Автор - Владислав Алексеев
Вооружение, основанное на новых физических принципах, давно находится в информационном поле. Среди таких систем именно лазеры, вероятно, получили самое широкое распространение в массовой культуре: они воспринимаются как оружие будущего, сочетающее разрушительное воздействие, высокую точность и низкую себестоимость условного «выстрела».
Однако история военных лазерных программ показывает более сложную картину. На протяжении десятилетий каждая последующая технологическая волна заново формировала ожидания, но эксплуатация, энергетика, атмосфера, наведение, охлаждение и стоимость платформ постоянно ограничивали масштаб применения.
Поэтому развитие боевых лазеров стоит рассматривать не как линейное движение к универсальному оружию, а как поиск подходящего операционного сценария. Ранние проекты строились вокруг защиты стратегических бомбардировщиков, перехвата ракет и создания элементов противоракетной обороны. Позднее акцент постепенно сместился к более ограниченным задачам: C-RAM, корабельная самооборона, борьба с малыми надводными целями и, наконец, противодействие БПЛА. Перечень программ в этой статье сохранен именно как набор кейсов, которые иллюстрируют смену ожиданий, технологических ограничений и реального предназначения лазерного оружия.
Исторический контур: от стратегических ожиданий к операционной неопределенности
Project Delta и NKC-135A: лазер как средство защиты бомбардировщиков
Специалисты Управления перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США (DARPA) в первой половине 1970-х гг. начали практические мероприятия в рамках разработки боевого лазера воздушного базирования (ЛВБ) под условным обозначением Eighth Card, а затем – Project Delta. В ходе экспериментов предполагалось оценить возможность интеграции лазеров как вооружения самолета сопровождения, который должен был перехватывать зенитные ракеты и противостоять истребителям при прикрытии стратегических бомбардировщиков. В связи с этим командование ВВС в феврале 1971 г. издало директиву, направленную на ускорение исследовательской программы по созданию соответствующей летающей лаборатории мощностью около 500 кВт на базе самолета KC-135 (также – NKC-135A Airborne Laser Lab). Тестирование функционирования системы началось в 1973 г., а в 1976 г. экспертная группа ВВС провела анализ промежуточных итогов и сочла целесообразным продолжить эксперименты.
В рамках опытов на небольшом удалении от стационарной версии установки для NKC-135A были поражены дистанционно управляемые летательные аппараты Northrop MQM-33B. В 1983 г. с помощью лазера воздушного базирования также удалось вывести из строя два реактивных барражирующих боеприпаса BQM-34A и пять РВВ МД AIM-9B на удалении около 5 км. При этом для выведения из строя AIM-9B с каждым разом требовалось меньшее время: 4,8 секунды – в первой попытке, 3,1 секунды – в последней.
Примечательно, что, согласно отчету Министерства обороны США, уже ранние этапы разработки «страдали от чрезмерно оптимистичных ожиданий». В частности, в 1975 г. была отменена программа РВВ МД (AIM-95 Agile и проект CLAW) для ВМС и ВВС США из-за предполагаемого замещения их лазерным вооружением.
ABL: стратегическая задача и пределы химического лазера
К 1994 г. тестирование летающей лаборатории было расширено до программы ABL (Airborne Laser). Она предполагала установку нового мегаваттного химического кислородно-йодного лазера (COIL), системы управления огнем и средств обнаружения на самолет Boeing 747-400F (YAL-1) (рис. 1). Всего планировалось построить семь единиц. Предполагаемая стоимость каждого самолета составляла 1,5 млрд долларов, а эксплуатация оценивалась примерно в 100 млн долларов в год.
Рис. 1. Самолет YAL-1 (источник: airhistory.net)
ABL представлял собой комплексное изделие, поскольку включал несколько лазеров: твердотельный лазер сопровождения цели (TILL), лазер оценки состояния атмосферы (BILL) и непосредственно боевой лазер (HEL) из четырнадцати элементов, впоследствии сокращенных до шести из-за массы. Каждая подсистема требовала отдельной разработки и продолжительного тестирования, а потенциальное применение в боевых условиях предполагало постоянное присутствие высококвалифицированного технического персонала не только для эксплуатации, но и для обслуживания, включая работу с реагентами COIL.
Вы можете дочитать этот и другие материалы сайта, оформив подписку.
