ВТС и ОПК в концептуальных документах постсоветских стран

Распад СССР потребовал от новых независимых государств выработки собственных подходов к военному строительству. Однако даже сама необходимость выработки таких подходов в первые годы независимости не была очевидной, не говоря уже о том, что не была она и первостепенной.

 

Потому для бывших советских республик характерно, что в первые годы независимости цели и задачи военного строительства не были четко сформулированы, а его концептуальные основы в основном были заимствованы из опыта ВС СССР.

Казахстан

Первая Военная доктрина Казахстана была принята в 1993 году – это был секретный документ. Следующая редакция Доктрины вышла в 2000 году.

В документе в отношении национальной оборонной отрасли были предусмотрены «совершенствование научно-технической и производственной базы для осуществления производства, ремонта и модернизации вооружения, военной и специальной техники», пересмотр системы государственного управления отраслью, ее структурная перестройка – особенно в части организации и проведения НИОКР.

Однако на концептуальном уровне ВТС уже играло значительную роль. Особое внимание было уделено взаимному размещению заказов на предприятиях ВПК, а также коммерциализации совместно произведенной продукции военного назначения (ПВН) путем ее реализации на внешних рынках. В то же время высокая зависимость от других государств в вопросах технического оснащения и ремонта ВВиСТ воспринималась в качестве угрозы ввиду слабой развитости собственного ВПК.

В Военной доктрине 2007 года заявлена необходимость формирования «современной единой и скоординированной государственной военно-технической политики», которая гармонично сочетала бы в себе меры по развитию национального ВПК и сбалансированные поставки ВВиСТ по линии ВТС с зарубежными партнерами. Приветствуется расширение ВТС на многосторонней и двусторонней основе, что послужило бы мерой укрепления коллективной и региональной безопасности. Речь идет и о кооперации с ведущими зарубежными производителями ВВиСТ на собственных предприятиях ОПК.

Перед оборонной отраслью поставлены задачи по повышению конкурентоспособности, в том числе, за счет выпуска продукции двойного назначения, а также по созданию центров ремонта, модернизации и технического сопровождения техники. Отдельно внимание уделено развитию экспортного потенциала – за счет увеличения перечня и объемов предлагаемой на экспорт ПВН, а также расширения географии рынков сбыта.

Кроме того, в документе упоминаются средства, полученные «от реализации высвобождаемого и неиспользуемого военного имущества», то есть, вероятнее всего, от продажи излишков устаревших образцов ВВиСТ, оставшихся на территории Казахстана после распада СССР.

В отношении ВТС Военная доктрина Казахстана 2011 года в целом повторяет положения предыдущих документов: ВТС может быть реализовано в форме поставок зарубежными партнерами ВВиСТ, создания на территории Казахстана совместных предприятий по производству, ремонту и модернизации ВВиСТ. Отмечена роль ВТС в реализации экспортного потенциала оборонки.

В качестве перспективных задач – модернизация и ускоренное развитие предприятий ОПК, привлечение инвестиций для «качественного обновления научно-технической и производственно-технологической базы оборонной промышленности», а также «завершение формирования нормативной правовой базы в сфере военного и военно-технического сотрудничества».

Военную доктрину Казахстана 2017 года в отношении ВТС и ОПК можно в каком-то смысле назвать ревизионной. Речь идет о положениях, предусматривающих разработку новых военных стандартов для производства ПВН, а также осуществление контрольных мер в сфере приобретения ВВиСТ. В доктрине приводится широкий спектр мер по развитию ОПК, а одной из перспективных задач названо «совершенствование государственной военно-технической политики».

Наряду с этим в части ВТС по-прежнему обозначено стремление расширить рынки сбыта, увеличить перечень позиций экспортируемой ПВН, а также нарастить объемы поставок. Новым дополнением этой формулы стало требование повышения качества выпускаемой продукции. Большое значение уделено организации взаимовыгодных поставок готовой продукции, созданию совместных производств по выпуску перспективных ВВиСТ на территории Казахстана, а также адаптации к условиям собственной оборонной промышленности «стандартов оригинального производителя вооружения и военной техники при трансфере технологий».

