Автор Марианна Евтодьева, военный эксперт, старший научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН
На мировом рынке вооружений продолжается глубокая трансформация. Усиливается конкуренция ключевых экспортеров – США, Китая, России, Франции, ФРГ, Испании, Великобритании, Израиля, и отчетливо заявляют о себе новые поставщики – Южная Корея, Бразилия, Индия и Турция.
Во многих странах-импортерах наращиваются объемы национального производства вооружений и военной техники (ВВТ), повышается значение лицензионных и офсетных соглашений. Общими трендами становятся рост технологического противоборства в оборонной сфере и закрепление за ключевыми экспортерами вооружений, являющимися одновременно и лидерами в области развития оборонных технологий, роли поставщиков высокотехнологичных систем и компонентов, в отличие от преобладавших ранее процессов передачи готовых боевых платформ. Доля закупок таких подсистем, включая двигатели, электронику и сенсорные системы, продолжает расти в совокупном военном импорте Индии и Китая, стран Персидского залива, государств Восточной Европы и Юго-Восточной Азии.
Важно отметить, что технологическое противоборство усиливается де-факто не столько между всеми крупными экспортерами рынка вооружений, сколько, как это становится очевидным в последние несколько лет, между странами, находящимися в отношениях военно-политического противостояния и соперничества. События в сфере международной безопасности и оборонной политики, а также санкционная стратегия США и западных стран в последние годы демонстрируют, что в качестве таких ключевых соперников на мировой арене они рассматривают в первую очередь Россию и Китай. Во многом именно на противодействие укреплению позиций Москвы и Пекина на мировом рынке вооружений «переориентируются» все ключевые инструменты регулирования на этом рынке, политические и экономические, применяемые США, ЕС и другими западными странами. Ярче всего это демонстрируют действующие с 2014 г. антироссийские санкции США и стран ЕС в отношении оборонных закупок, а также применяемые Соединенными Штатами с 2017 г. санкции в соответствии с CAATSA.
С 2014 г. действуют санкции США в отношении отдельных отраслей экономики России, включая финансовый, энергетический сектор и ОПК. Введен запрет на импорт и экспорт вооружений, сопутствующих материалов, товаров и услуг двойного назначения из России и в Россию. Согласно санкциям ЕС, установлен запрет на покупку, продажу, трансфер, экспорт оружия и военного оборудования в Россию из ЕС, а также запрет на экспорт товаров двойного назначения и технологий для военного использования.
В целом санкции и противоборство по линиям «Россия-Запад» и «США-Китай» указывают на усиление «блоковых принципов» и разделительных линий в мировой торговле вооружениями. Многие страны-импортеры встают перед выбором: покупать у западных стран или у их оппонентов.
Эти тенденции находят отражение в развитии всех региональных рынков оружия, в том числе рынка вооружений стран Юго-Восточной Азии (ЮВА). В этот регион входят 10 стран-членов АСЕАН и выступающая как наблюдатель в АСЕАН Демократическая республика Тимор-Лешти. Индонезия, Таиланд, Филиппины, Сингапур, Малайзия и Вьетнам – это «флагманы экономического развития» региона с самыми большими в ЮВА объемами ВВП. Эта флагманская шестерка обладает самыми высокими военными расходами в регионе, варьирующимися от 3,7 (у Малайзии) до 10,6 млрд долларов в год (у Сингапура), также это крупнейшие импортеры ВВТ.
Емкость рынка ЮВА пока невелика в плане объема ежегодных продаж (около 3 млрд долларов в год), но это быстрорастущий и один из самых конкурентных рынков вооружений в мире. (Таблица 1) Вплоть до недавнего времени он оставался также значительно диверсифицированным в силу одновременного присутствия многих экспортеров – США, европейских стран, Израиля, России, Китая, Южной Кореи и других стран.
Высокая конкурентность и диверсифицированность в закупках закрепились в качестве значимых тенденций в последние два десятилетия под влиянием нескольких ключевых факторов. Начиная с «нулевых годов», большинство стран региона повышали военные расходы, исходя из необходимости модернизации вооруженных сил (перевооружения на боевые системы 3-го и 4-го поколения), преодоления внутренних угроз безопасности (таких как политическая нестабильность, терроризм, экстремизм и конфликты), а также противодействия внешним угрозам. Одной из ключевых таких угроз большинство стран ЮВА, как это было закреплено недавно в их военных доктринах и стратегиях, считают усиление военно-политических позиций Китая в зоне Южно-Китайского моря, а также нарастание геополитического и военного противоборства США и КНР в Азиатско-Тихоокеанском регионе.
