Диверсификация ОПК: цель, промежуточный этап или средство развития?

Автор: Игорь Фролов, д.э.н., заведующий лабораторией Института народнохозяйственного прогнозирования РАН

Первая промежуточная цель диверсификации оборонно-промышленного комплекса (ОПК) России, определенная Поручением Президента Российской Федерации, досрочно достигнута. 

Но, анализируя ее текущие результаты и оценивая долгосрочные перспективы развития ОПК, необходимо поставить вопрос: пытаться ли продолжать в лоб решать задачу достижения паритета выпуска военной и гражданской продукции к 2030 году? Или стоит переформулировать цели развития комплекса для наращивания его потенциала перед новыми вызовами?


Задача диверсификации оборонно-промышленного комплекса как осуществление определенной системы мер, направленных на его устойчивое функционирование в условиях снижения гособоронзаказа, была поставлена в сентябре 2016 г. президентом РФ на совещании в Туле [1, 2] и развита на последующих совещаниях и в поручениях [3–5].

Продекларировано, что осуществление диверсификации можно оценить по достижению показателя доли гражданской продукции, выпускаемой организациями ОПК: к 2020 г. – не менее чем 17% от всей промышленной продукции комплекса, к 2025 г. – 30%, к 2030 г. – 50%.

Следует учитывать, что вычисление этого показателя зависит как от способа учета состава ОПК, который определяется в соответствии с законом «О промышленной политике в РФ» от 31 декабря 2014 г. №488-ФЗ ежегодно корректируемым Сводным реестром организаций ОПК, так и от критериев отнесения этих организаций к промышленным, научным и прочим.

По итогам 2018 г. в состав ОПК России включено 1319 промышленных и научных организаций, среднесписочная численность которых превышает 2 млн чел., в том числе, более 1,4 млн человек в оборонных отраслях промышленности. Порядка 3/4 от общего количества организаций находятся в сфере деятельности Минпромторга России. Они объединены в 41 интегрированную структуру (ИС), которые по бόльшей части входят в состав двух госкорпораций – «Ростех» и «Роскосмос». Организации, входящие в ИС, производят около 84% от всего объема выпуска промпродукции ОПК по итогам 2018 г. [6, с. 144].

Основная функция ОПК развитой страны – создание, поставка и поддержание эксплуатации образцов вооружений и военной и специальной техники (ВВСТ), приобретаемой как вооруженными силами в рамках их технического оснащения, так и другими странами – в рамках военно-технического сотрудничества. Но ОПК также выполняет и роль научно-технической и технологической базы по ряду направлений инновационного развития экономики страны.

Ключевой особенностью советского военно-промышленного комплекса, сформированного в 1920–1930-е гг., стала такая форма организации оборонной науки и производства, которая успешно реализовывала оснащение ВВСТ ВС СССР почти независимо от уровня технико-экономического развития гражданских отраслей промышленности и в условиях многоаспектного противостояния с крупнейшими военными державами планеты на протяжении почти полувека. Однако с учетом необратимого замедления темпов роста советской экономики со второй половины 1970-х гг. и постепенной деградации отношений со странами, входившими в Организацию Варшавского договора, советский ВПК в созданных масштабах в конечном итоге оказался слишком большим и избыточно ресурсоемким.

С трудом пережив трансформационный кризис 1990-х гг., российский ОПК все же смог начать восстанавливать свои научно-технические и производственно-технологические возможности, сперва медленно, а со второй половины 2000-х гг. – все быстрее и на более системной основе.

Каковы актуальные тенденции развития ОПК (cм. подробнее [7])? Посмотрим на его обобщенную динамику в сравнении с остальной промышленностью России за последнее десятилетие (рис. 1).

НОЗС_4-2019_Рис.1 _Игорь Фролов

Рис. 1. Динамика развития промышленности, гражданского машиностроения (МСК) и промышленности ОПК (число раз к 2009 г., нарастающим итогом)

 

Как видно по рис. 1, промышленное производство в России в целом после 2013 г. находится в стагнации, и темпы роста составляют немногим более 2% в год (как это было в 2017–2018 гг.) – это путь к дальнейшему отставанию в масштабах мировой экономики.

