Автор Артем Мальцев
Общие закономерности и тенденции современного международного рынка ПВО, основные лидеры сегмента систем большой и средней дальности были проанализированы в двух предыдущих частях обзора (НОЗС №3, 2023, НОЗС №4, 2023). Основой вывод: США и Россия – безусловные лидеры в главной нише «тяжелых» зенитно-ракетных комплексов (ЗРК).
Главными преимуществами отечественных систем выступают сравнительная дешевизна (за счет эффекта масштаба массового производства и преимуществ паритета покупательной способности), а также боевая устойчивость и универсальность. Американские ЗРК, в свою очередь, почти безальтернативны на западных рынках и предлагают расширенные возможности противоракетной обороны ПРО.
В «среднем» сегменте в силу доктринальной специфики ведущую роль традиционного играли также российские системы. Модернизированные ЗРК второго поколения все еще пользуются значительным спросом в странах бывшей сферы влияния СССР, в то время как более мощные комплексы третьего поколения вплоть до недавнего времени попросту не имели конкуренции со стороны западных аналогов, развитие которых было заморожено после окончания холодной войны (рис. 1). Сейчас эта ситуация меняется.
Преимущества «израильской школы» ПВО: SPYDER и Barak
Неудивительно, что в таких условиях на второе место вышел неожиданный поставщик – Израиль. Ключевые позиции в этом секторе занимают государственные корпорации этой страны – преимущественно Rafael Advanced Defense System, а также, в меньшей степени, Israel Aerospace Industries.
Собственная школа ПВО в этой стране появилась сравнительное недавно, в 1980-х гг. На ее развитие серьезное влияние оказал опыт арабо-израильских войн, в которых ЗРК играли важную роль (подробный исторический экскурс был изложен в прошлом выпуске журнала НОЗС). Сегодня на экспортные рынки в «среднем сегменте» продвигаются два типа израильских ЗРК – SPYDER и Barak, они занимают 15 и 7% мирового рынка (отметим, что модификации ЗРК малого радиуса действия – SPYDER-SR и Barak-1 – учитываются в сегменте систем малого радиуса действия).
При создании ЗРК SPYDER Израиль пошел по типичному для западной аэрокосмической промышленности пути адаптации авиационных управляемых ракет типа «воздух-воздух» (РВВ) для их использования в наземных системах ПВО. В ЗРК SPYDER применяются два типа таких ракет – Python 4/5 (РВВ малой дальности с тепловизионной ГСН) и Derby (РВВ средней дальности c активной радиолокационной ГСН). Использование зенитных управляемых ракет (ЗУР) на базе авиационных ракет позволяет упростить конструкцию комплекса (не требуется отдельная радиолокационная станция подсветки наведения), увеличить число обстреливаемых целей (в теории, в SPYDER может быть реализован принцип «выстрелил-забыл»), а также снизить издержки на разработку и производство ЗУР за счет унификации. В зависимости от конфигурации, стоимость ЗРК SPYDER сегодня можно оценить в диапазоне от 40 до 50 млн долларов за батарею – весьма привлекательный ценник за комплекс «западного» производства.
В итоге после принятия на вооружение в 2005 году более десяти стран приобрели у Израиля этот ЗРК. Главный недостаток SPYDER, как и всех ЗРК на основе РВВ, – ограниченные кинематические характеристики ракет, что затрудняет использование комплекса для борьбы с высоколетящими целями (в эшелоне выше 15 км). Хотя формально «потолок» ЗРК SPYDER составляет 16 км (при использовании ракет Derby), в реальности на такой высоте могут быть поражены только маломаневренные цели в сравнительно небольшом радиусе.