Еще одним из ключевых факторов, влияющих на степень диверсифицированности этого рынка, стали санкции на поставки вооружений, которые западные страны вводили в отношении ряда стран Юго-Восточной Азии. За последние полтора-два десятилетия санкции применялись в отношении Индонезии в 1999–2006 гг., Таиланда – после 2007 и 2014 гг. и Мьянмы – до середины 2010-х гг. и после 2021 г. Ограничения на поставки определенных типов вооружений вводились также с 2016 по 2019 г. в отношении Филиппин. Результатом санкций в отношении этих стран становилось, как правило, расширение доли закупок основных видов ВВТ у «альтернативных» поставщиков вооружений, включая Китай, Россию, Южную Корею и ряд других государств, которое могло носить средне- и долгосрочный характер.
Закон «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (CAATSA), принятый США в 2017 г., предусматривает, что президент США может вводить санкции в отношении физических и юридических лиц любых стран за вступление в отношения (сделки) с российскими физическими и юридическими лицами в оборонной сфере, в сфере кибербезопасности и финансов, а также в проекты сотрудничества по добыче сырой нефти и взаимодействия с российскими разведывательными структурами.
С точки зрения превалирующих моделей в закупках вооружений регион ЮВА неоднороден. Некоторым странам – в частности, Сингапуру и Вьетнаму, в силу определенных причин в последние десятилетия не была присуща значительная диверсификация военного импорта. В то же время Индонезия, Малайзия, Таиланд и Филиппины ориентировались на широкий перечень стран-партнеров.
Индонезия и Малайзия: «обратный дрейф» к закупкам западных вооружений
Диверсификация военного импорта Индонезии, которая до конца 1990-х гг. закупала основные боевые системы – боевые корабли, самолеты и вертолеты – почти исключительно у западных стран, начала набирать обороты после 1999 г. Тогда против нее начали действовать санкции, выраженные в запрете оружейного импорта и запасных частей ВВТ из США и государств ЕС. На этом фоне в 2003 и 2007 гг. Индонезия заключила с Россией соглашения о поставке нескольких истребителей Су-30, Су-27СК и Су-27МК (всего ею были получены пять Су-30, два Су-27СК и три Су-27МК), которые стали самыми крупными сделками Москвы и Джакарты по закупкам вооружений с начала 1990-х гг. Помимо этих истребителей, к 2015 г. Россия осуществила поставку Индонезии шести истребителей четвертого поколения Су-30МК2 (по контракту стоимостью до 470 млн долларов), в общей сложности 24 ударных вертолетов Ми-35 и многоцелевых Ми-17B-5, 37 БМП-3Ф, а также значительного количества управляемого ракетного вооружения. Еще более 20 БМП-3Ф были дозаказаны Джакартой в 2019 г.
Налаживая сотрудничество с другими незападными поставщиками, Индонезия заключила соглашения с Южной Кореей о приобретении 16 учебно-боевых самолетов T-50I (поставки по нему были осуществлены в 2013–2014 гг.), учебно-тренировочных самолетов KT-1B и пяти десантных кораблей-доков (ДКД) типа Makassar. Реализация последнего контракта шла с 2004 по 2019 г., при этом три корабля были построены по лицензии в самой Индонезии. Весьма значимой для страны сделкой стало также соглашение 2010 г. с группой южнокорейских компаний, включая KAI, по совместной разработке многоцелевого истребителя KF-21 Boramae (КF-Х), в рамках которого Индонезия приняла решение частично профинансировать проект (на сумму 1,6 млрд долларов), а затем в конце 2020-х гг. – осуществить закупки самолетов КF-Х.
