Директор ФСВТС_ Дмитрий Шугаев_цитата_ч-б

Дмитрий Шугаев: В сфере ВТС Россия действует строго в рамках закона и своих международных обязательств. В этом смысле мы комфортный и надежный партнер

Участие вооруженных сил и ОПК Китая в борьбе с COVID-19

Борьбу с коронавирусом COVID-19 китайское руководство с самого начала воспринимало как испытание на прочность государственной и военной системы управления Китайской Народной Республики (КНР). Несмотря на существенную публичную критику в СМИ США и стран ЕС относительно недостатков тоталитарной системы управления, именно китайский «агрессивный подход» на практике позволил быстро преодолеть пик эпидемии.

В отчетных документах официальные лица Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) отмечают беспрецедентные карантинные меры и мобилизацию всех ресурсов Китая. Китайские аналитики полагают, что вооруженные силы (ВС) и оборонно-промышленный комплекс (ОПК) также подверглись испытаниям, однако заблаговременно отработанные механизмы мобилизации позволили Поднебесной достаточно эффективно функционировать, по сути, в условиях военного времени.

Нормативно-правовой аспект борьбы с COVID-19

Руководство КНР уделяет серьезное внимание проблеме ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций (ЧС). По мнению китайских экспертов, в последнее время частота, разнообразие и масштабы таких явлений возросли и представляют серьезную угрозу для развития экономики Поднебесной, безопасности жизни и имущества населения. В ответ на эти вызовы в КНР создана государственная система предупреждения и реагирования на чрезвычайные ситуации, ведущая роль в которой принадлежит Народно-освободительной армии Китая (НОАК), Народной вооруженной милиции (НВМ) и Народному ополчению (НО)[i].

Нормативно-правовой базой, регулирующей деятельность в данной области, служат законы «О реагировании на чрезвычайные ситуации» (2007), «Об обороне» (2000), «О мобилизации» (2010), «О Народной вооруженной милиции» (2009), положения «Об участии вооруженных сил КНР в ликвидации последствий стихийных бедствий и техногенных катастроф» (2005), «Об экстренном управлении войсками при возникновении чрезвычайных происшествий» (2010), Белая книга по национальной обороне (2019), директивы Центрального военного совета (ЦВС) КНР, постановления Госсовета КНР, общевоинские уставы, а также другие нормативно-правовые акты. В соответствии с законодательной базой, под чрезвычайной ситуацией в КНР понимаются внезапно произошедшие стихийные бедствия, аварии, явления медико-санитарного и социального характера, которые повлекли или могут повлечь за собой значительный общественный ущерб и требуют принятия экстренных мер по реагированию[ii].

Порядок задействования ВС КНР в таких ситуациях предусматривает привлечение «соразмерных нанесенному ущербу сил и средств» для выполнения «неотложных и аварийно-спасательных работ». Выделение сил и средств происходит из состава воинских формирований, размещенных на конкретных территориях. Для этого в каждой провинции (автономном районе, городе центрального подчинения) объединенными командованиями совместно с соответствующими органами указанных административно-территориальных единиц формируются специальные отряды экстренного реагирования численностью до 45 тыс. человек. При крупных катастрофах соответствующую заявку в объединенный штаб НОАК подает уполномоченное министерство Госсовета КНР[iii].

Решение о применении ВС для ликвидации последствий масштабных стихийных бедствий и техногенных катастроф утверждает ЦВС КНР. В этом случае создается объединенная группировка ВС Китая под руководством представителя центрального органа военного управления. Транспортировка военнослужащих, спасательных подразделений и гуманитарных грузов в пострадавшие районы осуществляется самолетами военно-транспортной авиации (ВТА) военно-воздушных сил и вертолетами армейской авиации сухопутных войск НОАК. В целях определения масштабов последствий стихийного бедствия и мониторинга ситуации могут применяться разведывательные самолеты. Результаты аэрофотосъемки учитывает руководство оперативного штаба при принятии решения о проведении спасательной операции[iv].

