Директор ФСВТС_ Дмитрий Шугаев_цитата_ч-б

Дмитрий Шугаев: В сфере ВТС Россия действует строго в рамках закона и своих международных обязательств. В этом смысле мы комфортный и надежный партнер

Сирия, Турция, Иран – расстановка акцентов

Автор: Леонид Нерсисян, военный обозреватель  


Несколькими неделями ранее Турция ввела войска в приграничные районы Сирии. Официальной причиной была названа необходимость выбить боевиков ИГИЛ («Исламское государство» – террористическая организация, запрещенная в РФ) из города Джараблус с целью поддержать отряды протурецкой сирийской умеренной оппозиции.

 

Это действие турецкого руководства в очередной раз серьезно изменило ход событий в Сирийском конфликте, в который и так уже, прямо или косвенно, вовлечено огромное количество игроков. Посмотрим, что же мы имеем на полях этой «бесконечной» войны, и чего от нее можно ожидать.  

Патовая ситуация? 

После взятия Пальмиры сирийскими правительственными войсками крупных военных успехов стороны практически не имели. Основная драма связана с битвой за Алеппо: там бои идут за каждый квартал, сопровождаясь огромными потерями, а решающего преимущества не может достигнуть ни одна из сторон – после локальных успехов каждый раз возникают и неудачи. К примеру, совсем недавно сирийским правительственным войскам пришлось перебросить значительную часть сил из Алеппо в Хаму, где боевики нанесли несколько чувствительных контрударов. Естественно, такая ситуация отразится и на ходе сражений за Алеппо.  

Продолжению и затягиванию военных действий очень способствует вовлеченность в конфликт большого количества самых разных игроков – десятки группировок различной степени «умеренности» (от оппозиции до террористов) поддерживаются самыми разными силами, такими как арабские нефтяные королевства (Саудовская Аравия, Катар и т.п.), Турция, США. Сирийское же правительство поддерживают Россия, Иран, а также ливанская военизированная шиитская группировка «Хезболла». Естественно, постоянная финансовая, военно-техническая и людская подпитка конфликтующих сторон способствует ужасающему затягиванию боевых действий, которое мы и наблюдаем.  

Помимо этого, успешным наступательным операциям заметно мешает ужасающе низкая квалификация большей части воюющих – это касается как правительственных войск, так и боевиков. Разница лишь в том, что обороняющейся стороне в любом случае приходится проще – имеются подготовленные позиции, в большинстве случаев в крупных населенных пунктах. Наступающим же нужна большая согласованность и профессионализм, который наблюдать приходится редко. Например, достаточно посмотреть на множество видеозаписей, где правительственные войска теряют бронетехнику от огня противотанковых ракетных комплексов (ПТРК) боевиков: в большинстве случаев мы наблюдаем единичный танк, стоящий на открытой позиции и не защищенный никем.  

Одной из сторон, имеющей больше всех успехов и вклада в борьбу с ИГИЛ, были отряды курдской народной самообороны (YPG). Их силам оказывали поддержку США и ЕС, иногда в их интересах действовали и ВКС РФ. В течение последнего года курдам практически удалось взять контроль над сирийско-турецкой границей. Однако в тот момент, когда эта задача уже казалась почти выполненной и очень близкой к завершению, в дело вмешалась Турция, как раз-таки введя войска в приграничный Джараблус. Официальная Анкара и не скрывает, что одной из задач, помимо борьбы с ИГИЛ, является сдерживание курдов. 

 «Афганистан» для Турции или PR-акция? 

Введение турецких войск в Сирию обсуждалось давно – однако ситуации, судя по всему, помешали сбитый российский фронтовой бомбардировщик Су-24 и последовавшее за этим сильнейшее похолодание российско-турецких отношений. Теперь же, когда эти отношения несколько улучшились, Турция начала военную операцию, причем, что самое интересное, при поддержке США, которые, казалось бы, были союзниками курдов. Теперь курдов призывают покинуть позиции, при взятии которых они потеряли не менее 1000 бойцов. Естественно, YPG отказались выполнять эти требования, более того, они заняли еще несколько населенных пунктов, а также подбили один турецкий танк M-60. С другой стороны, начали появляться слухи, что США не оказывают турецким войскам обещанной авиационной поддержки.  

Можно с уверенностью сказать, что если турецкие войска станут наносить удары по позициям сирийских курдов, то обязательно будут и контрудары. Более того, если турецкая операция «Щит Евфрата» начнет затягиваться, потери ВС Турции могут стать очень серьезными – YPG является одной из самых организованных и опытных сторон конфликта. Вкупе с гражданской войной, которую Турция ведет с Рабочей партией Курдистана в своих же восточных областях, а также с тем, что до двух третей военного руководства отстранено из-за неудавшегося военного переворота, ситуация может принять очень печальный для Анкары оборот. Поэтому длительная военная операция Турции в Сирии может стать неким аналогом войны в Афганистане для СССР.  

Если же «Щит Евфрата» продлится недолго, 1–2 месяца (что тоже вполне вероятно), то такая операция не принесет реальных результатов – только задержит ход событий в Сирийском конфликте, однако не изменит их хода. В таком случае можно будет говорить о том, что Турция провела PR-акцию для внутреннего пользования, а также создает некий внешнеполитический переговорный рычаг. 

 Союз Россия-Иран: миф или правда? 

Давно известно, что Иран и Россия активно помогают президенту Сирии Башару Асаду в деле восстановления контроля над его страной. Сирийский конфликт очень сильно сблизил Москву и Тегеран – дошло даже до того, что иранский аэродром Хамадан был несколько раз использован российскими дальними бомбардировщиками Ту-22М3 и фронтовыми бомбардировщиками Су-34. Это позволило использовать Ту-22М3 с максимальной бомбовой нагрузкой, так как расстояние от Хамадана до целей в Сирии не могло превышать 1000 километров, тогда как из Моздока приходилось лететь примерно 2500 километров.  

Однако именно этот эпизод оставил главный вопрос: союзник ли Иран для России? А вопрос этот возник из-за скандала, который последовал после тех вылетов и их широкого освещения в российских СМИ. Иранское руководство тогда обвинило российскую сторону в распространении информации без согласования с Тегераном, а также в «хвастовстве» и всяческих попытках предстать перед миром в качестве сверхдержавы. После этого инцидента полеты с иранской авиабазы были прекращены. Правда, вполне вероятно, что через некоторое время Хамадан все же будет иногда использоваться российской авиацией в качестве аэродрома подскока.  

Тем не менее, этот факт, и не только этот, позволяет сказать, что военный альянс Иран-Россия все-таки временный. Об этом говорит и то, что страны являются конкурентами на нефтегазовом рынке, особенно после снятия с Ирана международных санкций, и их геополитические амбиции, распространяющиеся на сходные регионы (Закавказье и, в меньшей степени, Ближний восток). Однако, учитывая то, что хаос на Ближнем востоке будет присутствовать еще долго, а вполне возможно, и расширится, этот временный альянс может просуществовать довольно долго. Более того, Россия может получить за счет него немалую выгоду – в том числе благодаря военно-техническому сотрудничеству.  

Партнеры