К санкциям США и ЕС в отношении Индонезии в 1999–2006 гг., включающим запрет на поставки вооружений и компонентов к ним, привел конфликт в Восточном Тиморе, завершившийся провозглашением независимого Тимор-Лешти
С Южной Кореей в 2011 и в 2019 гг. были заключены также крупнейшие для Индонезии контракты на строительство шести ДЭПЛ проекта 209/1400 Nagapasa, предусматривающие участие индонезийской стороны в проекте (модули для всех подлодок, а также одна из ДЭПЛ полностью строились на верфях в Индонезии). У Китая Индонезия закупала вооружения для оснащения корветов Pattimura и ракетных катеров KCR-40 собственного производства. Бразилия поставила для ВВС страны 15 многоцелевых турбовинтовых самолетов EMB-314 Super Tucano.
Кризис с закупками западных образцов вооружений Индонезия преодолела к концу 2000-х гг., когда сотрудничество с США и европейскими странами в области закупок вооружений возобновилось и объемы поставок стали расти.
В 2012 г. Индонезия закупила у США 24 истребителя F-16C (которые перед поставкой прошли модернизацию до варианта Block 52) и заключила соглашение на поставку 28 вертолетов Bell 412EP с частичной сборкой их в Индонезии; позднее страна докупила еще несколько таких вертолетов. Одной из самых дорогих вертолетных сделок в регионе стала поставка Индонезии в 2018 г. восьми ударных вертолетов AH-64E Apache, что обошлось почти в 300 млн долларов.
У ФРГ в 2011 г. были заказаны 18 учебно-тренировочных самолетов G-120TP. У Франции закупались корабельные вертолеты Airbus Helicopters, легкая бронетехника и легкие вертолеты (в основном в соответствии с лицензионными контрактами), а также средства ПВО, РЛС и ракетное вооружение. В частности, по соглашениям с Францией в Индонезии с 2001 г. производились средние многоцелевые вертолеты AS-532 Cougar (в версиях NAS-332 и NAS-332C1) и с 2017 г. строились противолодочные вертолеты AS-565MB Panther. Из закупок боевой техники для сухопутных сил в качестве ключевых можно обозначить сделку с ФРГ 2012 г. по приобретению 103 танков Leopard-2, в том числе 61 единицы модернизированных Leopard-2RI, и контракт 2019 г. с Австрией на закупку более 20 БТР Cobra (представляющих собой лицензионную версию австрийского БТР Pandur-2).
В значительной степени с европейскими партнерами Индонезия увязывает и перспективы дальнейшей модернизации своего флота. На это указывает заключенный в 2021 г. контракт с Италией на поставку шести фрегатов типа FREMM и двух модернизированных кораблей типа Maestrale. Два последних будут поставлены из наличия ВМС Италии после модернизации, а фрегаты FREMM предполагается строить в кооперации итальянских и индонезийских верфей. Ранее Индонезия построила в сотрудничестве с Нидерландами четыре корвета проекта SIGMA 9813, а к концу 2010-х гг. – два фрегата проекта SIGMA 10514.
В плане перспектив военно-технического сотрудничества с Россией поворотным моментом для Индонезии (и, по всей видимости, для ряда других стран Юго-Восточной Азии) стало расторжение в 2021 г. соглашения 2017 г. на сумму более 1,1 млрд долларов по закупке 12 российских истребителей пятого поколения Су-35. Джакарта официально отменила сделку в связи с законом CAATSA, угрожающим покупателям российских вооружений запретом на приобретение американских ВВТ и их комплектующих. Индонезия сделала выбор в пользу своего давнего партнера – Франции и дорогостоящего долгосрочного контракта с Dassault Aviation по закупке 42 истребителей 4-го поколения Rafale F3R. По предварительным оценкам, эти самолеты обойдутся Джакарте (с учетом материально-технической поддержки) не менее чем в 8 млрд долларов. Осенью 2022 г. был выплачен авансовый платеж за шесть «Рафалей», и тем самым контракт был подтвержден.
Также сообщается, что Индонезия рассматривает возможность приобретения до 36 американских истребителей F-15EX в рамках плана модернизации вооруженных сил страны до 2040 г.