В целях предотвращения эпидемий подразделения радиационной, химической и биологической (РХБ) защиты проводят санитарно-эпидемиологические мероприятия и дезинфекцию мест массового скопления гражданского населения. Охрану общественного порядка в зоне проведения спасательной операции обеспечивают формирования НВМ.

Стоит отметить, что военно-политическое руководство КНР последовательно наращивает участие национальных вооруженных сил в международных спасательных операциях и оказании гуманитарной помощи иностранным государствам. В большинстве случаев это реализуется через китайские миротворческие контингенты под эгидой ООН и специально направляемые за рубеж команды спасателей.

Участие НОАК в борьбе с COVID-19

По оценке китайских военных специалистов, задействование НОАК позволило достичь значительных результатов по контролю и профилактике эпидемии коронавируса COVID-19. Командование НОАК относит борьбу с эпидемией к действиям невоенного характера, но именно они позволили проверить на практике реальные возможности китайских ВС по проведению мобилизации, реагированию на ЧС, а также переброске сил и средств на значительные расстояния.

Власти КНР оперативно отреагировали на угрозу национальной безопасности и бросили на борьбу с ней значительные медицинские силы в очаг инфекции – в город Ухань (провинция Хубэй) самолетами гражданских авиакомпаний были направлены врачи из всех провинций – около 6200 медиков. Минобороны КНР дополнительно направило в Ухань еще 450 военных медиков (по 150 военнослужащих от медицинских институтов СВ, ВВС и ВМС).

Примечательно, что находящаяся в Ухани база комплексного тылового обеспечения (подразделение объединенного тыла, приравниваемого к виду вооруженных сил) была переведена на военное положение и осуществляла снабжение военнослужащих НОАК и гражданского населения по нормам военного времени. Анализ фотоматериалов китайских СМИ показывает, что первоначально с китайских складов были подняты запасы защитных костюмов, средств индивидуальной защиты, дезинфицирующих средств, на которых были нанесены маркировки американских и европейских фирм. Китайские специалисты признают, что ранее эти виды продукции не производились в необходимых объемах, поскольку дешевле было купить их у иностранных поставщиков. Однако вскоре маркировки на средствах защиты пропали. Этот факт и большое количество авиаперевозок, проводимых ВТА ВВС НОАК, подтверждают организацию производства таких средств на территории Китая[v].

Для повышения качества медицинского обеспечения и своевременного оказания квалифицированной врачебной помощи личному составу НОАК, дислоцирующемуся в отдаленной и труднодоступной местности (Синьцзян-Уйгурский и Тибетский автономные районы, островные территории), на кораблях и за рубежом (прежде всего это миротворческие контингенты), были оборудованы средствами телемедицины госпитали, диагностические кабинеты и мобильные операционные. В настоящее время развернуто 750 абонентских терминалов в 450 госпиталях и других профильных военно-медицинских учреждениях.

Участие китайского ОПК в борьбе с COVID-19

Китайский город Ухань представляет собой крупнейший промышленный центр страны с населением около 11 млн человек. Здесь расположены не только девять автомобильных заводов, производственные базы и главный офис государственной корпорации Dongfeng Motor с годовым объемом выпуска более четырех миллионов машин. Провинция Хубэй – один из главных кластеров ОПК КНР. На ее территории находятся ключевые исследовательские отделы корпорации CETC (China Electronics Technology Corporation), которая производит электронику и компоненты для военной техники (радиолокационные станции (РЛС) и программное обеспечение), 710-й и 729-й НИИ Китайской кораблестроительной промышленной корпорации, а также другие крупные организации ОПК. В соседних городах расположены предприятия ракетно-космической отрасли, на которых производят крылатые и противокорабельные ракеты. С началом эпидемии COVID-19 все промышленные предприятия города приостановили свою работу.

 

 

Источник: составлено автором на основе китайских источников из списка литературы.

Организовав производство медицинского оборудования после вспышки коронавируса COVID-19, руководство КНР принялось восстанавливать темпы производства продукции ОПК. В частности, в ближайшей перспективе предполагается решить две задачи: восстановить работу номерных заводов, выпускающих элементы боевой экипировки в интересах сухопутных войск, и тем самым морально устаревшие образцы экипировки заменить на новые. Китайские специалисты предполагают, что эти мероприятия помогут решить сложившееся противоречие: Китай поставляет широкую номенклатуру современной боевой экипировки за рубеж, но на вооружении национальных вооруженных сил находятся устарелые образцы[vi].

