Директор ФСВТС_ Дмитрий Шугаев_цитата_ч-б

Дмитрий Шугаев: В сфере ВТС Россия действует строго в рамках закона и своих международных обязательств. В этом смысле мы комфортный и надежный партнер

Беспилотники России: мы оказались в положении догоняющих

Накануне очередной выставки UVS-TECH мы решили побеседовать с одним из ведущих российских экспертов в области БПЛА, главным редактором профильного издания UAV.RU Денисом Федутиновым.

– Денис, как бы Вы охарактеризовали нынешнее состояние дел в России в области беспилотных систем?

– С тех пор как беспилотные системы стали широко выставляться на специализированных российских выставках, российские заказчики начали закупать некоторые единичные экземпляры. Думаю, это всё делалось для того, чтобы сформировать собственное представление о подобного рода технике, лучше понять, что именно она способна дать в плане преимуществ, а также сформировать собственное видение развития данного направления в своём ведомстве. Проводилась своеобразная «пристрелка», теперь можно ожидать более активных действий.

– О каких заказчиках идёт речь?

– Во всём мире это, прежде всего, военные. На них приходится более 90 % заказов на подобную технику. Но у нас дело обстоит несколько иначе. По крайней мере, на настоящий момент. Сейчас у нас это в большей степени парамилитарные структуры – МВД, МЧС, ФСБ и некоторые другие. Почему? Повидимому, их система принятия решений о приобретении новой техники оказалась более гибкой.

– Как Вы могли бы прокомментировать закупку российским Минобороны израильских беспилотников?

– Российское военное ведомство приобрело у израильской компании IAI системы ближнего радиуса действия BirdEye 400 и средневысотные системы большой продолжительности полёта Searcher MkII. Насколько известно, системы были поставлены в Россию летом, а затем началось обучение российских операторов и техников.

Вместе с тем я хотел бы обратить внимание на то, что и другие силовые структуры, министерства и ведомства также приобретают технические средства за рубежом. В том числе и беспилотную технику. Так что ситуация с Минобороны, она не уникальна. В ней уникален только масштаб.

– Многие политики и представители промышленности указывали на непатриотичность такого решения Мин­обороны.

– Я всё-таки полагаю, что патриотическая позиция состоит в том, что войска должны оснащаться современной эффективной техникой. И если получилось так, что в короткие сроки это сделать за счёт продукции отечественных разработчиков оказалось невозможно, то почему бы не приобрести необходимые системы за рубежом.

Другое дело, что стратегическим курсом должно стать развитие подобной техники внутри нашей страны. В последнее время на различных уровнях немало говорится о том, что надо развивать высокие технологии,– а ведь беспилотные автономные и дистанционно-управляемые системы – это средоточие новых технологий, их реальное воплощение в конечном изделии.

– Так ли велико отставание российских разработчиков от израильских компаний?

– Если я скажу, что в целом отставание есть, это будет правдой, но это всё же будет «средней температурой по больнице». Если рассмотреть беспилотные системы по классам, то в самом малом классе отставания практически нет. Российские компании предлагают вполне конкурентоспособные системы. Это, к примеру, беспилотная система «Элерон» казанской компании «Эникс», активно используемая различными эксплуатантами. Востребованы рынком беспилотники Корпорации «Иркут», Истринского экспериментального механического завода. В прошлом году также появился очень интересный комплекс «Инспектор-301» компании «АЭРОКОН» из подмосковного Жуковского.

Появляются весьма достойные предложения и в классе тактических БПЛА, ярким примером которых может быть система «Дозор-100» группы компаний «Транзас»–«Кронштадт».

Системы же более крупного класса у нас ещё не доведены до ума. Но и эта задача может быть решена в ближайшие годы.

– Российские военные вменяли в вину отечественным компаниям, что они без особых результатов потратили большие финансовые средства, выделенные государством на программы по БПЛА.

– Высокопоставленными российскими военными назывались весьма крупные суммы, которые, по их словам, были выделены на программы в области систем БПЛА. Однако это лишь часть правды. Вторая часть состоит в том, что мало кто из компаний имел доступ к этим средствам. Эта недосказанность военных бросила тень на всех отечественных разработчиков. А между тем, подавляющее большинство компаний, работающих в области создания систем БПЛА, работают в инициативном порядке на свои собственные финансовые средства. Кроме того, в том, что мы оказались в положении догоняющих, вина не только промышленности. Не в меньшей степени это вина военных, не сумевших организовать процесс. Почему Израиль лидирует в области беспилотной техники? Потому, что, мягко говоря, находится в не самом простом окружении. Но разве у нас всё так уж благополучно, к примеру, на том же Кавказе? Долгое время наблюдавшееся среди военных отсутствие реального, а не декларируемого желания получить такие системы – вот одна из главных причин сложившегося положения дел.