Общим моментом для всех этих документов стала высокая степень конкретизации в части обозначения перспективных направлений развития оборонной промышленности в связи с потребностями национальных вооруженных сил. Так, в 2000 году приоритетами были развитие и переоснащение войск связи, разведки, РЭБ, ПВО, транспортной авиации. В 2007 году к приоритетам добавились замена «аналоговых средств связи на современные цифровые системы, создание сети связи, адаптированной к национальной орбитальной группировке, широкое внедрение высокоточного оружия», а также внедрение современных систем РЭБ, управления и связи, в том числе, «с использованием космических компонентов». В 2011 году особое внимание было уделено разработке, производству, ремонту автомобильной, авиационной и бронетанковой техники, средств связи, АСУ, ракетно-артиллерийских вооружений, боеприпасов – в том числе, за счет расширения кооперации с иностранными предприятиями. В последнее время ставка сделана на создание ВВиСТ, позволяющих «повысить разведывательные, ударные, огневые и транспортные возможности» вооруженных сил.

Конкретизированы и приоритетные направления международного ВТС. Так, в Доктринах 2000, 2007 и 2011 годов одним из стратегических партнеров назван Китай. Интересно, что в Доктрине 2017 года такой пункт отсутствует, однако, как и в предыдущих редакциях, отмечены возможности сотрудничества по линии международных организаций, в числе которых в Доктринах 2011 и 2017 годов названа ШОС.

Узбекистан

Военная доктрина Узбекистана была принята в 1995 году. В Доктрине отмечается, что обороноспособность Узбекистана может быть обеспечена, в том числе, за счет развития экономического, военно-технического и научного потенциала, однако конкретные меры не названы.

Приветствуется материальная поддержка осуществления конверсии – льготным кредитованием либо предоставлением безвозмездной помощи. В то же время в целях мобилизационной подготовки экономики предполагается создание производственных мощностей для выпуска или ремонта ВВиСТ.

Косвенно к ВТС относится положение о необходимости выработки «согласованных мер эффективного контроля поставок оружия и торговли им в регионе», однако здесь следует добавить, что такие меры необходимы во избежание попадания оружия в руки незаконных формирований.

Уже к середине 2000-х положения Доктрины 1995 года потеряли актуальность. Новая Оборонная доктрина была принята лишь только в 2018-м.

Международное ВТС в Доктрине представлено как инструмент «обеспечения ВС новейшими и перспективными образцами ВВиСТ», «решения задач по их модернизации, ремонту и утилизации», «осуществления совместных проектов», «привлечения иностранных инвестиций и технологий в ОПК».

Заявлена необходимость поэтапного развития ОПК. В приоритете – интеграция военного сектора экономики с гражданским, создание оборонных предприятий с участием иностранных инвестиций и налаживание связей с зарубежными партнерами по линии ВТС.

Но на данном этапе перед ОПК поставлены ограниченные задачи: обеспечение ремонта и модернизации ПВН, а в части ее разработки и производства ожидается освоение только наиболее востребованных технологий. В числе приоритетных направлений – системы разведки и предупреждения, АСУО, АСУВ, РЭБ, а также высокоточные средства поражения. Отмечено, что современные войны отличаются применением БПЛА, сетевых АСУ, роботизированных комплексов. Поскольку – исходя из положений Доктрины – в ближайшее время собственный ОПК не освоит выпуск таких видов ПВН, они могут составить предмет ВТС с зарубежными партнерами.

Туркменистан

Первая Военная доктрина Туркменистана была принята в 1994 году – до начала 1994 года вооруженные силы Республики находились под объединенным российско-туркменским командованием. Концептуальной основой Доктрины стал принцип «позитивного нейтралитета», закрепленный несколько позднее на международном уровне Резолюцией ГА ООН №50/80 «Постоянный нейтралитет Туркменистана». Доктрина определила основные направления строительства ВС в соответствии с выделением каспийского, афганского и узбекского направлений обеспечения военной безопасности.

