Автор Алексей Заквасин
Технологии искусственного интеллекта – один из ключевых источников повышения тактико-технических характеристик (ТТХ) вооружения и военной техники (ВиВТ). С учетом возрастающей роботизации особое значение приобретает интеграция элементов ИИ в боевые модули (БМ).
Под боевым модулем принято понимать необитаемую башню, оснащенную средствами наблюдения, наведения и огневого поражения. БМ можно относительно легко заменять и устанавливать на носители подходящей грузоподъемности – такие как сторожевые вышки, автотранспорт, колесная и гусеничная бронетехника. Комбинации вооружения боевого модуля разнообразны и определяются функциональным назначением носителя. Как правило, в состав входят пулеметное, пушечное и ракетное вооружение – главным образом ПТРК и ПЗРК. Также в последние годы конструкторские бюро активно экспериментируют с установкой на БМ средств запуска разведывательных и ударных дронов.
Боевыми модулями управляют дистанционно. По этой причине их нередко называют ДУБМ, то есть «дистанционно управляемые боевые модули». Оператор модуля способен получать информацию об окружающей обстановке, давать команды наведения на цель, захвата цели или пользоваться заложенными в модуль возможностями автоматизации «рутинных процессов». При этом оператор всегда может вмешаться в управление и сохраняет монополию на решение об открытии огня.
Интеграция технологий ИИ становится трендом в развитии ДУБМ. Они позволяют ускорять обработку информации, повышают точность идентификации наблюдаемых объектов, помогают выявлять замаскированные цели и в целом расширяют потенциал автономной работы. В ряде случаев установка такой необитаемой башни позволяет сократить экипаж боевой машины до двух человек – водителя и оператора вооружения.
Более того, БМ дают возможность полностью исключить экипаж из боевой платформы, сделав ее более компактной. Совершенствование боевых модулей приближает ведущие армии мира к появлению полноценных робототехнических изделий, находящихся под практически полным управлением искусственного интеллекта. Тем не менее, прогресс в автономизации БМ нельзя рассматривать как самую главную ступень на пути к роботизации.
На передовых позициях
Несмотря на нарастающее соперничество с Китаем в сфере ИИ, США сохраняют в ней статус технологического лидера. Передовые позиции во многом объясняются наличием гигантской IT-индустрии, которая давно играет роль значимого источника инноваций для Пентагона.
С подачи министерства обороны США нередко запускаются стартапы, которые вырастают в успешно работающие предприятия в области военного ИИ. Например, один из резидентов знаменитой Кремниевой долины – коммерческое подразделение Пентагона Defense Innovation Unit (DIU). Работа этой структуры позволяет американским военным лучше ориентироваться на рынке IT и налаживать сотрудничество с гражданскими компаниями в обход сложных бюрократических процедур.
С возвращением в Белый дом Дональда Трампа стоит ожидать нового качественного рывка США в области ИИ, даже если не все проекты новой администрации достигнут заявленных целей. Чего только стоит грандиозная инициатива Stargate, которая предполагает совокупные инвестиции в размере 500 млрд долларов в создание дата-центров по обработке данных для искусственного интеллекта.
Проект Stargate должен стать крупнейшим в мире в сфере ИИ. В его реализацию будут вовлечены OpenAI, Oracle, Softbank Microsoft, Arm, NVIDIA. В Пентагоне не скрывают, что заинтересованы в Stargate. Как предполагает Defense News, минобороны США получит новые источники вычислительных мощностей, что позволит эффективнее анализировать разведданные, планировать логистику и военные операции. К этому стоит добавить, что запуск Stargate полностью согласуется со стратегией «ответственного развития» искусственного интеллекта (RAI S&I Pathway), опубликованной Пентагоном в июне 2022 года.
Впрочем, американские оборонные предприятия довольно активно и сами вкладываются в исследования и опытно-конструкторские работы (ОКР) в сегментах, имеющих отношение к ИИ. Среди них – идущие рука об руку роботизация и боевые модули. Доминирующее положение на этом небосклоне занимает General Dynamics Land Systems (GDLS) – подразделение General Dynamics, которое специализируется на изготовлении наземной бронетехники для армии США и их союзников.
GDLS участвует в государственном конкурсе на создание семейства бронированных роботизированных платформ RCV (Robotic Combat Vehicle), которые будут оснащаться различными ДУБМ в зависимости от функционального назначения. Конкурентами GDLS выступают McQ, Textron Systems и Oshkosh Defense. До конца 2024/2025 финансового года (т.е. до 30 сентября 2025 года) Пентагон должен объявить победителя. Решение о производстве RCV военные должны принять в 2026/2027 финансовом году.