В свою очередь, ЗРК Barak с самого начала создавался как морской комплекс ПВО, предназначенный для размещения на небольших корветах и даже ракетных катерах. Поскольку в середине 1980-х гг. широкое распространение получили низколетящие противокорабельные ракеты (sea-skimmers – «скользящие над водной поверхностью»), комплекс Barak разрабатывался «с прицелом» именно на такой тип угроз. Однако исходная версия системы предназначалась исключительно для самообороны небольших кораблей и отличалась сравнительно низкой скоростью полета (580–720 м/с), малой дальностью и высотой (12 и 5,5 км соответственно).
Против современных сверхзвуковых ракет, которыми вполне могла обзавестись, например, Сирия, ЗРК Barak-1, по большому счету, бесполезен. Поэтому в начале 1990-х гг. после отработки ряда ключевых технологий, в частности, управляемого вертикального пуска и полуактивной головки самонаведения (ГСН), израильская компания Rafael приступила к созданию более мощной системы, способной защитить крупные надводные корабли во всем спектре высот. Правда, несмотря на то, что Армия обороны Израиля была очень заинтересована в приобретении новой системы ПВО, военное ведомство страны оказалось не готовым самостоятельно финансировать необходимые НИОКР. Поэтому для разработки перспективной системы привлекли иностранных партнеров – сначала Сингапур, а затем Индию.
Израильский ЗРК SPYDER
Новый ЗРК получил наименование Barak-8 (восемь – счастливое число по фен-шуй, что было важно для «сингапурского маркетинга»). И хотя сделка с южно-азиатским городом-государством в итоге сорвалась, а сотрудничество с Индией претерпело множество трудностей и затянулось на два с половиной десятилетия, в 2016 году работы над ЗРК, наконец, были завершены.
Результат более чем оправдал ожидания: компоненты ЗРК по своим тактико-техническим характеристикам соответствуют требованиям к современному эсминцу УРО (с управляемым ракетным вооружением) тяжелого класса. Особенно это касается мощной радиолокационной станции (РЛС) с активной фазированной антенной решеткой (АФАР) EL/M-2084 MMR, спроектированной явно «с оглядкой» на американскую морскую систему ПВО Aegis. Она предназначена для отражения массированных ракетно-авиационных ударов.
Новая ЗУР комплекса Barak-8 оснащена активной ГСН, что, с одной стороны, позволяет обстреливать цели за пределами радиогоризонта (разумеется, при наличии внешнего целеуказания), а с другой – в сочетании с большим числом каналов управления огнем РЛС обеспечивает превосходную огневую производительность. Модульность архитектуры компонентов Barak-8 (разрабатываемого для установки на надводные корабли разных классов) позволила довольно быстро спроектировать наземную версию комплекса. Стоимость одной такой батареи не раскрывается, но, по оценкам экспертов, составляет от 70 до 170 млн долларов (правда, нижний диапазон скорее всего включает упрощенную конфигурацию ЗРК с РЛС EL/M-2106 от ЗРК SPYDER).
ЗРК Barak по своим возможностям, безусловно, относится к категории средств ПВО оперативно-тактического звена – радиус действия составляет около 70–100 км, а предельная высота – 20 км (у последней модификации Barak-8ER с дополнительным твердотопливным ускорителем эти показатели еще выше). На практике Barak-8 позволяет решать ряд задач, обычно возлагаемых на «тяжелые» ЗРК (такие как Patriot и SAMP/T), в том числе, в области противоракетной обороны (ПРО), будучи при этом в 3–4 раза дешевле.
Откровенно говоря, конкуренцию «израильтянам» пока могут составить только российские и китайские системы. Так, например, возможности ЗРК С-350 «Витязь» и «Бук-М3» (также использующие зенитные ракеты с активной ГСН) заметно превосходят Barak-8 при сопоставимой стоимости. Однако политические факторы международного рынка вооружений обеспечивают неплохой экспортный потенциал и конкурентные преимущества израильским и китайским ЗРК.