– Что делается для исправления ситуации?

– Во-первых, это военно-техническое сотрудничество. В продолжение той сделки с Израилем по закупке партии систем БПЛА последовала вторая сделка по организации совместного производства. Думается, если данный процесс будет логически продолжен в направлении покупки подсистем, покупки технологий, а затем, возможно, и совместной разработки беспилотных систем, то это принесёт дивиденды в виде повышения технологического уровня разработчиков систем БПЛА в нашей стране.

Во-вторых, начало происходить переосмысление места беспилотных авиационных систем в структуре Вооружённых Сил, была произведена новая классификация и разделение ответственности между сухопутными войсками и ВВС. Начальник Генерального штаба Николай Макаров отнёс комплексы ближнего радиуса, малого и среднего радиуса действия к ответственности Сухопутных войск. А Главком Сухопутных войск Постников назначил помощника, ответственного за беспилотную тематику.

Наконец, в-третьих, было проведено тщательное изучение тех систем, которые предлагают отечественные разработчики. Пока это коснулось, в общем-то, только класса минисистем, но это, полагаю, правильно – надо разобраться с самым простым, но при этом наиболее широко представленным классом БПЛА, а затем переходить к более крупным системам.

– Есть ли уже какие-то положительные сдвиги?

– Я рад, что жёсткая реакция военных заказчиков, подкреплённая сделкой с иностранными поставщиками, не привела к сворачиванию работ российскими разработчиками систем БПЛА. Напротив, некоторые из них интенсифицировали свои работы.

Мне самому хотелось бы, чтобы на конкурсах побеждали отечественные производители, чтобы наша продукция была лучше зарубежной. Но если в каких-то направлениях есть отставание, то не грех и поучиться у зарубежных коллег, приобрести какие-то технологии (если имеется такая возможность). А на более далёкую перспективу государство должно вести опережающие научно-технические исследования по ряду ключевых направлений.

– Мы беседуем накануне очередной специализированной выставки «Беспилотные многоцелевые комплексы», которая будет проводиться уже в пятый раз. Как Вы её оцениваете?

– В мире в целом, да и в нашей стране ежегодно проводится немало выставок вооружений и военной техники, полицейско-милицейской техники, авиационных салонов. Практически на всех подобных вставках, так или иначе, бывает представлена беспилотная техника.

Специализированных же выставок беспилотников и подсистем для них в мире не так много ввиду, извините за тавтологию, специфичности темы. Как правило, это не национальные, а региональные выставки, скажем для стран Европы, для стран Южной или Северной Америки, для стран Юго-Восточной Азии и т. п. Наша российская UVS-TECH в этом плане является специализированной выставкой беспилотной техники и технологий не только в России, но и на всём постсоветском пространстве. Я сказал о выставке, но не следует также забывать, что параллельно с выставкой проходит конференция по беспилотным системам, что делает мероприятие вдвойне более ценным.

– В каком направлении необходимо двигаться дальше?

– Мне кажется, было бы неплохо, если бы на выставке расширялось присутствие как российских, так и зарубежных компаний. Во-первых, это касается ведущих стран-разработчиков подобного рода техники. И это не только Израиль. В ряде стран Европы есть очень интересные проекты по БПЛА. Скажем, комплекс с БПЛА вертолётного типа Camcopter S-100 австрийской компании Schiebel. Ну и, разумеется, во-вторых, это касается нашего ближнего зарубежья – Белоруссии, Украины, Казахстана. Присутствие «иностранцев» (при прозрачных открытых конкурсах, разумеется) держит в тонусе отечественные компании, ставит в качестве ориентира высокую мировую планку.

Кроме того, уже который год ведутся разговоры о необходимости лётной программы. Увы, прошлогодний опыт, когда выставка отчасти из-за этого перемещалась в Жуковский, в этом смысле был не слишком положительным. Всему виной бюрократические препоны и высокие цены для участников полётов. Надеюсь, рано или поздно выход будет найден и посетители получат возможность увидеть беспилотники в действии.

В целом же, повторюсь, организаторы – компания «ЭКСПО-ЭКОС» – делают важное и нужное дело. Если властным структурам небезразлично развитие новых технологий в стране, то такая выставка должна быть и должна иметь самую широкую поддержку в министерствах и ведомствах.

Партнеры