Агентство Bloomberg в марте 2020 г. со ссылкой на анонимного чиновника сообщило, что администрация президента США Д. Трампа вынудила Индонезию отказаться от сделки с Россией по приобретению 11 истребителей Су-35. Помимо того, Индонезия отказалась приобретать у Китая военно-морские патрульные катера на сумму 200 млн долларов. Как рассказал Bloomberg источник, администрация президента Индонезии Джоко Видодо обеспокоена тем, что Вашингтон собирается принять карательные меры в торгово-экономической сфере между двумя странами, если Джакарта пойдет на сделку с Пекином
Политика диверсификации закупок ВВТ Малайзии в последние десятилетия была связана не с санкциями, а, напротив, с возможностями приобретения у незападных поставщиков, включая Россию, Китай и Южную Корею, современных систем вооружения по более низкой цене и на более выгодных условиях. Это было важно, особенно с учетом имеющихся у страны ограничений по военному бюджету (военные расходы Малайзии – одной из немногих стран в Юго-Восточной Азии – в последние 10 лет снижались).
В 2003 г. Малайзия заключила с Россией соглашение о поставке 18 самолетов Су-30МКМ стоимостью 900 млн долларов, реализованное в 2007–2010 гг., в результате Су-30МКМ стали основой парка боевой авиации страны. Кроме самолетов, Россия поставляла также управляемое авиационное вооружение и запасные части, оказывала услуги по ремонту и техническому обслуживанию ранее поставленной техники. Обсуждалось с Малайзией также приобретение учебно-боевых самолетов Як-130, которые она намеревалась использовать для обеспечения безопасности в Сабахе, и закупка Су-35, однако соответствующие сделки в итоге так и не были заключены. По мнению экспертов, это может быть связано не только с корректировкой планов военных закупок Малайзии (вместо приобретения самолетов 5-го поколения она сосредоточилась на разведывательной авиации и патрульных кораблях и самолетах), но и с «индонезийским прецедентом» по Су-35 и давлением США в связи с CAATSA.
По военно-морской технике крупнейшим соглашением Малайзии с незападными поставщиками стал контракт 2014 г. стоимостью в 2,4 млрд долларов на приобретение шести фрегатов типа Maharaja Lela, строящихся в Малайзии на основе французского проекта Gowind-2500. Передача кораблей планировалась к 2023 г., однако сроки сдвинулись. Второе значительное приобретение – это четыре патрульных корабля прибрежной зоны LMS-68, поставленные в 2017 г. КНР.
С Францией к 2010 г. был реализован проект строительства двух неатомных подводных лодок типа Scorpene (в рамках совместной с Испанией программы стоимостью 1,2 млрд долларов). В то же время был отменено соглашение 2014 г. о строительстве на южнокорейских верфях трех фрегатов MSC с достройкой еще трех судов по лицензии в Малайзии.
Закупки боевых систем для сухопутных сил оставались за последнее десятилетие точечными. Заметным партнером Малайзии стала Турция, откуда поставлялась легкая бронетехника и с которой c 2011 г. реализовывался контракт по совместному производству 254 бронетранспортеров FNSS Pars.
На вооружение ВВС Малайзии в середине 2010-х гг. поступили четыре военно-транспортных самолета А400M Atlas из Испании и 12 вертолетов EC725 Super Cougar из Франции. С 2016 г. реализуется контракт с США на поставку шести легких многоцелевых вертолетов MD-530G. В 2020 г. начались работы по программе морских патрульных самолетов, в рамках которой несколько военно-транспортных CN-235 индонезийской сборки будут переоборудованы в CN-235 MPA и получат американский разведывательный комплекс. Для кораблей нового поколения Малайзия также начала закупать морские вертолеты – в 2021 г. она заключила соглашение с Италией на поставку трех AW-139.
Перспективный план развития ВВС Малайзии до 2055 г. предполагает закупки многоцелевых истребителей и легких учебно-боевых самолетов (УБС) нового поколения. Пока в 2021 г. объявлен тендер только на поставку первой партии из 18 легких УБС, по которому заявки поданы от Boeing (T-7 Red Hawk), KAI (FA-50), Leonardo (M-346 Master), индийской HAL (TejasLCA), китайско-пакистанской PAC (JF-17 Thunder), чешской Aero Vodochody (L-39NG) и российской ОАК (Як-130). Решение по закупкам многоцелевых истребителей пока не принято.
Таким образом, в последнее десятилетие самые крупные закупки вооружений и военной техники Индонезия осуществила у США и Южной Кореи, и довольно значительные, но меньшие по объемам, – у Великобритании, Нидерландов, России и Франции. Стремление к расширению круга экспортеров отражено и в сделках с Испанией, Францией, Турцией, ФРГ, Китаем, Южной Кореей и др.