Новая редакция документа – «Военная доктрина независимого, постоянно нейтрального Туркменистана» – была принята в 2009 году.

 В Доктрине ВТС расценивается как инструмент обеспечения нужд ВС. Принципы, лежащие в основе ВТС: равноправие, взаимная выгода и добрососедство, соблюдение интересов международной стабильности и национальной безопасности.

Отмечена необходимость совершенствовать инфраструктуру «для обеспечения эффективной эксплуатации и ремонта вооружений и военной техники, повышения ее технической оснащенности», а также необходимость создавать и развивать промышленную базу для выпуска и утилизации, а также ремонта ВВиСТ. В этих целях планируется проведение исследований в области военных технологий. Так как речи о создании собственной промышленной и научно-технологической базы по производству ПВН не идет, скорее всего, ВТС Туркменистана будет ориентировано на импорт.

Последняя на сегодняшний день редакция Военной доктрины была утверждена указом президента в 2016 году. По словам президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова, новая Доктрина пересмотрена «с целью повышения оборонной мощи». По заявлению секретаря Государственного совета, экс-министра обороны Туркменистана Яйлыма Бердиева, в соответствии с положениями Военной доктрины предпринимаются практические шаги в направлении укрепления оборонной мощи, в том числе, «модернизации материально-технической базы всех родов войск».

Киргизия

Первым документом Киргизии, заложившим основы политики в сфере обеспечения военной безопасности, стала Военно-оборонительная концепция Кыргызской Республики, принятая в 1994 году. Концепция, созданная в переходный период после окончания «холодной войны», была принята в спешке, как атрибут суверенного государства, а потому была слишком обобщенной по содержанию и в ней практически отсутствовали конкретные положения относительно путей укрепления вооруженных сил и приоритетов военного строительства.

В 2002 году была принята «Военная доктрина Кыргызской Республики на переходный период до 2010 года». Отметим следующее: во-первых, опыт Баткенских событий 1999–2000 годов, связанный с отражением нападений вооруженных отрядов боевиков Исламского движения Узбекистана, определил магистральное направление военного строительства: создание небольших мобильных, оснащенных современными ВВиСТ горных подразделений. Во-вторых, несмотря на небольшие объемы поставок новых ВВиСТ из-за рубежа, одной из угроз безопасности названа зависимость вооруженных сил Республики от этих поставок.

В принятой в 2013 году Военной доктрине ВТС рассматривается как способ обеспечения военной безопасности, а также как путь развития отечественной оборонной промышленности. Основными принципами реализации такого сотрудничества стали взаимное размещение заказов на оборонно-промышленных предприятиях и развитие отечественного производства ПВН. Приоритетными направлениями ВТС названы укрепление двусторонних и многосторонних связей по линии СНГ, ОДКБ и ШОС.

Помимо ВТС, в вопросах обеспечения военной безопасности ставка сделана и на поэтапное создание и развитие отраслей национальной экономики, занятых производством ПВН. Речь идет о создании сети ремонтных предприятий для обслуживания вооружений, бронетанковой и автомобильной техники, а также об организации пополнения и замены взрывчатых веществ и боеприпасов. При таких обстоятельствах ВТС Киргизии будет носить в основном импортоориентированный характер.

Таджикистан

Военная доктрина Таджикистана была принята в 2005 году. В тексте Доктрины отмечается, что это документ переходного периода. Военно-техническому аспекту международного сотрудничества в Доктрине уделено незначительное внимание – так, отмечено лишь, что развитие взаимовыгодного международного ВТС составляет одну из задач военно-экономического обеспечения ВС.

Неоднократно в тексте отмечается важность развития военного сотрудничества «с дружественными государствами в рамках СНГ, ОДКБ, ШОС и других организаций», однако не уточняется, по каким именно направлением это сотрудничество может быть реализовано.