Относительная дороговизна Barak-8 пока что несколько ограничивают его экспортную географию (во всяком случае, по сравнению с более «легким» SPYDER). Традиционными партнерами Израиля в этом сегменте выступают Азербайджан и Индия – достаточно богатые страны, заинтересованные в приобретении новейших технологий ПВО/ПРО из независимого источника. Обе страны закупили в общей сложности около полутора десятков батарей. Тем не менее, в основе успеха системы Barak-8 лежит унификация компонентов между морской и наземной версиями комплекса – крупные контракты на оснащение быстро растущего индийского флота продолжают поддерживать дальнейшее развитие программы Barak.
Норвежская смекалка против американской жадности? NASAMS
На третьем месте на мировом рынке после России и Израиля находятся США. За последние три десятилетия в «среднем сегменте» они предлагали на экспорт два основных типа ЗРК – Improved Hawk и NASAMS. Доля продаж этих комплексов составила 6 и 10% соответственно.
Hawk представляет собой систему «второго поколения», развитие которой к концу 2000-х гг. де-факто завершилось. Хотя отдельные страны – например, Испания – даже сегодня продолжают эксплуатацию этих устаревших ЗРК и осуществляют капитальный ремонт и глубокую модернизацию комплекса по программе Hawk-21 (которая, в частности, интегрирует в состав ЗРК современную РЛС Sentinel), откровенно говоря, это объясняется скорее всего банальным «скупердяйством» в виде нежелания переплачивать за полноценное перевооружение системы ПВО.
Другое дело – комплекс Norwegian Advanced Surface-to-Air Missile System (NASAMS). Интересно, что изначально головным разработчиком ЗРК выступила Норвегия. В начале 1990-х гг., в то время как большинство западноевропейских стран торопились как можно быстрее «выбросить на свалку» их наземные средства ПВО, норвежцы пожалели свои новейшие ЗРК NOAH (Norwegian Adapted Hawk), поступившие на вооружение только в 1988 г. Используя в качестве основы модификацию комплекса MIM-23B Improved Hawk с одноименными ЗУР, норвежская версия комплекса получила новейшую РЛС AN/TPQ-36A (адаптированную специально для NOAH версию контрбатарейного радара AN/TPQ-36 Firefinder), а также боевую информационно-управляющую систему и пункты боевого управления разработки норвежской компании Kongsberg. Поэтому вместо отказа от систем ПВО средней дальности норвежцы пошли «поперек тренда» и приняли решение продолжить развитие этой системы, опираясь как на собственные наработки, так и на военно-техническое сотрудничество с американским гигантом Raytheon.
Норвежский ЗРК MIM-23 HAWK
Первоначально весь проект был исключительной инициативой (и в каком-то смысле авантюрой) Kongsberg, осуществлявшейся исключительно в рамках внутренних потребностей вооруженных сил Норвегии. Тем не менее, по мере укрепления очевидного успеха нового ЗРК на экспортных рынках баланс партнерства между Raytheon (как головным производителем всех ключевых подсистем, включая зенитные ракеты и РЛС) и Kongsberg постепенно разворачивается в обратную сторону – теперь уже норвежцы находятся в позиции субподрядчика в «своей» области систем управления и связи. Название же комплекса было аккуратно изменено на National Advanced Surface-to-Air Missile System.
Архитектура и облик компонентов ЗРК NASAMS во многом гениальны в своей простоте. Комплекс использует весьма простую, компактную и дешевую (по меркам американских систем) РЛС AN/MPQ-64 Sentinel, созданную на базе вышеупомянутого контрбатарейного радара. Средством поражения выступает ракета AIM-120 AMRAAM – безусловно, самая массовая РВВ средней дальности в мире: по некоторым данным, всего выпущено более 20 тыс. экземпляров всех модификаций. Kongsberg и Raytheon не стали вносить никаких изменений в конструкцию РВВ, добившись тем самым полной унификации боеприпаса. NASAMS может напрямую «заряжаться» ракетами со складов военно-воздушных сил.