Китайский веб-сайт по закупке вооружений Weain.mil.cn сообщает, что сухопутные войска НОАК уже объявили тендер на поставку 1,4 млн комплектов бронепластин для бронежилетов. Каждый комплект будет включать две пуленепробиваемые пластины, а изготовитель перед поставкой должен будет интегрировать их в бронежилеты. Китайские обозреватели сообщают, что стоимость обычного комплекта пластин должна составлять менее 7950 юаней (1137 долл. США), а расширенного комплекта – менее 12 900 юаней (1845 долл. США). Это означает, что НОАК планирует потратить на закупаемое оборудование около 13 млрд юаней (1,86 млрд долл. США).

Рассуждая о возможных причинах планируемого приобретения, китайские интернет-пользователи приходят к выводу, что НОАК стремится повысить свою готовность к военным конфликтам, в том числе, против «тайваньских сепаратистов» и возможных провокаций со стороны США: «Учитывая стремление НОАК проводить все более и более приближенные к боевым действиям тренировки и учения, китайские солдаты всегда должны носить бронежилеты, как если бы они участвовали в настоящей войне».

Технический аспект борьбы с COVID-19 в Поднебесной

Командованием НОАК был отработан подход по переоборудованию гражданских самолетов в грузовые суда и использованию их в интересах ВТА. По данным китайских военно-технических изданий, ранее вопросы применения гражданских самолетов в качестве грузовых были исследованы в рамках специального учения в 2013 г. Десять ведущих авиатранспортных компаний КНР, располагающих пассажирскими самолетами Боинг-737-300 и Боинг-767-300, переоборудовали часть самолетов в грузовые суда. Основные работы по их модификации (замена стандартной пассажирской двери в передней части салона на грузовую с размерами 3,55 x 2,29 м) в условиях карантина выполняли две производственные линии корпорации «Боинг» в Шанхае и Цзинане. Подобная модернизация позволила перевозить в салоне не менее 20 тонн груза. Полученные результаты в целом удовлетворили требованиям командования НОАК. В ближайшее время в ВТА ВВС НОАК намерены подобным образом модифицировать самолеты Боинг-737.

В рамках операции ВВС НОАК по переброске 950 военных медиков в Ухань (аэропорт Тяньхэ) на восьми транспортных самолетах Ил-76 китайские специалисты выявили основную проблему – отсутствие возможности скоростной выгрузки/погрузки материального имущества. Медики самостоятельно выгружали свои вещи и сопровождаемый груз (аппаратуру и медикаменты общей массой 58 тонн, в некоторых случаях один медик сопровождал 100 кг груза)[vii]. В связи с этим предприятия ОПК КНР получили задание на разработку грузовых контейнеров, техники (площадковые транспортеры с двунаправленными конвейерными лентам и лебедками, способные менять высоту) для стыковки с откидными аппарелями Ил-76 и «Юнь-20» (аналог Ил-76). По оценкам специалистов ВВС НОАК, необходимо полностью исключить применение погрузчиков опасной техники и кранов негабаритных устройств, которые не ускоряют погрузку, а просто требуют новых процедур подготовки груза и дополнительных мер предосторожности, снижают скорость погрузо-разгрузочных работ[viii].

С другой стороны, Сианьское авиастроительное предприятие в рамках подготовки полетов военно-транспортных самолетов «Юнь-20» по доставке медиков и грузов в Ухань заблаговременно разместило в аэропортах Чэнду, Чунцин, Тяньцзинь и Урумчи технических специалистов – всего 25 человек, которые обеспечивали консультационную поддержку экипажам, а также проводили оценку работы основных систем самолетов и проблем с размещением медиков и грузов. Все группы специалистов были обеспечены минимальным набором инструментов и средствами индивидуальной защиты[ix].