Помимо прочего, отмечена необходимость совершенствования оборонных отраслей промышленности, в том числе, за счет развития экономического, технического и научного потенциала. Речь идет также о совершенствовании базы для производства, ремонта и модернизации ВВиСТ – и тоже без какой-либо конкретики.

Белоруссия

Первая Военная доктрина Республики Беларусь была утверждена в 1992 году и имела гриф «секретно». В открытом доступе имеется вступительная часть, опубликованная в постановлении Верховного совета Республики. Из нее известно, что в связи с ратификацией Белоруссией ДОВСЕ и «исходя из принципа разумной достаточности для обороны» численность вооруженных сил будет сокращена. Сокращение численности ВС повлекло за собой «высвобождение» невостребованных ВВиСТ, судьбу которых руководству Белоруссии предстояло решить.

Новая Военная доктрина была принята спустя 10 лет, уже в 2002 году. В документе речь идет о ВТС, ориентированном на импорт – в виде поставок готовой ПВН. Однако отмечается, что закупочная политика должна совмещать как закупки нового серийного вооружения, так и возможности ремонта, модернизации и продления гарантийных сроков эксплуатации уже имеющихся на вооружении образцов ВВиСТ. Кроме того, в тексте в качестве директивы указано «использование возможностей взаимовыгодного ВТС», «в том числе, поставок военной продукции на экспорт».

В связи с этим Доктрина содержит установку на развитие национальной оборонной промышленности: отмечается необходимость ускоренного импортозамещения в части приоритетных технологий и технологий двойного назначения..

Новая, и последняя на сегодняшний день, Военная доктрина была принята в 2016 году. Несмотря на то, что в отношении ВТС и ВПК новая редакция в основном повторяет положения предыдущего документа, эти положения были расширены и дополнены. Так, в отношении оборонного сектора заявлена необходимость разработки и реализации комплекса мер по его развитию, в частности, «рациональное использование, дальнейшее развитие и государственная поддержка научно-технического и производственного потенциала», а также развитие отраслей науки, «прямо или косвенно связанных с проработкой военной тематики и разработкой военных технологий».

Перспективным направлением развития названа разработка многофункциональных образцов и систем ВВиСТ с большим модернизационным потенциалом и «с максимальным использованием отечественных комплектующих изделий и элементной базы». Любопытно, что в терминологическом разделе документа впервые появляется понятие «оборонный сектор экономики».

Интересным нововведением стало положение о том, что установление политических и экономических санкций и эмбарго на поставки в Белоруссию ВВиСТ с целью оказания давления на оборонный сектор экономики представляет собой внешнюю военную опасность на уровне рисков и вызовов.

Таким образом, ВТС на концептуальном уровне играет существенную роль. Значение этого инструмента увеличивается, все больше утверждается экспортоориентированный характер участия Минска в ВТС.

Украина

Первая Военная доктрина Украины была принята в 1993 году, хотя обсуждения документа начались двумя годами ранее. В Доктрине 1993 года ВТС упоминается в контексте оснащения ВС необходимыми ВВиСТ: через закупку у иностранных поставщиков, а также через совместную с другими государствами разработку и производство. При этом приоритетными названы виды ВВиСТ, повышающие огневую мощь и мобильность ВС, а также «состоявшиеся», конкурентоспособные на мировом рынке системы вооружений.

Внимание уделено и развитию национальной военно-промышленной политики, задачи которой – поддержание высокой боеспособности при ограниченных объемах расходов, а также создание систем вооружений на основе сохраненных и развитых современных высокоэффективных технологий: двойного назначения и тех, в которых Украина могла бы достичь мирового лидерства. В числе перспективных направлений строительства ВС предпочтение отдано высокоточному оружию, средствам разведки, РЭБ и ВКО, авиации, а также перспективным видам подводных лодок и надводных кораблей.