В то же время в последние годы и в Малайзии, и в Индонезии стали расти закупки базовых систем ВВТ у европейских стран и США – это, например, малазийские контракты по морским патрульным самолетам и вертолетам с США и Италией, соглашения Индонезии по модернизации F-16, закупкам истребителей Rafale и строительству фрегатов c США, Францией и Италией.
Многовекторное сотрудничество: Таиланд и Филиппины
Как и для Индонезии в начале 2000-х гг., санкции США и ЕС, введенные в 2007 г., оказались весьма болезненными для Таиланда, поскольку они накладывали большие ограничения на модернизацию армии. Выход был найден в заключении крупных контрактов по закупкам боевых систем со Швецией, Австрией, Россией, Китаем, Южной Кореей и Украиной.
Со Швецией в 2008 г. были заключены соглашения по поставкам 12 истребителей JAS-39 Gripen в дополнение к имеющимся американским истребителям F-5Е/5F и F-16A/B (JAS-39 переданы Таиланду в 2011–2013 гг.), а также четырех самолетов ДРЛОиУ Saab 340 Erieye, два из которых обладали возможностями радио- и радиотехнической разведки (поставлены в 2009–2012 гг.). За счет этих поставок Таиланду удалось значительно укрепить свои ВВС.
В 2011 г. Таиланд приобрел у Австрии три разведывательных самолета DA42MPP, докупив еще партию из шести таких самолетов в 2019–2020 гг., а в 2015–2017 гг. – осуществил закупку 12 учебно-боевых FA-50 у Южной Кореи, пополнив в 2020 г. парк FA-50 еще двумя самолетами.
У России в «санкционный период» были заказаны пять вертолетов Ми-17В-5, предназначенных для замены стареющих транспортных вертолетов CH-47D, и еще пять Ми-17В-5 были докуплены в 2017–2021 гг. В 2016 г. в качестве авиалайнеров специального назначения для нужд ВВС Таиланду были поставлены три самолета «Сухой Суперджет-100» (SSJ-100) в VIP-версии. С Россией обсуждалась также закупка танков Т-90, однако в итоге тайская сторона сделала выбор сначала в пользу украинских Т-84 «Оплот», а после возникших трудностей с поставками из Украины осуществила заказ китайских основных боевых танков VT-4 (поставку 58 единиц VT-4 было намечено завершить в 2022 г.).
В закупках боевых кораблей, а также значительной части боевой техники для сухопутных сил Таиланд в последние полтора десятилетия почти полностью переориентировался на партнерство с Китаем. Еще в 1990-е гг. в Китае были построены для Таиланда четыре фрегата типа Chao Phraya и два фрегата типа Naresuan; последние оснащены оружием и электроникой западного производства. Также один современный фрегат класса Bhumibol Adulyadej (проект DW-3000) был заказан для ВМС Таиланда в 2013 г. у южнокорейской DSME, с опционом на строительство еще одного такого фрегата. Планируя начать развивать подводный флот, в 2017 г. Таиланд заключил контракт с КНР на 390 млн долларов на постройку ДЭПЛ S26T; ее передача тайским ВМФ ожидается в 2024 г. В планы ВМФ Таиланда входит приобретение в дальнейшем еще двух таких подлодок.
В Таиланде санкции США и ЕС с 2007 г. были введены в связи с военным переворотом, в ходе которого был свергнут премьер-министр, лидер партии «Тхай Рак Тхай» Таксин Чиннават. С 2014 г. санкции были вновь введены после отстранения от власти правительства Йинглак Чиннават и последующего военного переворота
В случае с Таиландом периоды отмены санкций, один из которых приходился на 2011-–2014 гг., а второй – на период после проведения в 2019 г. всеобщих выборов, где победу одержала партия, поддерживающая «военного» премьера Праюта Чан-Оча, отличались весьма интенсивным взаимодействием с США и странами ЕС по закупкам и модернизации новейших систем вооружений. Так, начиная с 2011 г. реализуются соглашения Таиланда с «Локхид Мартин» по модернизации истребителей F-16A/B, в рамках которой на тайские истребители устанавливаются радары APG-68(v)9, новая система РЭБ, современная бортовая электроника, а также система военной тактической сети обмена данных Link 16, используемая странами НАТО. К настоящему времени переоснащение прошли отдельными партиями более 18 F-16. Модернизация истребительного парка F-16A/B продолжается (всего у Таиланда около 60 единиц F-16). По плану переоснащения военно-воздушных сил Таиланда начата также модернизация 14 самолетов F-5Е/F, включающая их оснащение израильскими радарами EL/M-2032 и системами прицеливания Litening компании Rafael.