Чуть лучше дело обстоит с гражданскими отраслями машиностроительного комплекса, который вырос после кризисного 2009 г. более чем в 1,5 раза, но его заметный подъем наблюдался только в посткризисный период (в 2010–2012 гг.), а в последующие годы этот комплекс также перешел к стагнирующему развитию.

На этом фоне динамика промышленности ОПК на первый взгляд выглядит блестяще: за последнее десятилетие она более чем удвоила свои объемы. Очевидно, что такое развитие обусловлено существенным наращиванием различных форм государственной поддержки. Но с 2017 г. темпы роста промышленности ОПК резко замедлились (3,4% в 2017 г. в сравнении с 9,5% в 2016 г.), а с 2018 г. объем промышленной продукции, произведенной организациями ОПК, в сопоставимых ценах впервые за два десятилетия снизился (на 2,5%) – за счет резкого падения выпуска продукции военного назначения.

Почему это произошло? Посмотрим на данные рис. 2.

НОЗС_4-2019_Рис.2_Игорь Фролов

Рис. 2. Номинальные расходы по статье «Национальная оборона» (НО) и военным НИОКР за период 2010–2018 гг. (левая шкала); динамика НО и ГОЗ (правая шкала)   
* Экспертные оценки динамики ГОЗ с учетом дефлятора ОПК

 

Анализ данных, приведенных на рис. 2, показывает, что абсолютные объемы выпуска ОПК до 2017 г. включительно устойчиво возрастали за счет наращивания гособоронзаказа (ГОЗ) и, отчасти, экспорта ВВСТ.

Заметим, что расходы федерального бюджета по статье «Национальная оборона» стабильно росли до 2016 г. В 2016 г. военные расходы всех силовых ведомств секвестрировали на 10% по сравнению с плановыми, а Минобороны РФ – на 5%, в 2017 г. – снова сократили на 10%, а Минобороны РФ – на 6% [8].

Также по рис. 2 видно, что в 2016–2018 гг. Правительство РФ ускоренными темпами закрывало так называемую схему «кредитного ГОЗ» – дополнительного финансирования ОПК банками под гарантии государства (на 792,0; 186,8 и 477,0 млрд руб.) (см. подробнее табл. 1).

НОЗС-4-201_Табл.1_Игорь Фролов

Табл. 1.  Реализация государственных гарантий в ходе выполнения «кредитного ГОЗ» в 2011–2018 гг., млрд руб.

Источники: Казначейство РФ, Счетная палата РФ, распоряжения Правительства РФ, Минобороны РФ, Институт экономической политики им. Е.Т. Гайдара [9, с. 604–618], расчеты автора.  
* Общий дефлированный итог для банков в ценах 2018 г.


По данным табл. 1 видно, что в общей сложности федеральный бюджет за последние четыре года выплатил чуть более 1,6 трлн руб. (из них 792 млрд руб. за счет продажи пакета акций «Роснефти» иностранному инвестору), а «чистый» доход банков в ценах 2018 г. составил чуть более 0,2 трлн и в конечном счете (с учетом погашения оставшихся 200 млрд) достигнет примерно 0,3 трлн руб. Экономия бюджета от досрочного завершения «кредитного ГОЗ» уже составила порядка 131 млрд руб. [8].

Заметим также, что в 2018–2019 гг. объем гособоронзаказа (в части, касающейся Минобороны РФ) стабилизировался на уровне порядка 1,5 трлн руб. [10].

В 2018 г. в состав Воздушно-космических сил РФ поставлено 126 современных самолетов и вертолетов (включая модернизированные), четыре полковых комплекта зенитных ракетных комплексов (ЗРК) С-400, девять КА. В боевой состав ВМФ принято 14 кораблей и катеров, а также 11 судов обеспечения. Сухопутные войска получили более 250 танков и боевых бронемашин. Также нужно отметить, что с 2017 г. кассовое исполнение военных расходов остается на уровне 95–97%, чтобы предотвратить дальнейший рост дебиторской задолженности по выданным авансам [9, с. 610], так как предприятия ОПК не справляются со сроками закрытия контрактов.

Благодаря существенному росту гособоронзаказа доля гражданской продукции в выпуске ОПК за последние годы плавно сокращалась: примерно с одной трети в 2011 г. до 15,9% в 2015 г.