Вторая редакция Военной доктрины была принята в 2004 году. По сравнению с предыдущей, в новой редакции расширился спектр возлагаемых на ВТС задач и принципов его реализации: отмечена необходимость сбалансировать экспорт и импорт ПВН и товаров двойного назначения, а также уменьшить зависимость от внешних поставок, в том числе, за счет производства основных конкурентоспособных ВВиСТ. Согласно документу, накопление избыточных количеств устаревших ВВиСТ расценено как угроза безопасности. Реализация их на внешних рынках позволила бы снизить эту угрозу.

В отношении национального ОПК признаны медленное его реформирование и недостаточное финансирование. Заявлена задача обеспечить технологический и научно-технический, ресурсный и информационный потенциал. Отмечается необходимость развивать ВС в направлении повышения совместимости с вооруженными силами стран-членов НАТО и ЕС, в том числе, в части вооружений.

Несмотря на во многом декларативный характер положений Доктрины, прослеживается тенденция снижения зависимости от ВТС, ориентированного на импорт, и стремление к организации экспортоориентированного ВТС.

В Военной доктрине Украины 2012 года отмечена необходимость обеспечения «рационального баланса между международной кооперацией, экспортом вооружений и государственным оборонным заказом» при создании высокотехнологичной наукоемкой продукции военного и двойного назначения. В числе новых направлений международного сотрудничества предложено создание лицензионного и серийного производства ВВиСТ на территории Украины. Поставлена задача разработать национальную нормативно-правовую базу в отношении ВВиСТ, совместимую с соответствующими базами и системами ведущих государств. Создание нормативно-правового и институционального пейзажа ВТС косвенно указывает на повышение его роли в международном взаимодействии.

В отношении ОПК вновь отмечена необходимость его реформирования. Подчеркивается важность государственной поддержки программ развития ОПК, а также «развития испытательной базы и полигонов». В качестве приоритетных направлений разработки и производства ВВиСТ названы АСУ и системы цифровой связи, высокоточные боеприпасы, авиационная техника, средства ПВО, ракетные комплексы и боевые корабли.

В последней на сегодняшний день редакции Военной доктрины Украины 2015 года положения предыдущих версий были критически пересмотрены. Значительную роль в таком пересмотре сыграл фактор украинского кризиса 2014 года и последовавших за ним событий.

В отношении национального ОПК вычленен отдельный блок, посвященный описанию основных проблем отрасли. В числе главных проблем – низкая эффективность государственной политики и отсутствие регулирования и достаточной поддержки, разрушение традиционных кооперационных связей, отсутствие замкнутых технологических цепочек по выпуску большинства видов ВВиСТ, медленная диверсификация закупок ПВН и товаров двойного назначения, критический износ производственных фондов и критическое экономическое и финансовое состояние предприятий.

Для решения этих проблем предусмотрено: «внедрение системы стратегического планирования развития ОПК»; формирование его сбалансированной структуры; обеспечение максимальной загрузки мощностей; прямые закупки ПВН для удовлетворения потребностей ГОЗ; наращивание научно-технического потенциала; поддержка инноваций в оборонной сфере; «внедрение новейших военных технологий, создание максимально возможных замкнутых циклов разработки и производства важнейших образцов ВВиСТ»; а также «расширение номенклатуры и объемов выпуска наукоемкой конкурентоспособной продукции в оборонном секторе экономики».

Несмотря на необходимость снижения зависимости Украины от импорта ПВН, согласно Доктрине, импорт ВВиСТ неизбежен, если разработка и производство на территории Украины экономически нецелесообразно или технологически невозможно. Предусмотрена организация лицензионных производств ВВиСТ на Украине, а также их совместная с зарубежными партнерами разработка и производство – в документе отмечено, что в связи с безъядерным статусом Украина может претендовать на международную поддержку в деле развития обычных вооружений.

В числе приоритетных партнеров названы государства-участники НАТО и ЕС. Отмечена необходимость реформирования «системы обеспечения национальной безопасности до уровня, приемлемого для членства в ЕС и НАТО», а также развитие ВС Украины по западным стандартам и стремление к совместимости с вооруженными силами государств-членов НАТО.