Структура организации ЗРК изначально унаследована от комплекса Hawk (NOAH) и предполагает наличие трех небольших огневых взводов (по три ПУ на каждый) в составе одной батареи. Норвежская доктрина организации ПВО предполагает насыщение зенитно-ракетного полка (или батальона) большим числом датчиков в виде РЛС и оптико-электронных систем, что значительно повышает устойчивость всей сети ПВО. Вместе с тем, открытая архитектура NASAMS позволяет конфигурировать более упрощенную структуру ЗРК вокруг отдельного огневого взвода. Изначально встроенная в ракету AMRAAM активная ГСН опять-таки позволяет исключить из состава ЗРК РЛС «подсветки наведения», а также предоставляет функционал «стрельбы вслепую», в ходе которой ЗУР самостоятельно захватывает цель после выхода в предполагаемый район ее нахождения (принцип Lock-on-After-Launch, LOAL).
Главными недостатками ЗРК NASAMS остаются несколько ограниченный высотный потолок и радиус действия – в зависимости от модификации используемой ракеты, они могут составлять 16 и 25–40 км соответственно. Впрочем, в последней версии ЗРК – NASAMS 3 этот недостаток исправлен за счет внедрения новой ЗУР с использованием двигателя от «морской» зенитной ракеты ESSM.
Практически сразу после принятия на вооружение в начале 2000-х гг. комплекс NASAMS привлек внимание зарубежных импортеров – Испании и Голландии. Правда, объемы поставок составили «жалкие» два-три огневых взвода на каждую страну. Позднее NASAMS также приобрели Финляндия, Чили, Индонезия, Оман и Австралия. Во всех случаях, как правило, речь идет об относительно небольших партиях в виде нескольких огневых взводов (правда, иногда расширенного состава в виде четырех ПУ на одну РЛС).
На практике сдерживающим фактором для экспортных перспектив NASAMS выступает откровенно завышенная стоимость компонентов комплекса производства американской корпорации Raytheon. Так, например, экспортная цена одной РЛС AN/MPQ-64 Sentinel последней модификации составляет около 70 млн долларов, в то время как цена одной ракеты AIM-120C AMRAAM находится в диапазоне от 3 до 4 млн долларов за единицу (опять-таки, речь идет об экспортных ценах, которые в 3–4 раза превышают стоимость внутренней закупки). Из расчета на один огневой взвод суммарные издержки на подсистемы составляют более 160 млн долларов. Если же смотреть на совокупные расходы с учетом всего оборудования и услуг материально-технического обеспечения, общая стоимость ЗРК NASAMS «улетает» за 450 млн долларов (контракт Кувейта 2022 г.).
Такая ценовая политика, по всей видимости, отражает де-факто монопольное положение компании Raytheon на ряде ключевых рынков. Как можно заметить, последние несколько лет продемонстрировали значительный рост интереса к NASAMS со стороны ряда ближневосточных стран и некоторых традиционных союзников США в НАТО и за его пределами.
Впрочем, внимание к среднему сегменту ПВО/ПРО в последние годы стремительно увеличивается, и на этот рынок выходят новые поставщики, предлагая перспективные проекты новых ЗРК.
Средний эшелон Евро-ПРО: IRIS-T SLM
Одна из таких систем – европейский комплекс IRIS-T SL. По «общей традиции» западных комплексов ПВО среднего-малого радиуса действия в его основу положена авиационная РВВ IRIS-T (Infra-Red Imaging System Tail/Thrust Vector-Controlled). Созданная большим европейским консорциумом (в составе Германии, Италии, Швеции, Греции, Канады и Норвегии), IRIS-T должна была стать унифицированной РВВ «ближнего боя» для стран-участниц проекта. Головным разработчикам выступила немецкая компания Diehl BGT Defence, в то время как остальные страны предоставили финансирование в обмен на офсет-подряды на выпуск комплектующих будущей ракеты.