Военно-техническое сотрудничество КНР в период COVID-19

Государственная корпорация China North Industries Group (NORINCO) обеспечила поставку пусковых контейнеров с ракетами «Хунцзянь-12» иностранному заказчику ранее согласованного срока, несмотря на вспышку COVID-19 и праздничный период в начале года. Это первая экспортная поставка ПТРК «Хунцзянь-12» третьего поколения, разработанного китайской компанией. NORINCO не раскрыла информацию о покупателе, стоимости сделки и количестве купленных систем. По информации компании, поскольку заказчик остро нуждался в комплексах, своевременное выполнение этого экспортного заказа имело важное значение для укрепления позиций NORINCO на мировом рынке ВиВТ. Китайские эксперты утверждают, что эта поставка продемонстрировала надежность китайской компании и доказала, что она может выполнить контракт в соответствии с требованиями заказчика даже в условиях форс-мажорной ситуации. Это, по их словам, позволит завоевать доверие не только конкретного заказчика, но и других потенциальных клиентов[x].

Кроме того, в период карантина китайская корпорация NORINCO доставила в Нигерию первую партию из 17 единиц бронетехники, которая, предположительно, включает ОБТ VT4, 105-мм самоходные гаубицы SH5 и боевые машины с тяжелым вооружением ST1 с колесной формулой 8x8[xi].

В свою очередь, китайская корпорация Guizhou Aircraft Industry Corporation (GAIC), дочерняя компания Aviation Industry Corporation of China (AVIC), заключила экспортный контракт на поставку партии модернизированных учебно-боевых самолетов (УТС) FTC-2000G. Заказчиком выступает неназванное государство в Юго-Восточной Азии[xii]. Сборка первого самолета уже началась. Первая партия новых машин будет передана заказчику в начале 2021 года, а полностью поставки должны завершиться в течение двух лет. Другие детали контракта пока неизвестны. Китайские СМИ высказывают предположение, что заказчиком являются ВВС Мьянмы.

Экономические последствия и поддержка государства

Анализируя СМИ КНР, можно утверждать, что уже в январе-феврале 2020 года крупные китайские производственные предприятия (в том числе и ОПК) начали получать от государства адресную финансовую помощь. Кроме того, были временно отменены налоги на производство, что позволило поддержать национальные предприятия.

Ярким примером результатов поддержки государства можно назвать деятельность крупной китайской корпорации NORINCO и ее структурных подразделений (в основном это Северное автомобильное объединение и Северная автомобильная компания), которые благодаря мерам господдержки начали в период карантина серийно выпускать линии по производству одноразовых масок, 3D принтеры для изготовления защитных очков для медиков и дистанционные лазерные термометры. Предприятия NORINCO в провинциях Шаньдун и Фуцзянь организовали производство автомобилей скорой помощи и выпуск швейных машинок для пошива защитных костюмов для медиков и санитаров.

Входящие в состав NORINCO нефтеперерабатывающие и нефтехимические предприятия наладили производство технических обеззараживающих жидкостей и антисептиков, применяемых для дезинфекции авиастроительных предприятий, выполняющих срочные заказы по ремонту авиатехники (например, корпорации AVIC и GAIC).

После снижения уровня эпидемиологической опасности закономерно появилось перепроизводство соответствующей медицинской продукции, производимой в КНР. По решению политического и военного руководства КНР имеющимся излишкам было найдено применение: после пополнения стратегических резервов китайские маски, халаты и аппараты искусственной вентиляции легких стали отправлять в качестве поддержки стратегическим партнерам (Россия, Пакистан) и странам, подписавшим с КНР контракты в 2019 и 2020 году (Уганда и Саудовская Аравия), а также в качестве «знака доброй воли» (США, Индия).