Согласно материалам Конгресса США, RCV Light (RCV-L) при массе не более 10 т получит модуль с противотанковыми управляемыми ракетами (ПТУР) или безоткатное орудие. В свою очередь, боевой модуль RCV Medium (RCV-M) массой от 10 до 20 т должен иметь возможность бороться с «угрозами легкой и средней бронированности». Один из опытных образцов RCV-M на полигонных испытаниях стрелял из 30-мм пушки XM813 и пулемета M240.
Боевой модуль CV Medium (RCV-M)
Третий представитель семейства – RCV Heavy (RCV-H) массой от 20 до 30 т. Профильные американские издания полагают, что одной из задач этого проекта может быть замена в войсках бронетранспортера M113. Информация о ДУ на RCV-H пока не опубликована. Согласно материалам Конгресса, тяжелый робот должен иметь на борту системы вооружения, способные поражать все известные виды бронетехники противника. Сами военные говорили ранее о «крупнокалиберном орудии прямой наводки». В связи с этим разумно предположить, что на RCV-H может быть установлен БМ с вооружением на уровне танка M1 Abrams.
Боевой модуль RCV Heavy (RCV-H)
По информации Пентагона, RCV должны быть приспособлены под установку полезной нагрузки широкой номенклатуры: от классических ДУБМ до модулей РЭБ, ПВО и РХБЗ-разведки. Этим требованиям соответствует участник конкурса, детище GDLS — 10-тонный робот TRX (Tracked Robot 10-ton). Платформа предназначена для размещения модулей для выполнения транспортных, огневых задач, разведки, радиоэлектронной борьбы, противодействия БПЛА и даже запуска дронов-камикадзе.
Универсальная платформа TRX (Tracked Robot 10-ton)
БМП XM-30 Mechanized Infantry Combat Vehicle
GDLS также широко рекламирует модификацию TRX с комплексом ПВО ближнего радиуса SHORAD (Short Range Air Defense). Как утверждает компания, итерация 10-тонного робота «обеспечивает автономность в рамках многоуровневой (эшелонированной) противовоздушной обороны».
Разработчик боевого модуля SHORAD – канадское подразделение немецкого концерна Rheinmetall. По данным компании, система способна сбивать малоразмерные скоростные дроны на дистанциях от 50 до 800 м. Этот БМ оснащен двумя мини-пулеметами Dillon Aero M134D, радаром, комплектом электронно-оптического оборудования, системой обнаружения и сопровождения целей на основе искусственного интеллекта. В презентационных видео GDLS заметно, что в состав ДУБМ также входят две пусковые установки зенитных ракет и устройство для размещения разведывательного БПЛА.
SHORAD неоднократно испытывали американские военные на учениях в разных регионах мира. Как утверждает разработчик, модуль ПВО показал себя с лучшей стороны в условиях ветра, повышенной влажности, при сильном дожде, ветре, запыленности и температуре до 45 °C. Также он продемонстрировал устойчивость к помехам, перегреву и перебоям в подаче электроэнергии. Отдельно в концерне подчеркивают, что интегрированный в БМ искусственный интеллект своевременно обнаруживал, классифицировал и брал на сопровождение дроны условного противника.
Добавим, что Пентагон поставляет SHORAD в сухопутные войска, но в зенитном ракетно-пушечном исполнении. Модуль в виде ЗРПК M-SHORAD устанавливается на БТР Stryker. В состав модуля входят 30-мм пушка XM914, пулемет M240, две пусковые установки под ракеты FIM-92 Stinger и AGM-114 Hellfire.
Модуль в виде ЗРПК M-SHORAD, установленный на БТР Stryker
Совместно с американским подразделением Rheinmetall (American Rheinmetall Vehicles) General Dynamics Land Systems реализует проект БМП XM-30 Mechanized Infantry Combat Vehicle. Как предполагается, она может заменить M2 Bradley и получит более мощное вооружение. ДУБМ перспективной БМП будет состоять из 50-мм пушки, пулеметов, противотанковых управляемых ракет и «интеллектуальной» системы управления огнем. Более подробной информации о техническом оснащении XM-30 пока нет. Но с учетом вышеописанных тенденций следует предположить, что в боевой модуль БМП будут интегрированы технологии ИИ, отвечающие за обработку данных, обнаружение и наведение средств поражения. Общая стоимость программы оценивается в 45 млрд долларов. Первые серийные машины пойдут в войска США в конце 2029 финансового года.
