По тонкому льду

Государственный секретарь США господин Помпео решил пойти по  тонкому льду. Если раньше претензии к России по договору Открытое Небо были более или менее конкретными (недопуск наблюдателей в часть районов...), то теперь государственный секретарь дословно говорит следующее:

 

 

«Москва, очевидно, использует снимки «Открытого Неба» в целях, обозначенных «новой агрессивной российской доктриной» для нацеливания высокоточных обычных боеприпасов на критическую инфраструктуру в Соединённых Штатах и Европе», - заявляет Помпео.

Опустим вопрос «новой агрессивной доктрины» и вопрос, какими такими «обычными боеприпасами» Москва может поражать критическую инфраструктуру в Соединённых Штатах (до Европы мы, ладно, ещё как нибудь дотянемся) и перейдём к сути договора.

Договор изначально предполагал, что стороны соглашаются с определёнными рисками утечки чувствительной информации в обмен на возможность в свою очередь получать информацию о происходящем на территории «партнёра».

Конечно, для снижения рисков были предусмотрены разные механизмы, как то: ограничение на устанавливаемое оборудование и обязательная его сертификация — американцы, например, надолго затянули сертификацию для полётов над своей территорией нового Ту-214ОН, возражая против установки радиолокатора бокового обзора; присутствие на борту наблюдателей от принимающей стороны; общий доступ всем участникам ко всем собранным во время полётов данным и т.п.

Тем не менее, было весьма очевидно, что такие полёты могут использоваться для пополнения «секретных карт», и вся собранная информация соответствующим организациям передавалась. Такой подход с самого начала натыкался на громкое возмущение турбопатриотов всех стран, которые обвиняли политиков, заключивших договор, в предательстве.

Вот и сегодня выскопоставленный американский контрразведчик по имени Уильям Эванина не скрывает своей радости и недвусмысленно обнаруживает, кто именно вложил терминологию в речь госсекретаря:

«Эта акция является отрадным событием для американского контрразведывательного сообщества. В течение многих лет Россия использовала договор по открытому небу для сбора разведданных о гражданской инфраструктуре и других чувствительных объектах в Америке, создавая неприемлемый риск для нашей национальной безопасности».

Не будем спорить: все участники забега время от времени проводили весьма интересные полёты. Вот например, прочитав слова Помпео, а потом Эванины про «критическую инфраструктуру», мы в редакции Ватфора улыбнулись, вспомнив, как канадский OSINT-исследователь Стеффан Ваткинс, ознакомившись с нашей статьёй по новому спецсооружению в федеральном  округе Колумбия, увязал ввод объекта в эксплуатацию в 2017 году и состоявшийся 10 августа того же года российский наблюдательный полёт прямо над Вашингтоном.

А США и европейские государства, в свою очередь, особо не скрываясь, выполняли в 2014 году полёты над Россией в интересах министерства обороны Украины.

Но в этом-то и есть вся суть договора.

Что в итоге?

Поскольку выполнить требования США и отказаться от сбора информации можно, только вообще убрав с самолётов фотоаппараты, договор в текущем виде своё существование видимо завершил.

Читали сегодня много соображений по поводу того, что нам выходить из ДОН не надо. Мол, полёты над Европой нам ценнее, чем полёты над США. При этом, к сожалению, у США останется полный доступ к нашей территории, учитывая, что почти все участники договора — их союзники и будут передавать информацию. А вот мы доступ к их территории потеряем целиком. Так что нам предстоит оценить, что нам важнее — сохранять возможность снимать Европу или соблюсти баланс.

И это мы ещё не знаем, какие же там настроения у союзников США. Даже если на первом этапе Россия останется участником ДОНа, новый виток скандалов начнется, как только наша сторона справедливо потребует ограничить доступ американцев к данным, собираемым участниками договора, а также запросит пролет над американскими военными объектами на территории одной из европейских стран.

Олег Макаров,  Ватфор

Партнеры