Интересно отметить, что в 2014 году Верховная Рада Украины проводила голосование по поводу внеблокового статуса страны, определенного Законом Украины от 01.07.2010 г. «Об основах внешней и внутренней политики». Было принято решение об отмене этого статуса.

В ближайшее время – уже к лету 2020 года – ожидается принятие новой редакции Военной доктрины Украины. В ней, по словам Ивана Апаршина (занимает должность главы директората по вопросам национальной безопасности и обороны офиса президента Украины), будет зафиксирован курс на вступление страны в НАТО. В феврале прошлого года в преамбуле конституции Украины уже закрепили «необратимость европейского и евро-атлантического курса».  Как изменится роль ВТС в новой редакции Военной доктрины – покажет время.

Молдавия

Военная доктрина Республики Молдова была принята в 1995 году. В этом документе в части материально-технического оснащения вооруженных сил указано, что ВВиСТ в случаях, оправданных с экономической точки зрения, производятся в республике, но в основном закупаются за рубежом.

Большее внимание военно-техническим вопросам уделено в Концепции военной реформы 2002 года. В документе указано, что ВТС в целях закупки ВВиСТ представляет одну из мер финансово-экономического обеспечения ВС. При этом приемлем вариант заключения лизинговых сделок.

В отношении национального ОПК допускается производство «экономически выгодных и доступных для национальной экономики» некоторых видов ВВиСТ, комплектующих, запасных частей, а также создание ремонтной базы. В основе организации таких производств должен лежать национальный оборонный потенциал, сложенный из результатов плодотворного ВТС и использования технологий двойного назначения.

Интерес представляет также «Положение о порядке реализации военной техники, вооружения и других военно-технических средств, находящихся в ведении Вооруженных сил Республики Молдова» (далее – Положение) с внесенными в 2012 году изменениями. Положение регламентирует порядок продажи имущества вооруженных сил «в целях своевременного освобождения от излишних, отслуживших установленный срок и неиспользуемых активов», отобранных на основании установленных критериев. В числе критериев – невозможность проведения ремонта, нерентабельность использования, дороговизна содержания, избыточность активов. Следует отметить, что потенциально эти активы могут стать предметом международного ВТС. Таким образом, ВТС для Молдавии – это не только инструмент технического оснащения ВС, но и способ заработать на излишках ВВиСТ.

Однако и в этой стране грядут изменения. В 2018 году Парламент утвердил новую Стратегию национальной обороны, проект которой был разработан под руководством натовских экспертов. Значительную роль сыграл Офис связи НАТО, открытый в Кишиневе годом ранее. Главная задача Бюро НАТО в Молдавии – реализация проекта Defence and Related Security Capacity Building, DCB (инициативы по строительству обороны и безопасности). Проект предусматривает разработку для Молдавии Стратегии национальной безопасности, Стратегии национальной обороны, а также Военной доктрины и их последующую имплементацию. Это повлечет за собой трансформацию и модернизацию вооруженных сил, а вместе с тем – корректировку системы и целей ВТС Республики. 

Азербайджан

В 2002 году в Азербайджане по распоряжению президента была собрана группа экспертов с целью разработки Оборонной доктрины. Однако проект документа не получил дальнейшего развития – несмотря на то, что его обсуждение не раз включалось в повестку дня.

Изменяющаяся внешняя обстановка требовала выработки новых подходов, и в 2010 году постановлением Милли Меджлиса была принята Военная доктрина Азербайджанской Республики. Согласно документу, развитие ВТС входит в число основных принципов оборонной политики Азербайджана. Кроме того, «улучшение совместимости и способности взаимодействия с ВС государств-партнеров по линии многостороннего и двустороннего сотрудничества» названо одной из основных задач ВС в мирный период.