Непосредственно в сфере военного ИИ General Dynamics Land Systems в последние годы работает над системой Katalyst Next Generation Electronic Architecture (NGEA). Фактически это модульный программно-аппаратный комплекс (ПАК), который способен «роботизировать» те платформы бронетехники, на которых он будет установлен. Из информации GDLS следует, что NGEA должен решить все ключевые проблемы, препятствующие повышению автономности экипажных и беспилотных бронемашин. Как утверждается, система сможет анализировать карты местности, прокладывать оптимальный маршрут движения, решать весь комплекс задач по обнаружению, распознаванию наблюдаемых объектов и определять приоритетные цели для поражения. Разработчик обещает достичь в NGEA «беспрецедентной производительности», что предполагает существенное повышение вычислительных возможностей ПАК.
На сегодняшний день известно, что NGEA получит усовершенствованный танк AbramsX, который был представлен широкой публике в 2022 году и в настоящее время находится на стадии ОКР. Система ИИ должна обрабатывать данные с датчиков, камер для выявления потенциальных угроз и упрощать взаимодействие с находящимися неподалеку экипажными и беспилотными платформами. По сути, она возьмет на себя множество функций по информационному обеспечению экипажа, что, несомненно, облегчит работу экипажа и гипотетически позволит быстрее адаптироваться к меняющей тактической обстановке.
С лазером и пушкой
Перспективный боевой модуль США – комплекс Counter-UAS, головным разработчиком которого выступает Leonardo DRS. Предполагается, что его можно будет устанавливать на разные типы техники, но сама компания предлагает Пентагону использовать Counter-UAS на БТР Stryker. Первоочередное назначение БМ – борьба с БПЛА. Для достижения высокой эффективности перехвата дронов Leonardo DRS разработала две модификации: с боевым лазерным комплексом и с ударным вооружением. В первом варианте модуль оснащен лазерной установкой Locust мощностью 26 кВт. Утверждается, что она способна выводить из строя малоразмерные квадрокоптеры. Дальность действия лазера не называется, но практика перехвата подобных воздушных целей позволяет предположить, что для этого лазеру вполне достаточно и 100 м.
Вторая модификация Counter-UAS включает 30-мм пушку XM914, пулемет M240 и комплекс ПВО SHORAD. Такой набор вооружения позволяет БМ бороться с крупными беспилотниками и любой низколетящей авиатехникой. Как полагает компания, оба модуля должны работать в тесном взаимодействии. К преимуществам обеих модификаций Counter-UAS разработчик относит относительную дешевизну и маневренность. Например, звено из двух Stryker может успешно прикрывать колонну бронетехники.
Оба антидроновых БМ находятся на этапе испытаний. По данным Leonardo DRS, все беспилотники на полигонах успешно нейтрализуются. Взгляд разработчика на борьбу с БПЛА представляется жизнеспособным. Интеграция лазера в БМ для перехвата дронов полностью отвечает актуальным тенденциям в сфере борьбы с коптерами. Многие в западном и российском экспертном сообществе уверены, что в ближайшие годы именно лазеры станут главным инструментом защиты от атак малогабаритных БПЛА, потеснив на этом поприще средства РЭБ.
В то же время инженеры Leonardo DRS учитывают издержки лазерного оружия. Прежде всего, речь идет о погодных условиях и возможной дымовой завесе, препятствующих прохождению луча. Также в погоне за скромными габаритами конструкторы вынуждены жертвовать мощностью. Поэтому представляется разумным наличие второй платформы с классическим ракетно-пушечным вооружением, которое в любых условиях способно перехватывать фактически любые воздушные цели на дальности до 1–2 км.
Пожалуй, самый необычный вариант американского ДУБМ с использованием элементов искусственного интеллекта – это так называемый контейнерный боевой модуль CWS (Containerized Weapon System), известный также под наименованием Tricon. Этот проект реализуют Invariant Corporation и HDT Global. Как утверждают разработчики, подобные БМ хорошо подходят для обеспечения дополнительного уровня защиты от небольших групп беспилотников на отдаленных территориях. Боевой модуль в сложенном виде выполнен в размерности 10-футового контейнера. Такой подход существенно облегчает его погрузку и доставку в те локации, где затруднительно и нецелесообразно держать войска ПВО. Система противовоздушной обороны состоит из двух модулей. Один вмещает аппаратуру обнаружения, второй – средства поражения. Все оборудование и вооружение крепится на мачтах, которые выдвигаются вверх после выгрузки.