Особенностью конструкции новой ракеты стала великолепная тепловизионная ГСН TELL, отличающаяся высокой чувствительностью и способностью преодоления инфракрасных ложных целей, а также надежностью захвата цели в условиях маневрирования с большими перегрузками. Твердотопливный двигатель РВВ при этом был оснащен управляемым вектором тяги (УВТ), что обеспечило ракете прекрасные аэродинамические характеристики (маневренность).
В конце 2000-х гг. Германия решила использовать РВВ IRIS-T для участия в инициированной США программе по созданию единого комплекса ПВО средней дальности Medium Extended Air Defense System (MEADS). И хотя последний в итоге так и не получил дальнейшего развития, европейские партнеры по консорциуму IRIS-T продолжили развитие системы. Широкое участие целого ряда стран со своими уникальными потребностями, а также желанием приобрести локализированные версии ЗРК, привело к необходимости создания открытой архитектуры комплекса. Так, различные национальные варианты IRIS-T SL используют шведскую РЛС Saab Giraffe 1X, французскую Thales Ground Master 200 MM/C, немецкую Hensoldt TRML-4D или австралийскую CEA CEAFAR. Пусковые установки, пункты боевого управления и вспомогательные компоненты также могут быть размещены на различных моделях шасси местного производства.
Норвегия, в свою очередь, интегрировала компоненты ЗРК IRIS-T SL в собственные комплексы NASAMS 3, обеспечив полную взаимозаменяемость зенитных ракет для пусковых установок обеих типов, а также интегрировав в единую информационную сеть различные типы РЛС – американскую Sentinel и альтернативный радар датского производства (XENTA-M).
Хотя изначально IRIS-T SL позиционировался преимущественно как комплекс малого радиуса действия (12 км по дальности и высоте), к 2022 г. в номенклатуру средств поражения была включена более мощная ракета IRIS-T SLM с новым твердотопливным двигателем. Таким образом, радиус поражения был расширен до 40 км, а «потолок» поднят до 20 км. Стоит отметить, что комплекс использует комбинацию радиокомандного управления и инфракрасного самонаведения – не столь продвинутое, но вполне адекватное решение в рамках потребностей ЗРК тактического звена.
ЗРК NASAMS. США
Стоимость одной батареи IRIS-T SL/SLM, по оценкам экспертов, составляет около 140–160 млн долларов, что представляется весьма дорогим ценником для комплекса малой дальности, но в то же время оказывается относительно конкурентным предложением при включении в комплект улучшенных ЗУР SLM. В таком случае IRIS-T SLM сильно выигрывает у NASAMS по соотношению «цена-качество».
Мощным фактором в пользу ЗРК на базе IRIS-T выступает возглавляемая Германией инициатива по созданию интегрированной системы ПВО Евросоюза – European Sky Shield Initiative (ESSI). Проект ESSI предполагает организацию эшелонированной системы ПВО/ПРО в составе американских комплексов Patriot, израильской системы ПРО Arrow-3 (оперативно-стратегического уровня) и, наконец, ЗРК IRIS-T в качестве комплекса тактического звена. К инициативе присоединились 15 стран, включая Бельгию, Болгарию, Великобританию, Венгрию, Германию, Латвию, Литву, Нидерланды, Норвегию, Румынию, Словакию, Словению, Финляндию, Чехию и Эстонию.
По оценке НОЗС, с учетом инфляции общий объем закупок ЗРК европейскими странами в ближайшие 5–7 лет может составить около 45–50 млрд долларов. И хотя сомнительно, что все эти государства собираются приобрести IRIS-T (хотя бы потому, что ряд стран из перечисленных развивают собственные программы ЗРК средней дальности), будущее этого комплекса выглядит вполне многообещающим.
Темная британская лошадка: Sky Sabre
Еще одним перспективным новичком мирового рынка выступает британский ЗРК Sky Sabre. Это сравнительно новая система ПВО, разрабатываемая в интересах Королевского флота и сухопутных войск Великобритании с начала 2000-х гг. для замены морально устаревшего наземного ЗРК малой дальности Rapier и морского комплекса Sea Wolf. В основу зенитно-ракетной системы Sky Saber легла зенитная ракета CAMM (Common Anti-Air Modular Missile), которая, в свою очередь, является производной от опять-таки авиационной РВВ – ASRAAM (Advanced Short Range Air-to-Air Missile).