В 2016 г. гражданская продукция выросла на 16,9%, скомпенсировав падение гражданского производства в 2015 г. (–13,4%). В целом абсолютные приросты гражданской промышленной продукции ОПК в 2013–2016 гг. были либо близки к нулю, либо отрицательны, за исключением авиационной промышленности (и отчасти радиоэлектронного комплекса), где государство реализовало значительное число разнообразных мер господдержки, направленных, в том числе, и на увеличение выпуска гражданской продукции.

И только с 2017 г. выпуск высокотехнологичной продукции за счет диверсификации стал устойчиво увеличиваться. В 2018 г. объем гражданской продукции вырос на 8,8%, и она стала единственным положительным компонентом роста ОПК, а ее доля в промышленности ОПК составила 20,9%.

Таким образом, предыдущий ключевой источник роста ОПК – гособоронзаказ – к настоящему времени и на среднесрочную перспективу исчерпал свои возможности.

Поэтому получается, что реализация задачи диверсификации производства предприятий и организаций оборонно-промышленного комплекса как бы естественным образом становится единственным путем его развития.

При этом локальные проблемы диверсификации, связанные, с одной стороны, с низкой конкурентоспособностью этой продукции, высокой зависимостью выпуска от импортных комплектующих и технологий, недостаточной емкостью внутренних рынков, а с другой – со скрытым нежеланием руководства многих организаций ОПК осваивать новую гражданскую продукции из-за недостатка инвестиций и широкого спектра слабо просчитываемых рисков, хорошо известны [11].

Однако если первый промежуточный этап диверсификации досрочно выполнен, то, может быть, достижение двух оставшихся «контрольных точек» приведет к процветанию комплекса? К сожалению, это не так.

Хроническим вопросом, а в ряде аспектов с 2017 г. даже обострившейся проблемой стало увеличение задолженности по кредитам и займам, обусловленное нарастанием зависимости от внешних источников финансирования. У трети организации ОПК доля собственных средств в структуре источников средств составляет менее 30%. Общая проблемная задолженность предприятий измеряется сотнями и сотнями миллиардов рублей. У десятков крупных организаций объем задолженности превышает размер выручки, полученной за отчетный период. А наращивание объемов выпуска гражданской продукции в ряде случаев только увеличивает долги предприятий, т.к. многие проекты на начальной фазе убыточны.

Сложившийся комплекс условий, провоцирующих перманентное нарастание задолженности предприятий (а не проблемы диверсификации), становится системной проблемой ОПК.

Дополнительно в среднесрочной (а при неблагоприятном стечении обстоятельств – и в краткосрочной) перспективе произойдет резкое ухудшение макроэкономической конъюнктуры, которое может спровоцировать глобальный финансово-экономический кризис. 

По этому поводу идут многочисленные дискуссии, в которых выражаются полярные точки зрения (см., например, [12, 13]), но, вероятнее всего, этот кризис окажется лишь частью масштабной трансформации глобальной экономики и, следовательно, по своей динамике и последствиям будет сильно отличаться от циклических кризисов, к которым готовятся денежные власти многих стран. И организациям ОПК лучше заблаговременно подготовиться к этой ситуации, тем более, что кризис – это еще и новые возможности, связанные с неравномерным высвобождением рыночных ниш.

Следовательно, требуется переформулирование стратегических целей развития ОПК. При этом диверсификация должна стать инструментом, а не формальной целью функционирования ОПК. Механизмы управления и поддержки долгосрочного развития ОПК должны учитывать принципиально новую ситуацию – с одной стороны, сейчас в оборонно-промышленном комплексе нет избыточных мощностей, как это было в СССР в 1980-х гг., а с другой – российский ОПК унаследовал от советской эпохи закрытость от гражданских отраслей машиностроения. Это становится тормозом его развития, т.к. экономика РФ не сможет повторить схемы решений, успешных в советское время, ни по типу функционирования, ни по ресурсному обеспечению.

Ключевой задачей на среднесрочную перспективу становится стимулирование коммерциализации технологий и интеллектуальной собственности, налаживание бережливого производства, наращивание массы прибыли и реинвестирование ее в научно-технические заделы и новые высокорентабельные производства.