Выводы

  1. В Китаеразработана нормативно-правовая база применения подразделений НОАК для решения задач невоенного характера, включая поддержание внутриполитической стабильности, ликвидацию последствий стихийных бедствий и техногенных катастроф, а также участие в миротворческой деятельности. Согласно закону КНР «О реагировании на чрезвычайные ситуации», воинские формирования задействуются в целях проведения первоочередных аварийно-спасательных и других неотложных работ, и это происходит в соответствии с требованиями законодательных актов, воинских уставов, а также приказов и распоряжений Госсовета и ЦВС.
  2. В КНР в последние годы значительную роль в ликвидации последствий стихийных бедствий стала играть Народно-освободительная армия Китая. При этом Пекин обращает внимание на необходимость наличия современных вооруженных сил, способных выполнять задачи по предотвращению и ликвидации чрезвычайных ситуаций различного характера.
  3. Оборонно-промышленный комплекс Китая, несмотря на введенный карантин, сумел в ограниченные сроки перенаправить часть своих мощностей на производство столь необходимого медицинского оборудования. Анализ китайских источников показывает, что детальная информация по подходам руководства к мобилизации экономики страны, вооруженных сил и предприятий оборонно-промышленного комплекса напрямую не отражена в китайских военно-технических изданиях. Это объясняется ее закрытым характером, поскольку отработанные действия в будущем могут быть использованы руководством Китая в случае возникновения нештатных ситуаций и потрясений в масштабах страны. Наиболее содержательными источниками информации о деятельности китайского ОПК остаются немногочисленные официальные китайские издания в сфере ВТС и СМИ КНР.
  4. По сообщениям китайских СМИ, КНР в целом выполняет взятые на себя обязательства по поставке продукции военного назначения в зарубежные страны. Однако оценить качество предоставляемого ВВТ и полноту предоставляемых услуг можно будет только в ближайшем будущем, когда появится подтверждающая информация из американских и европейских источников.

Автор - Руслан Полончук

©«Новый оборонный заказ. Стратегии» 
№ 3 (62), 2020 г., Санкт-Петербург

[i] https://www.msn.com/zh-tw/news/world/%E6%8C%87%E7%A8%B1%E5%8F%B0%E7%81%A3%E8%90%BD%E4%BA%95%E4%B8%8B%E7%9F%B3%E2%80%A6%E8%A7%A3%E6%94%BE%E8%BB%8D%E5%B0%91%E5%B0%87%E7%8B%82%E8%A8%80%E3%80%8C%E9%81%A9%E6%99%82%E5%85%AC%E5%B8%83%E7%B5%B1%E4%B8%80%E6%99%82%E9%96%93%E8%A1%A8%E3%80%8D/ar-BB1123mi

[ii] http://www.rfi.fr/cn/%E4%B8%AD%E5%9B%BD/20200213-%E4%B9%A0%E8%BF%91%E5%B9%B3%E4%B8%8B%E4%BB%A4%E8%A7%A3%E6%94%BE%E5%86%9B%E9%A9%B0%E6%8F%B4%E6%8A%97%E7%96%AB-%E9%A6%96%E8%B0%83%E8%BF%9020%E4%B8%8A%E9%98%B5

[iii] https://www.youtube.com/watch?v=0-KhRgdKjeQ

[iv] https://regnum.ru/news/accidents/2839480.html

[v] https://www.youtube.com/watch?v=v6nfnrLy_4o

[vi] http://kns.cnki.net/kcms/detail/34.1239.r.20200320.1916.002.html

[vii] https://regnum.ru/news/society/2876943.html

[viii] https://www.aex.ru/news/2020/2/3/208073/

[ix]https://www.dwnews.com/%E4%B8%AD%E5%9B%BD/60175072/%E4%BB%8A%E6%97%A5%E4%B8%AD%E5%9B%BD%E8%A7%A3%E6%94%BE%E5%86%9B%E6%88%98%E6%9C%BA%E7%BB%95%E5%8F%B0%E4%B8%AD%E5%85%B1%E9%AB%98%E5%B1%82%E5%AF%86%E9%9B%86%E5%8F%AC%E5%BC%80%E4%BC%9A%E8%AE%AE

[x]https://www1.hkej.com/dailynews/commentary/article/2397135/%E8%A7%A3%E6%94%BE%E8%BB%8D%E5%A6%82%E4%BD%95%E8%AA%BF%E6%9F%A5COVID-19%E7%96%AB%E6%83%85

[xi] http://www.chinamil.com.cn/gfsy/2020-02/17/content_9744236.htm

[xii] https://gnews.org/zh-hans/114806/

Партнеры