По вертолетной технике: в 2011 г. Таиланд закупил у Франции восемь легких вертолетов AS-550 Fennec, а в 2012–2016 гг. – восемь вертолетов H225M Super Cougar. В 2018 г. был сделан заказ еще на четыре H225M. Из ФРГ, начиная с 2013 г., поставлено в общей сложности 17 легких вертолетов H145M. Из Италии в 2013–2017 гг. получены 10 вертолетов AW139, а после 2018 г. – пять AW149. США в течение последнего десятилетия поставили Таиланду четыре ударных вертолета AH-1F Cobra (в качестве помощи) и девять вертолетов UH-60L Black Hawk, ожидается поставка еще восьми UH-60 Black Hawk и восьми ударных AH-6S по заказу 2019 г.
В 2020 г. Таиланд заказал у США 12 учебных самолетов PC-9 на сумму около 162 млн долларов, причем сделка заключена на условиях трансфера технологий и национального производства около 40% компонентов этих самолетов.
Филиппины, как и Таиланд, в начало 2010-х гг. вступили с армией, требующей перевооружения. Попытки модернизации вооруженных сил, предпринятые в 1990-е и 2000-е гг., были признаны не вполне удачными, в результате эти процессы получили новый импульс к развитию только при правительстве Бенигно Акино в 2010–2016 гг., когда был принят закон о модернизации Вооруженных сил Филиппин (так называемый Республиканский закон 10349/ RA 10349). В этом документе закреплены планы, сроки и механизмы финансирования соответствующих программ военных закупок, а в целом он направлен на развитие (модернизацию) ВМФ и ВВС с учетом постепенной переориентации вооруженных сил с борьбы с повстанцами (маоистами, мятежниками моро и исламистскими группировками типа «Абу Сайяф») на охрану границ страны, включая морские границы.
Однако президенту Родриго Дутерте, пришедшему к власти в 2016 г., в 2017–2018 гг. пришлось сосредоточиться на подавлении мятежа под руководством исламистов в районе города Морави и, соответственно, увеличить закупки вооружений и специального оборудования для сухопутных сил и полиции. Когда внутренний конфликт был урегулирован, реализация планов модернизации Вооруженных сил Филиппин продолжилась с некоторыми коррективами.
Первый этап модернизации филиппинской армии – в 2013–2017 гг. – включал в себя успешно реализованные проекты закупки самолетов-штурмовиков FA-50 у Южной Кореи и ударных вертолетов Bell 412EР у Канады. В 2015–2017 гг. Филиппинам были поставлены 12 легких истребителей/УБС FA-50РН, оснащенные израильской РЛС EL/M-2032, а также системой РЭБ, другой аппаратурой, системами управления и ракетными вооружениями американского производства. Закупив FA-50, Филиппины тем самым восстановили свой потенциал боевой авиации, который в течение десятилетия до этого, с момента списания с вооружения F-5A, фактически отсутствовал.
На Филиппинах приостановка военно-технического сотрудничества с западными странами в 2016 г. была связана с жесткой кампанией президента Родриго Дутерте по борьбе с наркотиками, которая, по сообщениям правозащитников, сопровождалась многочисленными нарушениями прав человека
В качестве учебно-тренировочных и одновременно боевых самолетов Манила в 2017 г. закупила шесть бразильских EMB-314 Super Tucano. Получили Филиппины и ряд самолетов разведки и наблюдения в дополнение к имеющимся OV-10A/C Bronco, переоснащенным в 2000-х гг. в рамках программы повышения срока их службы. В 2017 г. США передали Филиппинам (в качестве помощи) два самолета Cessna 208B и еще 11 OV-10A/C Bronco, предназначенных для борьбы в контрпартизанской войне. В то же время в соответствии с решением Сената США, обусловленным проводимой Р. Дутерте жесткой антинаркотической кампанией, в 2016 г. США приостановили продажу Филиппинам 26 тыс. штурмовых винтовок для полиции. Санкции на поставку определенных типов вооружений ввели также страны ЕС, а Канада в 2018 г. отказалась санкционировать продажу стране боевых вертолетов.