Формально относясь к категории РВВ ближнего воздушного боя, она оснащена инфракрасной головкой самонаведения. На вооружении Королевских военно-воздушных сил ASRAAM заменила американскую РВВ AIM-9 Sidewinder (в конце 1990-х гг.) и на мировых рынках конкурирует с вышеупомянутой IRIS-T. Тем не менее, благодаря гораздо более крупным габаритам и, соответственно, более мощному двигателю увеличенного диаметра в реальности радиус действия ASRAAM составляет около 50 км (аналогичный показатель у наиболее современных модификаций AIM-9 не превышает 35 км).
Как и у всех ЗУР, основанных на авиационных ракетах класса «воздух-воздух», главные недостатки CAMM – существенно сокращенный радиус действия и небольшая максимальная высота поражения (по сравнению с базовым вариантом ракеты воздушного пуска). Для ЗРК Sky Sabre эти показатели условно указаны как «более 25 км» по дальности и «не менее 10 км» по высоте. По некоторым данным (со ссылками на утечки сведений с испытаний), максимальная теоретическая дальность составляет 60 км, однако, скорее всего, речь идет о поражении крупных неманеврирующих целей с учетом баллистической траектории на догонном курсе. В любом случае следует отметить, что возможности Sky Sabre в этом отношении во многом сопоставимы с американо-норвежским комплексом NASAMS (в частности, с его базовой версией, использующей в качестве ЗУР ракеты AIM-120A базовой модификации).
В 2013 г. была представлена обновленная версия ракеты увеличенной дальности CAMM-ER. Модификация получила новый твердотопливный двигатель разработки итальянской компании Avio. Также была улучшена конструкция аэродинамических рулей. Номинальная дальность составила более 45 км. Хотя официальная информация о максимальной высоте поражения не раскрывается, можно предполагать, что она составляет более 13–15 км.
Британский ЗРК Sky Sabre
В состав одной батареи ЗРК Sky Sabre обычно входят шесть пусковых установок Land Ceptor (каждая несет восемь ракет CAMM/CAMM-ER), одна обзорная РЛС Giraffe AMB (производства шведской корпорации SAAB) и пункт боевого управления MIC4AD (разработки израильской компании Rafael). Каждая пусковая установка Land Ceptor оснащена оптико-электронной станцией (ОЛС), способной самостоятельно обнаруживать цели в пассивном режиме (без активного радиоизлучения). При этом как обзорная РЛС, так и отдельные ОЛС пусковых установок размещаются на специальных подъемных мачтах высотой 12 и 6 м соответственно. Это позволяет заметно расширить радиогоризонт обнаружения маловысотных целей и размещать компоненты комплекса в лесопосадочных укрытиях.
Комплекс Sky Sabre позиционируется компанией MBDA UK как идеальное решение для борьбы с высокоскоростными низколетящими целями (например, огибающими рельеф крылатыми ракетами). При этом пункт боевого управления комплекса может получать внешнее целеуказание по системе обмена тактической информации Link 16, что в сочетании с режимом Lock-On After Launch (LOAL) зенитной ракеты CAMM позволяет обстреливать низколетящие цели, в том числе за пределами линии радиогоризонта (при этом активная головка ЗУР самостоятельно захватывает цель после выхода в район полета цели). Время боевого развертывания комплекса официально не раскрывается, но, по заявлениям разработчика, составляет несколько минут.