При этом в рамках государственных форм поддержки целесообразно разделять контракты на следующие виды:

  1. Планово убыточные проекты, разработка и производство которых необходимы с учетом стратегических интересов страны (МС-21 и др.). 
  2. Высокомаржинальные проекты, потенциально способные не только поддерживать текущее функционирование, но и решать задачи развития предприятий.

Возможно включение в контур диверсифицируемых предприятий внешних команд, обладающих необходимыми компетенциями, или покупка технологических компаний, имеющих свои инновационные решения и ниши на рынках высокотехнологичной продукции. Целесообразно и выделение гражданских высокотехнологичных производств в отдельные бизнесы, с образованием отдельных юридических лиц, затем включаемых в состав ИС.

Что касается долгосрочных целей, ОПК необходимо постепенно трансформировать в открытый комплекс, способный решать задачи создания и мультиплицирования высокомаржинальных технологических бизнесов. При этом потребуется создать систему современного маркетинга, стимулирующего продвижение гражданской высокотехнологичной продукции на внутренний и внешние рынки.

Последнее, в частности, потребует переориентации предприятий на развитие иных бизнес-моделей, технологических и организационных компетенций (как в части проектирования продукции, построения кооперации, так и в отношении организации системы продаж и послепродажного обслуживания), сопрягаемых с оборонными производствами.

 

©"Новый оборонный заказ. Стратегии"  
№ 4 (57) 2019г. , Санкт-Петербург  


Источники:
  1. Козлов П. Путин потребовал к 2020 году обеспечить диверсификацию продукции ОПК // Ведомости, 08.09.2016.
  2. Перечень поручений Президента РФ В.В. Путина от 23 сентября 2016 г. №Пр-1845 (пп. 1 «г», 2) по итогам совещания «О мерах по использованию потенциала оборонно-промышленного комплекса для выпуска высокотехнологичной продукции гражданского назначения, востребованной на внутреннем и внешнем рынках».
  3. Перечень поручений по реализации Послания Президента РФ Федеральному Собранию РФ от 1 декабря 2016 г. от 5 декабря 2016 г. Пр-2346 (п. 1 «ж»).
  4. Доклад Экспертного совета председателя коллегии Военно-промышленной комиссии РФ «Диверсификация ОПК: как побеждать на гражданских рынках». V Международный форум технологического развития «Технопром». – Новосибирск, 2017. – 20 с.
  5. Перечень поручений Президента РФ от 17 февраля 2018 г. № Пр-288 по итогам совещания по вопросу диверсификации производства продукции гражданского назначения организациями ОПК.
  6. Доклад о целях и задачах Минпромторга России на 2019 год и основных результатах деятельности за 2018 год. Минпромторг РФ, апрель 2019 г. – 155 с.
  7. Фролов И. Оценка развития российского высокотехнологичного комплекса в условиях низкой инфляции и ограниченности господдержки // Проблемы прогнозирования, 2019, №4. С. 3–15.
  8. Фаличев О. Рублем по террористам // Военно-промышленный курьер. № 1, 10.01.2018.
  9. Российская экономика в 2018 году. Тенденции и перспективы. Ин-т экон. политики им. Е.Т. Гайдара. (Вып. 40). М.: Изд-во Ин-та Гайдара, 2019. – 656 с.
  10. Криворучко А. Основные плановые поставки новейших образцов вооружения, военной и специальной техники идут по графику. Выполнение гособоронзаказа в цифрах и фактах // Красная звезда, 19.12.2018.
  11. Довгучиц C., Журенков Д. Проблемы диверсификации оборонно-промышленного комплекса // Научный вестник оборонно-промышленного комплекса России. 2017. №4. С. 7–17.
  12. Aizenman J., Cheun Y.-W., de Haan J., eds. Journal of International Money and Finance, 2016, vol. 66, pp. 1–170.
  13. Афонцев С. Новые тенденции в развитии мировой экономики // Мировая экономика и международное отношения. Т. 63, №5, 2019. С. 36–46.

 

Комментариев еще нет.

Оставить комментарий

Вы должны войти Авторизованы чтобы оставить комментарий.

Партнеры