Компенсировать санкционные издержки Филиппинам удалось за счет укрепления сотрудничества с Россией, Китаем, Израилем и другими странами. В период обострения борьбы за Морави в 2017 г. Россия передала Филиппинам около 5 тыс. винтовок, вслед за чем в 2019 г. Филиппины сделали заказ на поставку 16 российских военно-транспортных вертолетов Ми-8MT/Mи-17. Также с Россией обсуждалась возможность поставки подводных лодок в соответствии с планом модернизации ВМС Филиппин.
КНР предоставила в 2017 г. Маниле помощь в виде 3 тыс. винтовок на 7,3 млн долларов, и тогда же с Китаем было подписано заявление о намерениях по заказам вооружений на сумму до 500 млн долларов. Из Израиля были поставлены системы ПВО Spyder-SR, партии ракет к ним и ряд беспилотников, а в 2020 г. заключен контракт по закупке 20 израильских легких танков Sabrah. В Турции в 2020 г. был сделан заказ на шесть ударных вертолетов T-129B ATAK. Из Южной Кореи по заказу ВМС Филиппин в 2019–2020 гг. поставлены два фрегата Rizal, один корвет и несколько амфибийных машин AAV-7A1.
К ключевым проектам второго этапа модернизации армии и ВВС Филиппин (2018–2022 гг.) относятся приобретение многоцелевых истребителей, реактивных и турбовинтовых самолетов, военно-транспортных самолетов и боевых вертолетов. К началу его реализации взаимоотношения с западными странами в военно-технической области были восстановлены. Из Испании в 2019 г. поступили ранее заказанные два военно-транспортных С-295, из Индонезии в 2018 г. – два самолета С-212 испано-индонезийской разработки, Иордания в 2019 г. передала Филиппинам в качестве помощи два подержанных вертолета AH-1F Cobra.
Из США в 2021 г. поставлены 16 многоцелевых вертолетов S-70i Black Hawk (по заказу 2019 г.), а в 2020 г. – дозаказаны два военно-транспортных самолета С-130 Hercules, переданные Филиппинам после модернизации авионики. О восстановлении сотрудничества с США свидетельствовало также начатое Манилой в 2020–2021 гг. обсуждение возможностей закупки 12 самолетов F-16C/D Block 70/72. В июне 2021 г. в рамках проводимого конкурса по многоцелевым боевым самолетам (MRF) Госдепартамент США одобрил потенциальную сделку по закупке Филиппинами F-16C/D, сумма которой может составить около 2,4 млрд долларов. Ряд экспертов, впрочем, сомневаются, что страна потянет столь дорогостоящую поставку истребителей, учитывая имеющиеся бюджетные ограничения. Несмотря на это, нельзя не отметить, что в военно-техническом сотрудничестве Филиппин и США наметился явный подъем и, видимо, можно ожидать новых контрактов.
Между тем, в середине 2022 г. поступили сведения о разрыве Манилой контракта с Россией 2019 г. по поставкам вертолетов Mи-17 из-за угрозы введения санкций США по CAATSA. По всей видимости, теперь Филиппины могут переориентироваться на закупки американских грузоподъемных вертолетов, которые ранее Вашингтон предлагал Филиппинам закупать вместо российских Ми-8/Mи-17.
Основными партнерами Таиланда в области закупок вооружений в 2012–2021 гг. были Украина, Китай и Южная Корея (с примерно равными долями экспорта), а также США и Швеция. Если говорить о тенденциях последних нескольких лет, наблюдалось наращивание Таиландом сотрудничества с Китаем и Южной Кореей по военно-морской технике и с США и Швецией – по авиатехнике. Ключевыми партнерами Филиппин по военно-техническому сотрудничеству и приобретениям ВВТ выступали Южная Корея, США, Индонезия, Израиль, Испания. На сегодняшний день взят вектор на укрепление партнерства Филиппин с США, Южной Кореей и Турцией.