В целом по совокупности характеристик и боевых возможностей Sky Sabre представляет собой, вероятно, наилучший ЗРК средней-малой дальности в Западной Европе. Его основное достоинство – высокая боевая устойчивость: отдельные пусковые установки не требуют РЛС подсветки наведения и могут действовать автономно, а хорошая мобильность компонентов комплекса позволяют ему быстро маневрировать на поле боя, уклоняясь от средств подавления ПВО. Наконец, высокая канальность ЗРК Sky Sabre позволяет ему эффективно противостоять массированным ракетно-авиационным ударам.
В силу сравнительной новизны комплекса Sky Sabre пока он не успел получить широкого распространения на экспортных рынках. Однако Великобритания уже нашла для себя «генерального партнера» – Польшу. Варшава уже выразила готовность приобрести более 60 различных версий локализованного ЗРК Sky Sabre (Narew и Pilica+) в 2027–2035 гг. С учетом значительной популярности «морского» ЗРК Sea Ceptor (на базе той же ЗУР CAMM) – контракты заключены уже с девятью странами – можно считать, что успех «британцу» почти гарантирован.
Заключение
Как можно заметить, за пределами НАТО ведущие военные державы, в том числе союзники и партнеры США, активно занимаются созданием эшелонированных наземных систем ПВО, в которых ЗРК различных классов интегрируются в единую сеть с централизованным управлением. Такие системы в настоящее время развиваются в Японии, Южной Корее, Тайване, Индии, а также в России и Китае. Кроме того, примеры новейших военных конфликтов (Нагорный Карабах, Украина) демонстрируют, что присутствие устойчивой наземной системы ПВО на театре военных действий способно радикально ограничить возможности ударной и разведывательной авиации по решению широкого спектра боевых задач. Да и пролиферация перспективных средств огневого поражения – крылатых ракет, ударных БПЛА, барражирующих боеприпасов, беспилотников-камикадзе, высокоточных РСЗО и др. – задает новые принципы организации и построения ПВО.
Противодействие этим новыми угрозам с помощью традиционных сил и средств ПВО либо неэффективно, либо экономически нецелесообразно. Так, например, истребитель-перехватчик не способен перехватывать корректируемые реактивные снаряды (РСЗО) и в то же время оказывается слишком дорогостоящим средством для борьбы с БПЛА-камикадзе, особенно малых размеров. С теми же ограничениями сталкиваются и «тяжелые» ЗРК большой дальности, когда стоимость зенитной управляемой ракеты может на несколько порядков превышать аналогичную цену перехватываемого барражирующего боеприпаса.
Разнообразие угроз, с которыми сталкиваются современные системы ПВО, с одной стороны, требует комплексного подхода к военному строительству в этой сфере, с другой стороны, ставит многочисленные дилеммы относительно идеальной структуры сил и средств ПВО с учетом финансовых ограничений. Например, узкоспециализированный комплекс ПРО может быть строго необходим для борьбы с гиперзвуковым оружием, но если потратить на него основную часть средств военного бюджета, можно остаться беззащитным против дешевого «роя» дронов, начиненных взрывчаткой. На практике политика военного строительства систем ПВО потребует развертывания различных классов ЗРК, а также концентрации производственных и финансовых ресурсов на массовой закупке наиболее выгодных систем.
Европейский ЗРК IRIS-T SL
Комплексы ПВО/ПРО средней дальности в последние годы стремительно расширяют свое присутствие на мировых экспортных рынках. Конкуренция между ЗРК разных производителей также обостряется. В ближайшие годы эти ниши могут быть постепенно заняты Израилем и Китаем, предлагающими сравнительно дешевые, но в то же время весьма эффективные системы ПВО в этом классе. Кроме того, спустя десятилетия «форы» западные компании активно возвращаются в конкуренцию с новыми разработками. Не имея традиционных преимуществ «эффекта масштаба», США и Европа в то же время опираются на значительный опыт по разработке авиационных РВВ (и большие накопленные запасы таких ракет). Так что, в целом можно отметить, что международный рынок ПВО ждет бурное десятилетие.
©«Новый оборонный заказ. Стратегии»
№ 5 (82), 2023 г., Санкт-Петербург