Модуль со средствами обнаружения включает радиолокационные устройства, электронно-оптические и инфракрасные сенсоры. В зависимости от местности и погодных условий, дальность фиксации дронов может достигать 30 км. Основу модуля для уничтожения беспилотников составляет система дистанционного управления CROWS II. В ее «подчинении» может находится пусковая установка LAND-LGR4 с четырьмя ракетами APKWS II калибра 70 мм. Управление ракетой и подсветка цели осуществляется лазерным дальномером.
Также по желанию заказчика на модуль можно монтировать штатные пулеметы армии США – M2 Browning, MK19, M240, M249 и шестиствольный M134 Minigun. Дальность поражения с помощью этого оружия достигает несколько сотен метров. При необходимости эксплуатант может развернуть несколько таких комплексов. Все их оборудование и вооружение будет интегрировано в единую сеть, чью работу контролирует расчет (один оператор на каждый комплекс из двух модулей).
Вместе с тем, разработчики не сообщают ряд важных нюансов: на каком удалении должен располагаться расчет, насколько он будет защищен, насколько широко в БМ интегрирован ИИ. Учитывая назначение Tricon (поддержка противовоздушной обороны боевых аванпостов, баз передового развёртывания, военно-морских сооружений), комплекс должен быть встроен в многоуровневую или эшелонированную систему ПВО. В противном случае детище Invariant Corporation и HDT Global вряд ли будет достаточно эффективным.
Мини
Стоит отметить, что возросшая необходимость борьбы с малоразмерными БПЛА послужила одним из драйверов развития и миниатюризации ДУБМ с ИИ. Причем серьезные успехи на этом направлении демонстрируют небольшие технологические стартапы. Один из них – техасское предприятие Allen Control Systems (ACS). Главная разработка этого КБ – БМ Bullfrog, выполненный на основе пулемета М-240 калибра 7,62 мм. Благодаря использованию технологий искусственного интеллекта техасские инженеры смогли создать компактный боевой модуль ПВО, который способен в автоматизированном режиме фиксировать, идентифицировать и перехватывать вражеские БПЛА. Для поиска дронов применяется пассивная система обнаружения, которая не излучает обнаруживаемые сигналы, что заметно снижает вероятность ответного огня. Эффективная дальность Bullfrog составляет 800 м, а масса – 180 кг. Как утверждает разработчик, ему удалось изготовить доступное по цене средство ПВО, которое можно и использовать стационарно, и устанавливать на транспорт и бронетехнику подходящей грузоподъемности.
БМ Bullfrog, выполненный на основе пулемета М-240 калибра 7,62 мм
На данный момент Bullfrog только демонстрируется на выставках, достоверных сведений о его практической результативности нет. Тем не менее, ДУБМ от Allen Control Systems представляется весьма перспективным изделием. Его очевидные преимущества заключаются в малогабаритности, легкости монтажа на стандартные платформы НАТО и открытой архитектуре, которая обеспечивает интеграцию со средствами управления и комплексами ПВО.
Если заявленные боевые и эксплуатационные качества Bullfrog будут подтверждены, то сегмент боевых модулей ПВО и тактика отражения атаки дронов могут довольно серьезно поменяться. Ключевую роль в этом прогрессе способен сыграть именно искусственный интеллект. Например, в Bullfrog бортовая нейросеть обучена на базе данных из миллионов изображений. По меньшей мере, проект техасских инженеров заставляет задуматься о том, что технологии ИИ в сочетании с рядом технических решений способны превращать обычный армейский пулемет в высокоточное средство борьбы с дешевыми малоразмерными дронами.
Кардинальное усовершенствование
В открытых источниках США мало говорится о том, в чем конкретно выражается использование технологий ИИ. Вместо этого широкой публике зачастую предоставляется описание функционального назначения искусственного интеллекта.
Так, в материалах Конгресса об RCV сообщается, что ИИ должен позволять одному оператору управлять несколькими роботами. Этот вывод априори предполагает качественный скачок в автономизации всех процессов боевой работы. Насколько это достижимо – вопрос открытый. На сегодняшний день достоверно известно, что у Конгресса и Пентагона есть претензии к эффективности бортового ИИ. В частности, все прототипы RCV испытывают трудности в навигации, особенно при движении на бездорожье. Отмечается, что на текущем этапе развития роботизированные платформы могут применяться только в «ограниченных миссиях».
В связи с этим напрашивается вывод о том, что в США технологии самообучения и поиска решений без заданного алгоритма пока не достигли уровня, который позволяет успешно применять их на практике. Ключевые проблемы в сфере военной роботизации планируется устранить ближе к 2030 году, и немаловажную роль в этом сыграет кооперация с союзниками.