Важным инструментом укрепления обороноспособности представлено налаживание и расширение военно-технических связей с целью покупки новых перспективных технологий и последующим созданием на территории Азербайджана производственных отраслей. Такое ВТС будет способствовать развитию национальной оборонной промышленности – во-первых, для поддержания необходимого и достаточного уровня оборонного и боевого потенциала, а во-вторых, для «обеспечения конкурентоспособности производимой оборонной продукции на местных и мировых рынках». Рассматривается также возможность предоставления услуг по продаже и технической модернизации ПВН. Кроме того, объявлены намерения «в целях постоянного и самостоятельного обеспечения потребностей» развивать местную научно-техническую, технологическую и производственную базу, в том числе, за счет привлечения в оборонные отрасли промышленности предпринимательства и частных инвестиций.

Интересно, что на официальном сайте министерства обороны Азербайджанской Республики имеется раздел «Двустороннее и многостороннее военное сотрудничество», в котором названы страны-партнеры по взаимодействию в военной, военно-политической и военно-технической сферах. В числе первых назван Китай.

Армения

Военная доктрина Республики Армения была утверждена в 2007 году. Согласно документу, ВТС позволяет усилить военно-политические позиции на мировой арене, сохранить относительный паритет военных и военно-политических союзов, а также общей военной мощи ВС в регионе, реализовать трансфер передовых мировых практик в деле модернизации вооруженных сил.

Кроме ВТС, важно также развитие собственного ВПК через модернизацию и «привлечение финансового, материального и интеллектуального потенциала». Помимо ремонта и модернизации ВВиСТ, предполагается создание условий для разработки и производства ПВН, отдельные виды которой будут представлены на внешних рынках. В числе приоритетных направлений оборонного производства названы средства связи и разведки, средства РЭБ, АСУ, а также средства реагирования и оповещения. Кроме того, в Доктрине не указано прямо, но стоит иметь в виду ВТС в рамках участия в международных организациях, которое играет существенную роль в реализации оборонной политики Армении.

Доктрина была принята ориентировочно на период до 2015 года, однако на сегодняшний день новая редакция документа не утверждена. В СМИ в июле 2018 года публиковались сообщения о так называемой Доктрине Тонояна (Давид Тоноян – министр обороны Республики Армения) – видении развития и модернизации ВС. Согласно сообщениям, Армения в целях обеспечения баланса сил с Азербайджаном укомплектует свои ВС новейшими вооружениями.

Несмотря на то, что Армения станет опираться на военно-технический потенциал стратегических союзников, акцент будет поставлен на развитии ВПК – в целях сокращения военных расходов и минимизации зависимости от импорта ВВиСТ.

Грузия

Согласно публикациям в СМИ, в 2005 году министерство обороны Грузии разместило изложение Национальной оборонной доктрины, которая считается первым подобным документом в истории государства. Главным положением Доктрины стало намерение вступления в НАТО, а также перечень мер по трансформации вооруженных сил Грузии по образцам и стандартам Альянса, которые включали в себя программу перевооружения.

В 2014 году была принята новая Национальная военная стратегия, которая считается обновленным продолжением документа 2005 года. Доктрина отражает потребности ВС и ключевые направления их реорганизации. В частности, речь идет о развитии самоходной артиллерии путем совершенствования системы управления огнем, а также о развитии систем ПВО и противотанковых систем, систем разведки и сбора данных. В организационном плане декларируется необходимость расширить аналитические возможности по работе с данными, а также расширить механизмы межведомственного обмена данными.

В Белой книге 2013 года особое внимание уделено вопросам развития ВПК с целью обеспечения потребностей ВС. Отмечено, что Государственный научно-технический центр «Дельта» занимается не только модернизацией и технической поддержкой уже существующих систем, но и поиском возможностей для производства новой ПВН – в первую очередь военных самолетов, бронетехники, огнестрельного оружия.

Белая книга 2014 года также обращает внимание на развитие внутренних возможностей Грузии в сфере оборонной промышленности. Отмечена необходимость повышения функциональной совместимости с НАТО. Помимо прочего, отмечено, что на 2014 год Грузия реализует двустороннее сотрудничество с 22 странами, но направления сотрудничества в документе не раскрыты.