***
В целом закупки вооружений Индонезией, Малайзией, Таиландом и Филиппинами оставались в последнее десятилетие высокодиверсифицированными, притом именно в этих четырех странах Юго-Восточной Азии наблюдался самый высокий уровень такой «диверсификации». В 2000-е и 2010-е гг. здесь значительно укрепили позиции такие экспортеры ВВТ, как Россия, Китай и Южная Корея. Россия поставляла в регион в основном истребители и военно-транспортные вертолеты, Китай, помимо авиационных систем, – танки, бронированные машины, патрульные корабли и катера (Малайзии), ДЭПЛ (Таиланду), ракетные вооружения. Для Южной Кореи ключевыми стали поставки УБС Т-50 Индонезии, Таиланду и Филиппинам, ДЭПЛ Nagapasa Индонезии, фрегатов разных типов – Таиланду, Малайзии и Филиппинам.
В то же время ряд событий и процессов, происходящих в сфере закупок вооружений, указывают на то, что рынок ВВТ стран этого региона перестает быть столь же открытым и диверсифицированным, каким он был десятилетием ранее. В последние годы на нем происходит явный сдвиг в сторону увеличения доли импорта американских и европейских систем вооружений при сохранении высокой доли южнокорейского импорта. Так, буквально за последние несколько лет США и западным странам удалось значительно усилить позиции на рынке авиационной техники стран региона, стремятся они восстановить также объемы поставок в ЮВА военно-морских и сухопутных систем вооружений, в первую очередь – за счет заключения лицензионных и офсетных соглашений.
Одной из причин изменений в структуре рынка вооружений стран ЮВА стало фактически полное снятие ограничений (санкций) на поставки вооружений из США и ЕС странам региона в связи с их вовлеченностью в конфликты либо нарушениями прав человека. Соответствующая санкционная политика, проводимая в 2000-е и 2010-е гг., была признана в США и странах ЕС неэффективной, поскольку она способствовала наращиванию закупок вооружений Индонезией, Таиландом и Филиппинами у незападных поставщиков вооружений. Вместо этого в целом по региону ЮВА наблюдается «переориентация» с «санкций в отношении импортеров», которые вводили США и страны ЕС ранее, к санкциям и другим ограничительным мерам в отношении ключевых незападных стран-экспортеров вооружений.
Основное острие таких мер на рынке вооружений стран ЮВА, как показывают многие недавние примеры с отменой контрактов о закупках, оказывается направленным против Российской Федерации и КНР. Несмотря на длительную задержку процессов разрыва российских контрактов (Индонезия затягивала отмену соглашения по Су-35 более трех лет, Филиппины отмену поставки Ми-17 – два с половиной года), Джакарта и Манила были вынуждены принять соответствующие решения под угрозой, что применение CAATSA повлечет полное прерывание соглашений с США. В том числе, таких ключевых из них, как соглашения по модернизации истребителей F-16, по закупкам самолетов морской авиации и ДРЛОиУ, по поставкам ключевых компонентов, электроники и систем боевого управления для авиационной и военно-морской техники.
В условиях, когда одной из важнейших составляющих модернизации вооруженных сил ведущих стран ЮВА, включая Индонезию и Таиланд, становится переход к боевым системам 4-го поколения и оборудование авиатехники и боевых кораблей системами управления, разведки и целеуказания нового типа (в значительной степени – системами управления и связи «натовского» стандарта), возможное прерывание контактов с США и странами ЕС в военно-технической области было признано недопустимым.
Есть также немало примеров отмены странами ЮВА соглашений о закупках вооружений с Китаем – например, поставок патрульных катеров в Индонезию – из-за возможных рестрикций в торгово-экономической сфере со стороны Вашингтона. США и ряд других западных стран предпринимают усилия к тому, чтобы не допустить дальнейшего сближения государств региона с Китаем в сфере ВТС. В Вашингтоне, как считают эксперты, опасаются в первую очередь снижения восприятия странами Юго-Восточной Азии «китайской угрозы» как весомой угрозы безопасности в АТР, что, в свою очередь, могло бы повлечь экспонентный рост экспорта китайских систем вооружений в регион.
©«Новый оборонный заказ. Стратегии»
№ 1 (78), 2023 г., Санкт-Петербург