Иначе обстоят дела с боевыми модулями с ИИ на экипажных платформах. Здесь ситуация более чем благоприятная ввиду не столь масштабных технологических вызовов. США близки к тому, чтобы кардинально усовершенствовать бронетехнику и массово внедрить БМ, по крайней мере, в сферу борьбы с беспилотной угрозой.
Учитывая солидные финансовые ресурсы, открытость рынка высокопроизводительной электронной компонентной базы (ЭКБ) и возможности масштабной кооперации с союзниками, нет каких-либо серьезных препятствий для развития технологий ИИ в БМ и налаживания серийного производства такого типа ВиВТ. Особое значение эта работа приобретает в свете необходимости радикального повышения потенциала ПВО из-за постоянно растущих угроз массовых атак БПЛА, в том числе с помощью роя дронов.
Анализ открытых источников, посвященных достижениям и проблематике ДУБМ с искусственным интеллектом в США, позволяет выделить следующие преимущества, которые может дать американским войскам такой тип ВиВТ:
– Мгновенные и практически безошибочные фиксация и распознавание целей
Нейросеть опирается на обширную базу данных, самообучается, использует средства компьютерного зрения. Так она получает способность гораздо быстрее человека анализировать тактическую обстановку, обнаруживая потенциально опасные объекты.
Речь идет не только об относительно простых целях, которые без проблем находит человеческий глаз. Современный театр военных действий характеризуется динамично меняющейся обстановкой и разрозненностью боевых порядков. Наряду с этим на ТВД получили распространение новые средства маскировки полевых укреплений, огневых позиций, личного состава и военной техники. В целом обнаружение потенциально опасных объектов усложнилось еще из-за того, что войска стали чаще передвигаться под покровом темноты.
В этом контексте технологии ИИ однозначно помогут быстрее и точнее фиксировать появление пехоты, техники, БПЛА противника. Более того, «прокачанная» нейросеть, использующая качественные исходные данные, способна распознавать цель, анализируя ее фрагменты, которые попали в объективы оптико-электронных устройств или тепловизоров. Например, по очертаниям плохо прикрытой маскировочными средствами кормовой части танка или БМП искусственный интеллект потенциально может сгенерировать образ цели, выдать оператору ее наименование и даже модификацию.
Также интегрированная в БМ нейросеть должна решить проблему распознавания ложных целей и позиций – например, в случае применения противником пневматических (надувных) макетов военной техники. Стоит отметить, что качество имитаторов ВиВТ стремительно улучшается, создаются даже подвижные образцы.
– Помощь в наведении и «предугадывании» траектории движения цели
ИИ характеризуется высокими вычислительными возможностями, ускоряет обработку информации и позволяет осуществлять более точное моделирование. Эти функции значительно упрощают операции по наведению на цель, распределение приоритетных целей между орудиями и помогают «предугадывать» местоположение вражеского объекта в определенной точке и через определенный промежуток времени. Последнее качество должно облегчить поражение маневренных целей – беспилотников, автомобилей и других мобильных платформ. В целом сокращение цикла «обнаружение – наведение – поражение» априори дает несомненное преимущество в противостоянии с любым противником.
– Минимизация участия человека на ТВД и изменение тактики боевых действий
ИИ позволяет существенно сократить количество военнослужащих на поле боя, причем не только непосредственно на передовой, где личный состав подвергается наибольшему риску. Из-за обилия дронов боевые порядки на фронте и в ближнем тылу стали разрозненными. Технологии ИИ, реализованные в БМ, должны облегчить задачи контроля тактической обстановки, удержания линии боевого соприкосновения, обеспечения противовоздушной обороны, а также проведение рейдовых и штурмовых действий.
Дальнейшее развитие ИИ, в том числе в рамках боевых модульных систем, позволит интегрировать ДУБМ в единый разведывательно-огневой контур, который будет эффективно поддерживать любые действия пехоты на ТВД.
Пожалуй, главной «издержкой» применения боевых модулей с ИИ остается вопрос их ремонтопригодности и техобслуживания. Подобный тип ВиВТ будет априори труднее вернуть в боеготовое состояние, тем более в полевых условиях. США предстоит наладить систему поставок комплектующих и обучить довольно большое количество специалистов, ответственных за ремонт, установку и настройку ДУБМ с искусственным интеллектом.
©«Новый оборонный заказ. Стратегии»
№ 2 (91), 2025 г., Санкт-Петербург