Белая книга на период 2017–2020 годов в основном развивает положения предыдущих документов, резюмируя (в отношении перспектив развития ВПК), что в условиях ограниченного финансирования важно выбрать приоритетные направления.

Стратегический обзор обороны на период 2017–2020 годов содержит расширенный список направлений развития ВВиСТ. Отмечены намерения сократить устаревшие образцы, модернизировать часть оставшихся образцов – системы ПВО, разведки, артиллерию, а также вооружения, которые могут быть применены против бронетанковой техники. Сокращенные устаревшие образцы планируется заменить совместимыми с НАТО системами. Список приоритетных направлений обеспечения ВС дополнен пунктом о разработке концепций развития возможностей БПЛА.

На официальном сайте министерства обороны Грузии в разделе международного сотрудничества размещен список стран, с которыми министерство развивает двусторонние отношения.

Резюмируя: в концептуальных документах в сфере военной безопасности роль ВТС в основном заключается в материальном обеспечении ВС. Это направление в разных странах названо по-разному – «экономическое обеспечение военной безопасности» (Белоруссия), «техническое оснащение ВС» (Казахстан), «ресурс военно-экономического обеспечения потребностей ВС» (Туркменистан), «удовлетворение материальных нужд ВС» (Украина) и т.п. Однако речь идет об одном и том же явлении, когда импорт ПВН связан с тем, что вооруженные силы страны нуждаются в том или ином конкретном виде ВиВСТ, который, кроме как посредством закупок, не получить.

Также роль ВТС заключается в развитии потенциала и возможностей национального ВПК – в основном путем трансфера технологий. Примечательно, что Туркменистан не особо акцентирует на этом внимание, тогда как бедные страны, не обладающие значительным потенциалом в сфере оборонной промышленности, – например, Киргизия и Таджикистан – на концептуальном уровне признают ВТС именно такой возможностью.

Большую роль ВТС играет при реализации экспортного потенциала национальных ВПК. Традиционно такую функцию ВТС отмечают Белоруссия, Казахстан, Украина. Интересно, что этому уделяет внимание и Армения. Другие страны либо не отмечают необходимость развития экспортного потенциала, либо выделяют необходимость развития национального ВПК, ориентированного на удовлетворение собственных нужд.

Помимо этих трех основных задач ВТС, отмечается ряд других. Так, ВТС служит для повышения обороноспособности (Узбекистан), направления оборонной политики на международном уровне (Узбекистан), обеспечения военной безопасности (Киргизия), усиления военно-политической позиции на мировой арене (Армения), сохранения паритета союзов (Армения), трансформации вооруженных сил по стандартам НАТО (Грузия).

Отдельные положения концептуальных документов – в основном в отношении национальных ВПК – позволяют сделать вывод о направленности ВТС: будет ли оно ориентировано на экспорт или импорт, либо будут предприниматься попытки гармонизации закупочной политики. На сегодняшний день наиболее выраженную экспортную направленность декларируют Белоруссия, Казахстан, Украина (за исключением последней редакции Доктрины, где первоочередным ставится обеспечение нужд национальных ВС; но и в ней не умаляется роль экспорта ПВН). Ряд других стран тоже заявляют о развитии экспортного потенциала, но эти заявления во многом остаются декларативными. Косвенно импортоориентированность может восприниматься ими как угроза – при существовании излишней зависимости от поставок.

Доктрины не всех государств и не всех периодов отражают существующее положение дел и соответствуют ему. Часть документов носят декларативный характер: это нужно принимать во внимание и соотносить с реальной военно-технической практикой.

Олеся Загорская

©«Новый оборонный заказ. Стратегии» 
№ 2 (61), 2020 г., Санкт-Петербург

Комментариев еще нет.

Оставить комментарий

Вы должны войти Авторизованы чтобы оставить комментарий.

Партнеры