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), открытого для подписания в 1968 г. и вступившего в силу в 1970 г. В основе ДНЯО лежит компромиссная модель: государства, обладавшие ядерным оружием на момент подписания договора, сохраняют этот статус, тогда как остальные участники берут на себя обязательство не разрабатывать и не приобретать ядерное оружие в обмен на гарантии доступа к мирным ядерным технологиям и содействие в развитии атомной энергетики.
Основа функционирования ДНЯО – система гарантий Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), призванная обеспечивать контроль над мирным характером национальных ядерных программ. В течение десятилетий эта система позволяла существенно сдерживать горизонтальное распространение ядерного оружия, несмотря на сохранявшиеся региональные кризисы и технологический прогресс.
В то же время ДНЯО изначально носил асимметричный характер, закрепив разделение на «ядерные» и «неядерные» государства. По мере изменения международной обстановки эта асимметрия все чаще становится предметом критики, а эффективность режима нераспространения – предметом дискуссий. Выход КНДР из ДНЯО, существование де-факто ядерных государств вне рамок договора, а также рост ядерной латентности у ряда стран подрывают ощущение универсальности и необратимости действующего порядка.
Ядерная латентность и «прихожая» ядерного клуба
Под виртуальной «прихожей» ядерного клуба далее будем подразумевать государства, обладающие значительной ядерной латентностью, то есть сочетанием промышленно-научных, технологических и военных возможностей, которые при наличии политического решения теоретически позволяют в ограниченные сроки перейти к созданию ядерного оружия. В отличие от прямого нарушения обязательств по ДНЯО, ядерная латентность формально не противоречит международному праву, но существенно повышает уровень стратегической неопределенности.
Вы можете дочитать этот и другие материалы сайта, оформив подписку.
